К тому же, хоть блондин и выглядел спокойным, от него исходила такая волна сдерживаемой злости, что на миг мне даже показалось – встанет и пойдет доламывать мужику оставшиеся целые кости.
Мэй тут же умчался делать заказ, а Шарад молча опустился на лавку и, будто так и надо, усадил меня к себе на колени. Я хотела возразить, но душевных сил на такое простое действие не осталось.
Взгляд блондина упал на мою руку, на которой от запястья и до локтя красовались ярко-алые отпечатки. Чуть сдвинув брови, Шарад вновь взглянул на сидящего на полу мужика, и тот, сообразив, быстро уполз прочь.
Я моргнула и охнула, когда в таверне тихо, но отчетливо хрустнули ломаемые кости. Мужик замычал, а Шарад, поджав губы, коленом толкнул его вперед, на пол.
Внезапно рука на моем запястье исчезла. Подняв голову и взглянув на мужика сквозь слезы, я увидела, как Шарад с совершенно невозмутимым видом выворачивает тому руку, а незнакомец верещит как свинья.
– Мужчина, я не хочу с вами куда-либо идти! Отпустите! – выкрикнула я и дернулась, наконец избавив свой многострадальный локоть от жестких горячих пальцев. На коже тут же проступили красные следы пальцев. – Я не хочу!