– Этот брак – долг княжеств перед Легардором… Не мне диктовать… им условия. Шестьсот лет этот народ держит наши земли в круге своей защитной стены… Если мы расторгнем договор, люди могут опять столкнуться с чудовищами островов. Я этого не хочу!..

Отец поднял руку, потер лоб, будто о чем-то задумавшись, а секунду спустя рука безвольно упала на подлокотник, в то время как князь громко захрапел. Я обреченно вздохнула.

«Пока сама не узнаешь, никто не расскажет», – обреченно вздохнула и, встав с пола, прошла к шкафу, разыскивая для себя подходящую одежду.

К немалому удивлению, здесь же на вешалке оказался тот самый балахон из синего бархата. Несколько секунд я с сомнением его рассматривала, а потом, пожав плечами, быстро натянула поверх сорочки. Отец спал настолько крепко, что даже не заметил, как я вытащила из сундука старенькие туфли без каблука, а потом, скрипнув дверью, вышла из комнаты, направляясь вниз, на второй этаж, в кабинет отца.

В одном из коридоров я с замирающим сердцем проскользнула мимо пошатывающейся парочки взявшихся за руки девушек, даже не сразу их узнав. Они не обратили на меня никакого внимания, возможно приняв за плод своего воображения. Если бы я встретила на своем пути странную беззвучно крадущуюся вдоль стены фигуру, да еще была бы немного пьяна, то вряд ли бы реагировала как-то иначе.

Всего через несколько минут я добралась до цели, плотно прикрыв за собой дверь и не опасаясь, что меня кто-то застанет в кабинете отца. Большинство обитателей замка или уже спали, или продолжали праздновать, о чем свидетельствовали громкие голоса и музыка, доносившиеся с первого этажа.

Первым делом я обыскала отцовский письменный стол, но ни на нем, ни в ящиках не нашла нужных бумаг. Открывать тайник не хотелось, князь вполне мог это заметить и отчитать меня завтра утром.

– Но ты ведь должна знать! – напомнила я себе и решительно вытащила ключ из маленького ящичка на столе.

Придвинув к книжным полкам стул, я сбросила туфли и вскочила на мягкое сиденье, чтобы дотянуться до второй сверху стопки пыльных томиков, за которыми и скрывался отцовский тайник. Об этот никто не знал, кроме меня. Князь специально никогда не упоминал, где хранит самые ценные бумаги, только этим и спасая их от любопытной Эммы – на каждом подходящем клочке бумаги или пергамента малышка норовила нарисовать солнышко или домик с кошкой на крыше.

В тайнике я с облегчением нашла сложенный втрое широкий лист пергамента, скрепленный подписями и двумя переплетенными оттисками на сургуче. Разложив договор на столе, я зажгла свечу в лампе и углубилась в чтение.

Текст соглашения был приведен в двух вариантах, записанных в две колонки. Я мельком просмотрела суть договора, после чего ойкнула и села на стул. И еще раз перечитала.

Если с той частью, где говорилось о невозможности расторжения договора, я была согласна, то некоторые другие пункты повергли меня в немалый шок.

– «В случае отказа от брака… – я провела пальцем вдоль строчки. – В случае побега невесты… В случае смерти при странных обстоятельствах… Легардор оставляет за собой право расторгнуть все ранее подписанные соглашения с княжествами». Вот это соглашение!..

Откинувшись на спинку кресла, я несколько минут просидела неподвижно, боясь представить, будущее людей в случае собственной смерти.

– Нет, такое не произойдет, – наконец решительно сказала я себе и продолжила чтение, ведь пришла совсем не ради условий договора: – Так… даты… обещания… Все это подождет еще три года… Ага! Вот! Леди Вирена Эллина Алорийская… будущей супругой… киашьяра и наследника Легардора Рэндалла Дениэла Диадора…

Руки тряслись. Я знала, что невезучесть и здесь не оставит меня без своих подарков, так и произошло.

Рэндалл!

Рэнд.

Я предпочла бы его брата, но судьба и некая неизвестная мне сила распорядилась иначе.

Вновь припав взглядом к пергаменту, я судорожно искала какие-то дополнительные условия на счет самого брака, но не нашла и перепугано сглотнула.

– Вот придушит он меня… или я его… Эх…

Соглашение закрепили три подписи. Росчерк отца я узнала сразу – не единожды видела, как он подписывал разного рода бумаги. На договоре князь расписался поспешно, чуть размазав чернила по тонкой коже. Новоиспеченный жених и лорд Киревар оказались куда обстоятельней. Я долго придирчиво рассматривала наклонные завитки в росписи Рэндалла, пока не сообразила, что записку мне под подушку подложил именно он.

«Ого!»

Видно блондина обеспокоил мой рассказ о снах, и он все рассказал брату…

Еще немного посидев в отцовском кресле, я собиралась уже вернуться в спальню, чтобы опять забраться под одеяло, но стоило вернуть пергамент на место и выйти из кабинета, как неудержимо захотелось вновь оказаться на той полянке среди лип. Недолго раздумывая, я незаметно проскользнула мимо стражи и разбредающихся по своим комнатам гостей. Сразу возникло ощущение, что все повторяется, ведь почти сутки назад я точно так же вышла из замка в предрассветный час.

Гравий приятно скрипел под ногами в такт неспокойно бьющемуся сердцу.

«Так странно… – подумалось мне. – Так странно».

Когда-то мама рассказала мне о том, как она сама покидала родимый дом, уезжая из Беривела в Алорию. Слушая ее, чудилась некая затаенная тоска, но радость затмевала все другие эмоции. Представляя себя в подобный миг, мне казалось, что буду так же радоваться, как она тогда.

Не вышло…

Слезы сами собой брызнули из глаз, мешая идти вперед. До полянки, освещенной светом звезд, я добралась, поминутно утирая глаза, побродила по кругу, рассматривая мерцающих среди ветвей светлячков, и замерла в центре. Здесь ничего не осталось от ритуала, даже примятая трава за один день непреклонно встопорщилась, осыпая на тонкие туфли слезинки росы.

Я стояла довольно долго, прислушиваясь к неторопливому шелесту ветра в кронах, будто выискивая в нем неизвестные даже мне подсказки.

Ничего.

Пустота.

Природа, которой нет дела ни до кого.

Вдруг между лопаток словно воткнули булавку – не больно, просто неприятно. Я обернулась, выискивая причину этого ощущения, и вскрикнула, наткнувшись на холодный взгляд сверкнувших в полутьме под сенью липы глаз. От неожиданности я даже по инерции шагнула вперед, навстречу явной опасности, хотя разум требовал спасаться бегством.

В лицо ударил шквальный ветер, сбивая с ног. Над головой будто пронеслась огромная птица без тела, хлестким ударом крыла задев меня по плечу. Закрыв голову руками, я полежала несколько секунд, но ничего более не произошло. Осторожно осмотревшись и не обнаружив никаких странностей вокруг, я опрометью бросилась обратно к замку.

Отца в комнате уже не оказалось. То ли сам он проснулся и ушел, то ли Мара его выпроводила. Я поскорее сбросила тяжелый от пропитавшей подол влаги балахон и нырнула под одеяло, трясясь от ужаса, надеясь поскорее уснуть. Но так и пролежала до утра, вновь и вновь представляя глаза среди лип…

За завтраком ранним утром собрались лишь отец, Ольма и я. Гости, после почти всей ночи празднования, отсыпались, Эмма решила в очередной раз покапризничать, а Эвила встала раньше всех, отправившись на раннюю прогулку вместе с князем Ленисина. Рассматривая наши скучающие лица, князь наскоро выпил чашку чая и, пожелав нам хорошего дня.

Ольма наполнила себе чашку отваром малиновых листьев и очаровательно мне улыбнулась:

– Интересно получилось, не правда ли?

– О чем ты? – Я любовно намазала на кусочек булочки немного меда и отправила в рот.

– Ой, только не говори, что не понимаешь!.. – поджала губы сестра.

– Я на самом деле не понимаю…

– Ты, которая так внимательно слушала наши рассуждения о легардах, – презрительно вымолвила Ольма. – И теперь ты будущая королева!

– Это не по моей воле, – озадачившись злостью в голосе сестры, напомнила я.

– Говори это кому-нибудь другому! – хмыкнула Ольма и встала из-за стола, презрительно искривив губы. – Это мог быть мой шанс на лучшую жизнь… Я старшая!

– Ты уверена, что это лучшая жизнь?

Сестра фыркнула и, обиженно стуча каблучками, вышла из малой столовой.

***

Рэнд небрежно накинул поводья на седло и принялся расстегивать ремни на груди и животе гиппогрифа. Заметив выражение лица брата, Клант чуть нахмурился и после секундного раздумья спросил:

– Что с тобой? Хорошо же все прошло.

– Да, знаю, – согласился легард, но злиться не перестал.

– Так было предначертано, – примирительно напомнил блондин.

– Нет, предначертано не было. Просто совпало именно так, – покачал головой киашьяр.

– Но ведь Оракул выбрал Алорию?! – нахмурился Клант, стягивая со своего небесного скакуна седло.

– Оракул Зеркал указал лишь, что час близок, а нам оставалось ждать первого приглашения. Это всего-навсего совпадение, что оно пришло именно из Алории. Если бы с этим княжеством ничего не вышло, то мы бы отправились в другое.

– Нам повезло, и девушку браслет выбрал, но я не понимаю твою реакцию, – раздраженно дернул плечом Клант. – Она еще очень юная и задиристая, но это исчезает с возрастом. Посмотри хоть на Кирию. Вот где норов бьет через край, но я уверен, не пройдет и десяти лет…

– Дело не в характере, – отмахнулся Рэндалл.

– Тогда в чем? – вновь нахмурился Клант. – Ты слишком разборчив. Тебе теперь уже не выбирать. Все. Смирись. Повязан с этой человеческой девушкой о-о-о-очень надолго.

– Думаешь, я этого не знаю? – Рэнд со скрежетом водрузил седло на подставку и направился к выходу.

– И что?

– А то, что если бы тебе навязывали брак, которого ты не желаешь…

– Ты злишься не поэтому, – уверенно возразил Клант.

– Никто не знает, смогу ли я себя контролировать… Не мне тебе напоминать, – в конце концов произнес Рэндалл и тяжело вздохнул.

– Ты зациклился на том несущественном происшествии! – простонал блондин.

– По-твоему, смерть двух легардов от моих рук – несущественно? – хмуро выдавил киашьяр, сверкнув на брата грозным взором.

– Ты просто не мог себя контролировать под влиянием эмоций. Это совершенно неважно сейчас. Никто тебя не обвиняет, – попытался переубедить брата Клант.

– А ты не думал, что будет, если и эту девочку из Алории постигнет подобная участь? – со зловещей ухмылкой уточил Рэнд. – Я допускаю подобное…

– Не говори глупостей! Ты усвоил урок и не позволишь ярости одержать верх над собой.

– Да, я обещал больше никогда не менять ипостась и всегда себя контролировать, но кто даст гарантии, Клант? Кто хоть на миг увериться в моей силе? – спросил брюнет, поднимаясь по лестнице к замку.

– Ну…

Киашьяры поднялись на длинную террасу, от которой вверх уходила лестница к подножию замка. После дождя выщербленные мраморные плиты блестели и в небольших лужицах отражалось солнце и радужные блики от витражных вставок фонарей над главным входом.

– Ба! Какие легарды к нам пожаловали?! – на распев произнес высокий темноволосый мужчина, появляясь в распахнутых перед ним дверях. – Наши победители прибыли. Принесли счастливую весть. Уже слышал. Киревар многим успел сказать. И как это, быть удостоенным такой чести, а, Рэнд? А ведь еще не так давно ты бы пожертвовал такой возможностью ради любви. Или все же нет?

– Заткнись, Джеймен, – хмуро велел Клант. – По-хорошему тебе говорю…

– А иначе что? Заставишь меня так же, как наш дражайший Рэнд заткнул рот моему отцу?

Киашьяры молча прошли в замок, стараясь не смотреть на ухмыляющегося легарда. Джеймен недолго постоял, сверля взглядом их затылки, а затем негромко рассмеялся, что-то неслышно пробормотав себе под нос.

Прямо за входными дверями, вынырнув из-за спины невозмутимого стражника, легардов перехватила рыжеволосая девушка, негромко шикнувшая на Кланта, собравшегося накинуться на нее с вопросами. Подхватив братьев под локти, Кириа почти волоком потащила их к ближайшей двери, открыв ее на этаж библиотеки, задействовав магию замка.

– В чем дело? – раздраженно выдернул у легарды руку брюнет. – Тебе не кажется, сестренка, что ты позволяешь себе немного больше, чем следует?

Кириа не обратила внимания на тон Рэнда и лишь громко на него шикнула, продолжая тащить киашьяров вперед по коридору вокруг купола библиотеки, пока они не попали на узкую террасу над библиотекой.

– Мне нужно с вами поговорить до того, как вы отправитесь к королю.

– Давай после, а? – с надеждой предложил Рэндалл.

– После вы даже не подумаете меня слушать! – обиженно проныла Кириа.

– Говори уже, не томи, – сдался Клант, рассматривая кружащих внизу гэлл – магических существ, обитавших только в библиотеке. – Почему именно здесь? Если у тебя какая-то тайна, то это не лучшее место, чтобы ее рассказывать.

– Это не тайна, – Кириа отпустила руку Рэнда и, нервно вздохнув, прошлась по свободному пространству, грозно выстукивая тонкими каблучками по тонкому полу из полупрозрачного дерева, усиленного вереницей заклинаний и поддерживаемого вопреки логике на двух небольших опорах. – Я хотела с вами поговорить насчет Джеймена…

– А мы его видели только что, – усмехнулся Клант добродушно. – Но учти сестренка, если ты в него влюбилась, то я против. Это последний легард во всем королевстве, кого бы я захотел видеть твоим мужем. А я ведь мало кого ненавижу так сильно.

– Я не могу шага в Лессе ступить без едкого замечания этого несносного волка! Это уже перешло все дозволенные границы, – всхлипнула девушка. – Сегодня он обозвал меня своей невестой и матерью его будущих наследников, добавив, что ему будет нетрудно усмирить мой норов. Словно о безмозглом животном говорил! Я знаю, что именно так Джеймен и считает, но в свой адрес слышать подобное от этого не легче.

Кириа расплакалась, заламывая тонкие руки и стараясь сдержать эмоции. Получалось у рыжеволосой легарды это так плохо, что Рэнд, глядя на ее страдания, в конце концов просто засадил кулаком по стенной панели, оставив вмятину на покрытой лаком древесине.

– Он перешел все границы, ты права, – скрипнул зубами киашьяр и сжал ладони в кулаки. – Это уже не просто издевка! Это плевок в сторону нашего рода. Предки многие столетия правят королевством еще со времен прихода…

– Перестань, Рэнд, – одернул брата Клант. – Джеймен только того и добивается. Он уже несколько лет достает Кирию из-за тебя, чтобы позлить и всегда быть на виду, как немое напоминание. Сейчас ты только раззадоришь его эго, дав возможность для новых насмешек.

Киашьяр блондина уже не слушал. Его злость требовала выхода, и надоевший легард казался идеальной целью. Рэнд быстрым шагом преодолел обратный путь до грифдиров, зная, что встретит Джеймена именно там. Еле поспевавший за братом Клант, хоть и беспокоился, но скорее о самом здании, чем о легардах.

– О, опять вы, – пренебрежительно простонал Джеймен.

Рэндалл заступил легарду дорогу и, ткнув его в грудь, хрипло приказал:

– Оставь Кирию в покое.

– Это почему? – Джеймен не обратил внимания на действия киашьяра, будто тот был не более камешка на пути. Легард обошел Рэнда, обогнув по дуге.

– Я тебе не позволю и впредь ее обижать!

– Обижать?.. В своем ли ты уме? Я ее вовсе не обижаю… Мне нравится эта милая крошка. Она просто этого еще не поняла, – снисходительно объяснил легард.

– И не поймет. Я не позволю, – хмуро сообщил киашьяр, отталкивая руку Кланта, пытавшегося затолкать Рэндалла себе за спину.

– Не ты решаешь, а ее отец. Если я задам вопрос Киревару, то вполне могу получить положительный ответ. Мой род один из самых богатый и древних… Если вы этого не знаете… Малышка будет мне отличной женой! И вы ничего не сделаете, – довольно причмокнул губами Джеймен. – Это особенно приятно. Вы киашьяры, но способны вершить не так много. Правда, Рэнд, ведь ты уже не просто киашьяр, а будущий король?.. Но решения принимать не тебе.

– Но и не тебе…

– Зато одно очень важное ты уже принял. Ты помнишь тот день, Рэнд? У тебя перед глазами все еще стоит то пламя? Помнишь, как тело Эреи лизали языки смерти, а она ничего не могла с этим поделать?

Рэнд не стал слушать дальше, просто ударил метко и исподтишка, направив невидимый кулак Джеймену в живот.

Легард громко взвыл. Его откинуло на стенку ближайшего стойла, припечатав непрерывным воздушным потоком.

– Я отомщу тебе за все, – прохрипел легард пытаясь снять с себя действие чар. – Я буду ждать. Найду способ сделать тебе так же больно, как было мне, когда мой отец погиб. Помни это, Рэнд.

– Ты никогда не давал мне об этом забыть, – зло пробормотал киашьяр, развернулся, прекращая действие чар, и ушел.

Сплюнув на солому кровавую пену и ехидно улыбнувшись Кланту, Джеймен довольно отряхнул камзол, словно ничего не произошло.