это была усталость. Какая-то ужасная, всеобъемлющая, непреодолимая. Сродни той, какую испытываешь после битвы с самым сильным противником – самим собой.
Я, равно как и мнимый возлюбленный, отлично понимала, почему у нас всё настолько гладко. Мы свободны. Мы не претендуем на жизнь и будущее друг друга. А раз нет притязаний, то и претензий тоже нет.