Перед нами сверкал самой обаятельной улыбкой высокий статный красавец в богатом замысловатом костюме, расшитом многочисленными гербовыми вензелями. На фоне всех собравшихся в конюшнях молодой человек выделялся не возрастом или богатым костюмом, а необычной для наших краев внешностью. Никогда и ни у кого я не видела таких светлых, почти белых, точно снег, волос, постриженных коротко и зачесанных назад и наверх, отчего создавалось впечатление, что на голове у парня высится миниатюрная ледяная скала. Кожа на фоне волос выглядела очень загорелой, отчего темно-синие глаза казались теплыми и загадочными.

– Я вам не вею, – ответила Эмма и гордо вздернула носик, подражая Ольме. – И пеед тем, как азговаивать с незнакомыми леди, следует педставиться!

– Ого! – рассмеялся молодой человек, присев перед малышкой на корточки, не боясь испачкать полы темно-серого камзола. – Какая милая и умная маленькая леди. Позвольте же мне, в таком случае, озвучить свое имя. Друзья зовут меня Клант.

– Леди Эмма, – представилась моя сестра и с таким восторгом позволила молодому человеку поцеловать свою руку, что я не удержалась и рассмеялась.

– Похоже, мы насмешили вашу няню, – хмыкнул Клант, окинув меня коротким взглядом.

– Это не няня! – очень по-взрослому фыркнула Эмма. – Это Виа!

– Ох, простите леди, что обидел вашу горничную, – промурлыкал Клант, глядя на девочку с самой обаятельной улыбкой.

– Кажется, Клант, твоя новая знакомая хотела сказать, что рядом с ней не служанка, а… Леди? – раздался у меня прямо над ухом вкрадчивый негромкий голос. От неожиданности я подпрыгнула, как заяц, задев говорившего по подбородку, от чего он громко щелкнул зубами.

Видимо, получившаяся картина оказалась очень смешной, потому как Клант и Эмма залились смехом, вместе с конюхами.

– Вы всех бьете, леди? – спросил второй молодой человек, недовольно потирая шею.

– Нет, только тех, кто подкрадывается со спины, – пропищала я, трогая макушку и запрокидывая голову, чтобы рассмотреть своего собеседника. Тот оказался не таким колоритным, как Клант, с похожими чертами загорелого лица, и с еще более синими глазами, чем у беловолосого молодого человека. Или они казались такими, на фоне черных волос? Одет второй парень был почти так же, как и Клант, с той лишь разницей, что его костюм состоял из белой сорочки, темно-синего камзола и черных бридж. Молодые люди, скорее всего, приходились друг другу братьями, ну или, по крайней мере, родственниками.

– Что ж, примите мои извинения, леди… – учтиво поклонился Клант, перестав смеяться. – Это было совершенно не тактично с моей стороны…

Я постаралась сохранить спокойствие, но реверанс посреди конюшен вряд ли выглядел пристойно.

– Нас ввел в заблуждение ваш наряд, – пробормотал блондин. – Познакомившись с обитателями княжеств, мы пришли к выводу, что знать здесь следует законам моды очень строго. Будь вы у нас в гостях, то нынешний ваш наряд не показался бы странным. Наши женщины так же редко следуют правилам. Да и мода у нас другая.

– И бабушка поддержала бы более вольный стиль, – согласился брюнет.

– Что же до гиппогрифов, то я готов доказать вам, леди Эмма, что они совершенно безопасны! – воскликнул Клант, предлагая малышке свою руку. – Позвольте же мне сделать это.

Эмма, даже в ее нежном возрасте не устоявшая против обаятельной улыбки, согласно кивнула, позволив молодому человеку взять себя на руки и подойти ближе к загону.

– Эмма, вернись, – топнула я ногой и бросилась вперед.

– Тише-тише! Не мешайте малышке развлекаться! – Темноволосый перехватил мои запястья, не позволяя идти вслед за сестрой, плотно прижав к себе. – Это совершенно безопасно!

– Отпустите меня, немедленно! – хмуро приказала я. – Вам никто не разрешал делать то, что хочется. Это моя сестра и я за нее отвечаю.

– Отпустите леди, господин, – подал голос кто-то из конюхов. – Мы не позволим обижать дочь хозяина.

– Дочь князя? – хмыкнул Клант, обернувшись на секунду. – Интересная встреча… – И добавил чуть недовольно. – Правда, да Рэнд?

Названный Рэндом неопределенно пожал плечами, но меня отпустил. Воспользовавшись этим, я побежала к сестре, успев в тот самый момент, когда девочка протягивала руку через ограждение.

– Эмми… – прошептала я, мысленно готовясь к самому ужасному.

Не обращая на меня внимания, Эмма бесхитростно позвала:

– Кося… Кося… Хооший коник.

Хрупавший зерном «хооший коник» перевел на девочку свои желтые птичьи глаза и потянулся вперед, подставляясь под маленькую ладошку. Я зажмурилась.

– Ой, какой теплый! – в восторге крикнула Эмма.

А у меня внутри словно что-то перевернулось, хотелось попросить, чтобы сестра немедленно отошла от изгороди, но я побоялась, что этим только сделаю ей хуже. Мало ли что, а вдруг гиппогриф, услышав громкий звук, клюнет Эмму?

– Да не нужно так бояться, – довольно жестко встряхнул меня Рэнд. – Гиппогрифы очень умные и способны отличить врага от ребенка.

– Да откуда вам это известно? – взвилась я, пытаясь вывернуться из цепкой хватки темноволосого.

– Да мы их от самого вылупления из яйца знаем! – обиженным тоном заявил Клант, оборачиваясь ко мне. – А этот и вовсе самый добродушный. Не то, что его хозяин. – И молодой человек подмигнул Рэнду. – Да, Рэндалл?

– Тебе лучше знать, какой у меня характер, – отозвался темноволосый, отпуская меня. – Это же ты грозился лет пятнадцать назад, что напишешь трактат о нем.

– А я от своих слов не отказываюсь! – хохотнул Клант. – Как только у меня найдется время…

– Конечно, когда ты оторвешься от своего любимого занятия, – добавил Рэнд и улыбнулся. Я тихо выдохнула, неожиданно для себя залюбовавшись этой короткой мимолетной улыбкой, совершенно преобразившей лицо молодого человека. В его жестком, серьезном, угловатом облике промелькнуло что-то, как лучик солнца, светлое и теплое. Пытаясь стряхнуть с себя это наваждение, я попробовала сосредоточиться на происходящем. Рассуждения всегда помогали мне. Но стоило немного задуматься, как я тут же внутренне похолодела.

Если эти двое знают гиппогрифов от самого рождения, то, значит, я стою посреди конюшен и пререкаюсь с гостями из Легардора?!

Захотелось постучаться головой о стену. Вечно я влипаю в какую-нибудь историю так, что потом перед отцом стыдно. И ведь ни разу специально ничего не делала! А неприятности за мной будто по пятам ходят. Теперь тетя опять будет меня корить, что не веду себя, как достойная дочь княжества.

Остро захотелось к себе в комнату, в тортообразное сооружение белого или розового цвета, в ворох кружев, чтоб сидеть на мягких подушках, пить чай из розовых чашек и не краснеть перед гостями, посетившими нас впервые за столько лет.

– А покататься?.. Можно? – с широкой улыбкой спросила Эмма, умоляюще посмотрев на Кланта.

Мне хотелось хоть как-то воспротивиться этому, но слова застряли в горле. Я не могла поверить, что малышка совсем не боится гиппогрифов. Пока Клант задумчиво переглядывался с Рэндом, во мне еще теплилась надежда, что Эмме откажут, но вот легард утвердительно кивнул и выдохнул низкий гортанный звук, подзывая к себе громадного темного скакуна.

– Только по загону и шагом, – строго велел Рэнд. – Гиппогрифам нужно отдохнуть с дороги.

Вцепившись в брус ограды, я с останавливающимся сердцем смотрела, как легард усаживает мою маленькую сестренку на спину скакуну, устраивая ее ножки в золотистых туфельках под плотно прижатые длинные перья сложенных крыльев.

– Щекотно! – с восторгом вскричала Эмма и помахала мне рукой: – Виа! Смотри на меня! Смотри!

– Значит, вас зовут Виа? – спросил Рэндалл, наблюдая, как гиппогриф медленно обходит загон вдоль ограды, бережно неся подпрыгивающую от восторга девочку.

– Вирена, – хмуро выпалила я и отвернулась, чтобы не смотреть на легарда. – Или Вира. Эмма просто не выговаривает мое имя правильно.

Сестренка, никого и ничего не боясь, уверенно сидела на гиппогрифе, что-то неразборчиво выкрикивая и похлопывая зверя по шее.

– Бесстрашная малышка, – с уважением кивнул Клант.

Я не могла с ним не согласиться, но смотреть, как Эмма довольно хохочет на высоте почти двух метров на спине огромного зверя, то и дело негромко щелкающего клювом, с каждой секундой становилось все страшнее. Перед глазами уже вставала картина: тетя Севиль выговаривает мне все до единой ошибки этого дня.

– Ничего с ней не случится, – попытался заверить меня Клант. – Гиппогрифы не просто звери, а разумные существа. Ни один из них не обидит ребенка.

– Здоово! – проорала малышка, когда скакун чуть ускорил шаг, переходя на легкую нервную трусцу.

Эмму закачало, но девочка не испугалась, а лишь крепче вцепилась в крылья зверя ручками.

– Эмма! – громко позвала я. – Хватит уже. Ты же не хочешь, чтобы твои новые знакомые обиделись на то, что ты про них забыла! – Выдохнула я, решив как можно скорее распрощаться с легардами.

Полуорел-полуконь остановился и неспешно приблизился к нам, позволив Кланту снять малышку и поставить на сухую подстилку за пределами загона.

– Пора пить чай с Колином и Клодией! – воскликнула девочка, позабыв обо всем на свете, даже о гиппогрифах.

– Мы тоже хотим чаю! – подхватил Клант, лучезарно улыбнувшись Эмме. – Правда, Рэнд? Примите нас в свою компанию, маленькая леди!

– О нет! – вспыхнула Эмма. – Вам с нами нельзя!

– От чего же? – надул губы Клант. – Разве мы хуже ваших новых друзей?

– Клант! – попытался одернуть легарда Рэнд.

– А что такого?

– Ну, если вы хотите… – промямлила Эмма и встревожено глянула на меня.

В этот момент только мы с ней в полной мере понимали, что же происходит. И, хотя я всем телом чувствовала, что меня за это накажут, сказала:

– Эмми, ну если господин Клант так хочет, то почему бы не дать ему возможность выпить чаю с тобой и твоими друзьями? – подмигнула я сестре.

– Я очень хочу! – заверил малышку блондин, прижимая руки к сердцу.

– Тогда идемте! – решила Эмма, принимая на себя роль хозяйки большого чаепития.

Я осторожно прыснула в кулачок. Это не осталось незамеченным, Рэндалл скосил на меня настороженный взгляд.

– Клант, может не надо? – тихо уточнил темноволосый.

– Как не надо? Я жажду познакомиться со всеми обитателями этого замка! Здесь столько новых лиц. А мы ведь ненадолго, дядюшка Киревар намеревается завершить все дела завтра.

– Я помню, – ответил Рэнд.

– Вот видишь! – улыбнулся Клант каким-то своим мыслям.

А я осторожно начала отступать назад, при первой же возможности спрятавшись за широкую спину Бреда, удивленно на меня посмотревшего.

– Ты меня не видел, – шепнула я ему. – И меня здесь вообще не было.

– Да, леди Вирена, – гулким басом отчеканил Бред, привлекая внимание легардов, но меня уже не было в конюшнях. Я припустила к замку, надеясь, что завтра проснусь все еще целой и невредимой, а то кто этих чужаков знает. Меня ж не жалко, не то, что Эмму. Эмма – маленький ангел, совершенство. А я так, козявка безрогая! Пристукнут… и вся недолга! Умру в расцвете неполных пятнадцати лет за то, что вечно несу всякую чушь, плохо обдумав последствия.

***

«Клант, и почему у меня такое чувство, что эта малявка подсунула нам какую-то гадость?»

«Успокойся, что такого может быть в чаепитии? Только отравленный чай! А ты, братец, сам та еще ядовитая змея. Переваришь за милую душу любой яд!»

«Скорей бы отсюда убраться. Мы здесь официально не более часа, а меня уже вовсю тянет придушить того, кто затеял всю эту заварушку».

«Ты только слишком отчетливо об этом не думай, а то с отца станется и отсюда услышать!»

«Верно! Скажи лучше, ты что, в самом деле, пойдешь сейчас с этой девчонкой?»

«И ты пойдешь с нами!»

Клант весело рассмеялся, глядя на то, как Рэнд начинает злиться.

– Идемте! – позвала Эмма.

– Да, идем, – улыбнулся девочке блондин. – Только после вас, леди!

Эмма величественно подхватила юбки, подражая тетушке, и направилась к выходу, вызвав еще одну улыбку Кланта. Но уже через полчаса легард не мог выдавить из себя ничего, кроме болезненной гримасы.

«Нужно быть внимательнее с собственными желаниями, братец!» – мысленно хмыкнул Рэнд, заглядывая вслед за Клантом и Эммой в маленькую гостиную, где оказался накрыт крохотный стол для чаепития, за которым уже сидели… фарфоровые куклы.

– Знакомьтесь! – воскликнула Эмма, тыкая пальцем в раскрашенные личики игрушек. – Это Колин и Клодия. Мне их подаил князь Баы. Их сделали специально для меня! Сестам он пеподнес касивые шкатулки и еще стекляшки на ниточках. Касиво, конечно, но куклы куда лучше!

«Интересно, малышка обозвала стекляшками баррский хрусталь?» – предположил Рэнд.

«Зато я теперь точно знаю, что подарить той девице, что все это устроила! – мысленно проорал Клант, с гримасой боли усаживаясь на крохотный детский стульчик, который чудом не развалился под ним. – И спрашивается: за что?!»

«Тебе просто как всегда везет больше всех!»

«Тогда раздели со мной это везение, а?»

«И чтобы нас с тобой застал здесь дядюшка? Нет уж! И так за прошлый раз гонял меня как бешеного зайца по полосе препятствий целый день. Мне пока хватит!»

«Жестокий!» – всхлипнул Клант, принимая из рук довольной Эммы крохотную чашечку, и послал Рэнду страдальческий взгляд.

«Это быстро закончится!» – пообещал Рэнд и растворился в воздухе, пока Эмма стояла к нему спиной.

«Теперь уже и я хочу завершить все дела и уехать из этой Алории. Ведь и так понятно, что и на этот раз ничего мы тут не найдем!»