От запаха жареного мяса у меня мгновенно потекли слюнки, и я подвинулась поближе, чтобы рассмотреть еду.
У подходящего стола он немного замешкался, но в итоге просто опустился на стул, развернув меня так, чтобы я оказалась сидящей у него на коленях.
Блондин, будто чувствуя мое настроение, все дорогу мягко поглаживал меня по спине и надежно прижимал к себе, не давая воображению зажать меня в тиски.
Грязь не исчезнет сама, если ее не попытаться смыть. Или хотя бы пожелать смыть. Не уйдет гнев, не станут люди жить здесь лучше, если сами немного не изменятся.