Глава 3

Следующее утро началось превосходно. Минувшая ночь подарила мне множество сладостных минут и напомнила о том, насколько я желанна. Надев легкую блузку и джинсовую юбку выше колена, я принялась сушить волосы, сразу закручивая их в локоны. Скрестив руки на груди и облокотившись плечом о стену, Джек с интересом наблюдал за мной. Его любящий взгляд скользил по моим волосам, загорелому лицу и шее. Я чувствовала себя счастливой.

Столовая оказалась пустой. Мы опоздали к завтраку, но зато у нас появилась прекрасная возможность побыть вдвоем. Лучи солнца заглядывали в распахнутое окно, грели нас своим теплом и щекотали кожу. Желанное уединение с Джеком расслабляло меня. Солнечный блик упал на черную прядь его волос, а когда попал на глаза, муж невольно зажмурился. Мы засмеялись – влюбленные и довольные. Дразня мужа булочкой, я попала в плен его крепких рук. В комнату вошла миссис Доусон, украдкой посмотрела на нас и промолчала.

– Доброе утро! – смущенно прошептала я, вернувшись на свой стул.

– Доброе! – сухо обронила она и потянулась к холодильнику.

– Позавтракаешь с нами, мам? – улыбнулся Джек.

– Нет, – коротко ответила она и, схватив бутылку с водой, поспешно вышла.

Оставшись наедине с мужем, я рискнула еще раз поговорить с ним о своей работе. Я горела желанием вернуться на прежнее место – в рекламную компанию. Мне было очень хорошо с Джеком, но шли последние дни его отпуска, через несколько дней мужа снова захватят рабочие будни, а я останусь в одиночестве в стенах пока еще чужого дома.

– Джек, мне нужно вернуться на работу!

– Крис, – он взял меня за руку, – мы только поженились. Побудь дома, отдохни. К чему такая спешка?

Джек мечтал о домашнем уюте, запахе свежей выпечки и детском смехе. В свои тридцать два года он осознанно хотел малышей и со всей пылкостью говорил мне об этом с первых дней нашего знакомства. Я понимала, что он прав. Мне уже двадцать шесть, давно пора стать матерью.

– Но… ты выйдешь на работу. В этом доме мне будет одиноко без тебя, – объяснила я.

– Несколько месяцев. Прошу тебя. – Он ласково провел пальцем по моей щеке. – Мне бы очень хотелось, чтобы вы с мамой подружились. Ей нужна твоя помощь, с возрастом все труднее справляться с домашними хлопотами.

– Хорошо, – уступила я.

В душе я понимала, что не смогу запереть себя в четырех стенах. Однако сейчас решила не спорить и отложить разговор до следующего раза. Возможно, Джек прав: так я быстрее привыкну к его семье.

– Чем я могу помочь твоей маме? Кто занимается уборкой и готовкой? – поинтересовалась я.

– Убирает Нэнни, она приходит в определенные дни, за этим следит мама. Для готовки мама предпочитает никого не нанимать и с удовольствием балует нас сама. – Он игриво взглянул на меня и нагнулся, чтобы поцеловать в губы, но остановился – к столу подходил Ник.

– Ну, извините! В конце концов, вы здесь не одни. Я ужасно голоден, – пробурчал брат мужа.

Вслед за ним влетела запыхавшаяся Лили.

– Джек, мама хочет с тобой поговорить! – выпалила она и тут же убежала.

Мой супруг натянуто улыбнулся мне и неохотно поплелся к двери.

– Ты не поджаришь мне тосты? – Ник смущенно посмотрел на меня.

Возле тостера я заметила замешенное тесто. Рядом размораживались креветки и красная рыба. Через несколько минут я вернулась к столу с тарелкой аппетитно поджаренных тостов.

– Составь мне компанию, пожалуйста, – вежливо попросил брат Джека, заметив мою растерянность. – Не люблю есть в одиночестве.

Я подлила себе холодного фруктового чая и присоединилась к Нику.

– Крис, расскажи о себе! Можно я к тебе буду так обращаться? – Его светлые брови вопросительно изогнулись.

– Конечно, ко мне обычно так и обращаются, – согласилась я. – Что именно ты хочешь услышать?

– Знаешь, Джек такой скрытный… – Он запнулся. – Или я слишком мало общаюсь с ним. Никогда не слышал, чтобы он рассказывал о тебе, только если родителям. – Ник намазал джем поверх тоста.

– Я училась на дизайнера, диплом достался мне нелегко. Чтобы оплатить учебу, приходилось много трудиться. Последнее место работы – рекламная компания.

– Там вы познакомились с Джеком? – улыбнулся Ник.

– Да, он обратился к нам с заказом. А ты где работаешь?

– Я учился на журналистике, а сейчас работаю в одном популярном издании.

– Правда? Это же очень интересно! – воскликнула я. – На мой взгляд, это по-настоящему творческая работа.

Ник ухмыльнулся:

– Мне она нравится. Зарабатываю я не так много, как хотелось бы, но работа доставляет мне удовольствие. Ты права, она интересная и творческая. А чем именно ты занимаешься?

Мои глаза загорелись, и я погрузилась в приятные воспоминания:

– Я разрабатываю концепции рекламных кампаний: макеты листовок, фирменный стиль, адаптирую дизайн для разных платформ. Здесь все индивидуально и зависит от фантазии и вдохновения… – Странный взгляд Ника заставил меня остановиться. – Прости, я слишком много говорю. Уже два месяца не была в офисе и сильно соскучилась по работе.

– Нет-нет. Я слушал тебя и думал, что для меня работа так же ярко окрашивает жизнь, как и для тебя. В этом мы похожи.

Я немного смутилась.

А он продолжил:

– Мама меня не понимает. Она считает, я потерял возможность сделать блестящую карьеру юриста. Работай я вместе с Джеком и отцом в строительной компании, она была бы счастлива.

Ник печально улыбнулся.

– То, что вчера произошло за завтраком, связано с этим?

– Да, мама до сих пор не может смириться с моим решением. Она каждый раз напоминает мне об этом, – поделился со мной Ник, ему необходимо было выговориться.

– Ник, можно спросить, м-м… сколько тебе лет? – Я потянулась за льдом и закинула пару кусочков в свой фруктовый чай.

– Двадцать восемь. Взрослый, не правда ли?

Он улыбнулся, и я тоже.

Я понимала, как тяжело, тем более для мужчины, выслушивать нарекания со стороны женщины, пусть даже родной матери.

– Я несколько лет прожил отдельно, пока учился, – продолжал Ник. – Мама пыталась помешать моему поступлению на факультет журналистики, и я решил уехать, чтобы отгородиться от ее нападок. Джек оплачивал мою учебу. Я сам, конечно, тоже подрабатывал – ведь нужно было жить на что-то. Мама лишила меня материальной помощи.

– Грустно. А как же папа? Не поддержал тебя?

– Он был солидарен с мамой и считал, что я упускаю хорошую возможность. Но, в отличие от нее, не давил, а предоставил возможность сделать выбор. За это я ему до сих пор благодарен.

– Ну а как же с деньгами? Тебе, наверное, приходилось тяжело?

– А-а-а, ты про это… У нас в доме у финансового руля стоит мама: папа зарабатывает деньги, а мама ими распоряжается. Отец пытался исправить эту ситуацию, но быстро отступил. Знаешь, с мамой сложно спорить, она обезоруживает слезами, поэтому я и уехал. Моя решимость ослабевала, когда я видел ее расстроенной.

– Ты большой молодец! Мне кажется, ты все сделал правильно. Родители не должны лишать детей права выбора. – Я смотрела на Ника с восхищением, понимая, что ему нелегко далось все это. И решила его подбодрить.

Он лишь пожал плечами. Сделав последний глоток сока, Ник тепло поблагодарил меня за компанию. Я начала собирать посуду со стола. Признаться, не ожидала, что у нас получится такой откровенный разговор, но была рада, что смогла выслушать и поддержать брата Джека. Надеюсь, это облегчило ему душу. Когда Ник ушел, я задумалась. С одной стороны, я понимала его, с другой – не знала, что чувствует мать, когда ребенок делает свой выбор наперекор родительским советам.

Мне действительно было сложно рассуждать, ведь я лишилась родителей в десять лет. Роковой несчастный случай отнял их у меня. Автомобильная катастрофа разделила мою жизнь на до и после. До совершеннолетия я воспитывалась у родственников в Чарльстоне и вот уже пять лет жила в Майами отдельно от них. Одно я знала точно: любой человек, независимо от того, кто он: сын, дочь, брат или друг, – должен идти к своей цели, следовать своим принципам, учиться на своих ошибках и радоваться своим победам.

Закончив с посудой, я пришла в холл, где и застала Джека с мамой.

– Ты так долго завтракала? – В вопросе Джека слышался упрек.

Думаю, они заметили, как Ник выходил из столовой, и, конечно, догадывались, что я все это время провела с ним.

– Ник попросил составить ему компанию и рассказать о себе. Мы неплохо пообщались, – честно призналась я, усаживаясь рядом с Джеком.

Я не считала, что сделала что-то дурное. Миссис Доусон смерила меня непонятным взглядом и повернулась к Джеку. Его лицо на мгновение стало задумчивым, он обеспокоенно взглянул на маму, и их глаза встретились.

Глава 4

Вечером я спустилась на первый этаж, чтобы предложить миссис Доусон свою помощь. Заглянув в столовую, обнаружила, что она пуста. В холле также никого не было. За горшками с растениями я заметила большие стеклянные раздвижные двери, направилась к ним и оказалась на веранде. Отсюда открывался вид на задний двор дома: аккуратные стриженые кусты, ухоженный зеленый газон и благоухающие клумбы с пестрыми цветами. Я зачарованно смотрела на расстилающийся передо мной разноцветный ковер и вдыхала его аромат.

Джек беседовал с родителями возле небольшой огороженной площадки. Я направилась к ним по дорожке, аккуратно выложенной красной плиткой. Миссис Доусон пролетела мимо меня в сторону дома.

Дик окликнул ее несколько раз:

– Роуз! Роуз!

Но она так и не обернулась.

– Ну, хорошо, пусть будет по-твоему.

Его слова догнали ее у самого входа. Миссис Доусон обернулась, и ее губы расплылись в победной улыбке. Дик обреченно последовал за ней.

После того как родители Джека скрылись за большими стеклянными дверями, я вопросительно взглянула на мужа:

– Что случилось?

– Так… Небольшой семейный спор, не более. – Джек махнул рукой.

Я огляделась по сторонам.

– У вас здесь очень красиво, только та территория почему-то пустует. – Я показала на огороженную площадку.

– Да, отец хотел построить рабочий кабинет, но мама просит сделать бассейн. У Лили проблемы с позвоночником, и регулярные занятия плаванием пошли бы ей на пользу. Нет-нет, ничего серьезного – обычный сколиоз, – добавил он, увидев мой обеспокоенный взгляд.

Мы вернулись в дом. Джек пошел к отцу, а я зашла в столовую. Свекровь в обтягивающих лосинах и легкой свободной тунике мариновала креветки.

– Я могу чем-то помочь? – обратилась я к ней.

В этот момент вбежала Лили и вопросительно посмотрела на мать, не обращая на меня внимания.

– Не переживай, малышка, вопрос с бассейном я уладила!

Миссис Доусон тепло взглянула на дочь, и та радостно кинулась ей на шею.

– Что готовим? – Лили окинула быстрым взглядом стол и задержалась на креветках. – Понятно, я займусь морковью!

Она взяла овощи и потянулась к терке.

– Кристина, ты можешь почистить лук. – Свекровь протянула мне пакет с овощами. – Думаю, трех луковиц будет достаточно.

Мы готовили в абсолютной тишине. Сегодня хозяйка дома была не в настроении. Возможно, мое присутствие негативно действовало на нее.

Спустя время, когда я уже заканчивала с луком, свекровь попросила меня приправить солью только что нарезанный ею салат.

Я вынужденно обратилась к сестренке мужа:

– Лили, где стоит солонка?

Мой вопрос остался без ответа. В недоумении я смотрела на нее. Но девушка упорно продолжала притворяться, будто не услышала меня. Положив последнюю креветку в глубокую чашку, она направилась к холодильнику.

– Лили, в каком шкафу хранится соль? – пришлось повторить.

В этот раз вопрос прозвучал достаточно громко, его не услышал бы только глухой. Лили взяла солонку и ленивой походкой подошла ко мне.

– Вот. – Она нехотя поставила солонку на стол, даже не взглянув на меня.

Далее все происходило при полном взаимопонимании матери и дочери: Лили часто кидала на маму загадочные и абсолютно непонятные мне взгляды. К моему удивлению, миссис Доусон прекрасно понимала дочь, так как с большим старанием отвечала ей тем же.

Когда Лили оказывалась возле мамы, то обязательно прикасалась к ней: поправляла сережки или гладила по плечу. Миссис Доусон наслаждалась вниманием дочери и каждый раз посылала ей ответный любящий взгляд. Я чувствовала себя лишней, их же все устраивало. Я решилась сама завязать разговор и задала несколько вопросов в духе: «А что это за соус?», «Давно ли вы здесь живете?», но получила только короткие односложные ответы.

Тогда я предложила испечь пряники, сказав, что Джеку они очень нравятся и я угощала его ими, когда мы встречались. Лили снова переглянулась с мамой, и я подумала о том, как они хорошо понимают друг друга без слов. Сначала меня просто угнетала их бестактность по отношению ко мне, а потом, должна признать, эта стрельба глазами стала меня сильно раздражать.

– Вы не любите пряники? – не унималась я.

– Нет, мы готовим то, что предпочитает мама, – ответила за двоих сестренка Джека.

Свекровь не стала поправлять дочь или делать ей замечания. Она обернулась ко мне с многозначительной улыбкой, а затем мелодично добавила:

– Джек очень любит креветки, приправленныемоим специальным соусом, и он очень любит мои печенья, посыпанные шоколадной крошкой. Тем более тесто уже подошло. Кристина, ты достаточно нам помогла, и я тебе искренне признательна за это.

– Как здорово! Приятно наблюдать, как мои любимые женщины дружно хозяйничают.

За моей спиной стоял Джек.

– Речь шла о моих любимых печеньях, не так ли? Я невольно подслушал. – Джек повернулся к плите, с наслаждением втянул аромат того самого специального соуса для креветок, который готовила миссис Доусон, и просиял от удовольствия. – М-м-м… На ужин у нас креветки! – Он направился в сторону матери. – Мама и вправду готовит просто божественно!

Свекровь довольно улыбнулась и крепко прижалась к груди сына.

– Вот что ты будешь делать с ней! – Она забрала нож из моих рук. – Джек, уведи же ее отсюда быстрее. Кухня не самое романтичное место, – засмеялась миссис Доусон.

– Ну, раз вам она не нужна, то… – Джек игриво обнял меня за талию и потянул к выходу. – Пойдем, – ласково шепнул он на ухо, – мама с Лили сами обо всем позаботятся.

В непонятном смятении я поднималась по лестнице. Давно не ощущала себя такой потерянной. Думаю, даже не их отношение ко мне, а скорее их теплое общение между собой заставило меня почувствовать себя неуютно. В замешательстве я никак не могла разгадать точную причину хаоса в своей душе. Джек ничего не замечал, он слишком увлекся рассказом о новом проекте. С его слов, он займет много времени и обещает быть прибыльным. Его голова была наполнена новыми целями и идеями, к реализации которых он намеревался приступить уже завтра.

Вечером я облачилась в платье-футляр графитового цвета и подобрала туфли на высоком каблуке. Джек торопливо поправил узел галстука, и мы спустились в холл.

На ужин была приглашена подруга мамы Джека – Анна, высокая худощавая женщина лет пятидесяти, которая приехала с дочерью Ритой. Круглолицая, рыжая Рита внешне совсем не походила на свою маму. Миссис Доусон сообщила, что сегодняшний ужин в честь нашего приезда. Все, кроме мистера Доусона, уже сидели за столом. Хозяйка дома в стильном платье и с безупречным макияжем – в центре. Ее волосы, как всегда, были аккуратно уложены, а губы четко очерчены. Изящную шею украшало роскошное ожерелье из драгоценных камней. К слову, миссис Доусон всегда выглядела так, будто стремилась затмить всех женщин мира, а всех мужчин покорить.

Подойдя ближе, я окинула стол жадным взглядом, поскольку была голодна. Изысканность блюд пленила меня. Даже еще не отведав их, я могла бы поклясться, что все божественно вкусно. Салат, креветки в соусе и запеченная рыба выглядели очень аппетитно, а от свежеприготовленного печенья с шоколадной крошкой доносился сладкий сдобный аромат, который еще больше возбуждал аппетит. Мы с Джеком уже успели расположиться за столом, когда услышали стук входной двери – это Дик вернулся с работы. Через несколько минут он присоединился к нам.

На протяжении всего вечера звучали комплименты хозяйке дома: ее красоте и умению подать себя, а также неоспоримым кулинарным способностям, доказательства которых – блюда, украшающие стол.

– Мамочка, как же вкусно! М-м-м!.. – Лили закатила глаза от удовольствия.

– И вправду, Роуз, ну нельзя так прекрасно готовить! Я снова рискую набрать лишние килограммы! – добавила Анна.

– Да! Безумно вкусно! – подхватила Рита. – Как вы все успеваете? И ведь при этом выглядите так, что глаз не отвести! – восхитилась она и нетерпеливо потянулась за соусом, чтобы полить им креветки.

– Да, очень вкусно, – похвалил Ник, но его слова потерялись на фоне более искусных комплиментов.