Глава первая
Резвящийся Мамонт

Наш главный редактор Мамонт (в миру Семен Ильич, конечно, но за глаза его никто кроме как Мамонтом не называет, ибо он велик ростом, могуч телом, зело волосат и громкоголос) всегда умеет удивить сотрудников. То матерно загнет такую тираду, что даже корреспонденты, бывающие в военных частях и в горячих точках, поразятся тонкости ее плетения и многообразию выражений, то с прибывшим в редакцию корейцем по-корейски пообщается, то на корпоративе нижний брейк станцует. И всякий раз на широко открытые глаза издательской братии (а нас поди удиви – уж вроде все видели, что только можно) всегда говорит:

– А вы чего удивились? Я еще в лохматом году… и далее: служил на подлодке, сбивал в Корее «фантомы», снимался в фильме «Курьер» в финальной сцене и так далее. И неважно, что между этими событиями может лежать временная пропасть – если Мамонт сказал, то так оно и есть на самом деле.

Вот и сегодня. Звонит мне по внутреннему и говорит:

– Никифоров, ты? Трезвый? (Вот ведь зараза какая. Всего-то один раз пришел бухой с одной подзатянувшейся вечеринки, причем было это уже как год с лишним назад. Но он об этом событии не забывает и при всяком удобном случае колет им мне глаза). – Зайди-ка ко мне.

Партия сказала – комсомол ответил есть. Если шеф зовет – значит это кому-нибудь нужно, и не важно, что этот «кто-нибудь» – не я. В том смысле, что мне такие визиты к руководству нафиг не нужны. Захожу к нему, а он сидит весь такой набыченный, прямо как хан Мамай перед Куликовской битвой и глаз у него такой недобрый. Не иначе как бубну мне собрался выбивать.

– Ты, Никифоров, совсем мух не ловишь в последнее время, – все мои ожидания оправдались: сегодня именно я стану дежурной жертвой нашего «гениального». Он же, упырь такой, уснуть не сможет, пока живой крови не напьется. – Ты мне какой материал сдаешь? Это не материал, а лабуда одна. Вот посмотри у других какая красота! Петрова, например, операционистом в банк устроилась, месяц отработала и о кадровом беспределе статью написала, как провинциалок на работу берут, испытательный срок держат, денежку такую платят, что они бомжам завидуют, их юным телом пользуются и увольняют потом за день до окончания этого срока… Севастьянов вообще подпольное казино с милицейскими накрыл. Он, конечно, по первости хотел просто статью написать и только потому это казино около дома своего нашел. Но по пьяни об этом однокласснику проговорился, а тот у него начальник СКМ на районе. В результате – совместил. Ему в один день грамоту от милиции дали и череп вечером пробили обрубком трубы водопроводной – как бонус от казино. Правда он из-за этого всего в больницу загремел, но это не так уж и важно, главное, что тираж газеты увеличился. А у тебя чего?

– А чего у меня? – стал выстраивать я защиту. – Петрова, между прочим, рубрику ведет «Я пробую сама», Севастьянов криминальную колонку ведет. А я, если вы помните, освещаю светскую жизнь. Там с разнообразием хреново. Там всего вариантов – писать про ругань с мордобоем, про то, как мужчины с мужчинами личную жизнь налаживают, да еще про то, как все вокруг калдырят без остановки. Одни и те же люди по клубам перемещаются с презентации на презентацию и занимаются вышеупомянутыми тремя вещами.

Мамонт хмыкнул и говорит:

– Это конечно да, не спорю. Падение нравов и все такое… Да и по тебе видно, что не врешь, ты же то и дело под газом в редакцию приходишь. Ладно, ладно, шучу. Но статьи твои, честно говоря, стали совсем уже убитые, да прямо скажем – дрянь у тебя стали статьи, и по этой причине я тебе сам решил темку подбросить.

Я, конечно, выпал в осадок: Мамонт решил дать мне тему? Сам? Доброй волей? Крокодил сказал доброе слово, мышка в камне утонула. Да он живет по принципу «Будоражьте свою фантазию, паразиты, будоражьте. И фактами не забывайте разбавлять. А если не хотите этого делать – так я тут никого не держу силком». И тут прямо сам дает тему! Я начал бояться…

– Значит так, – продолжил Мамонт. – Ты наверняка не в курсе, что сейчас самым популярным развлечением является? Да ладно, молчи, все равно про бухло скажешь и не угадаешь. Виртуальные миры сейчас самое популярное развлечение, те, что нового поколения, с полным погружением. Ну знаешь, есть капсула, ты туда ложишься, там какие-то проводки к черепу присоединяешь, хлоп – и ты в другой реальности, в железе по самые не хочу и с дубиной в руках… Или там мечом. Ну, не суть. Народ в этих реальностях, говорят, так осваивается, что у них ТАМ теперь жизнь, а тут так: пожрать, чтобы не помереть и в туалет сходить. С одной стороны, все это, конечно, хрень полная. С другой – коли такие толпы народу там ошиваются, стало быть, что-то в этом есть. Вот ты и давай, погрузись, посмотри, повоюй и статью напиши. Очерков шесть-семь, с продолжениями.

– Семен Ильич, – сразу же заныл я. – Да какой я геймер? И вообще это Петрову надо отправлять, пускай она всю эту виртуальность пробует на себе, согласно заявленному кредо. А то как аниматором в Турцию или служанкой к богатым чувакам на Рублевку – так это она запросто. А как в капсулу лезть – так это мне. И вообще…

– Ты давай, не выступай! – грозно рыкнул Мамонт и махнул своей всклокоченной, нестриженой, седой гривой. – Петрова только буквы на компьютере знает, да и то не все, она давеча клавишу «эни кей» искала. Не нашла, долго плакала. И про свое неведение игровое ты не заливай мне давай. Или ты думаешь, я не знаю, что вы пару лет назад по сетке какие-то баталии устраивали – отдел на отдел? Значит чего-то да умеешь в этих играх?

– А капсулу где брать? – пустил я в ход главный аргумент. Я решил надавить на его жадность. – Знаю я, сколько она стоит. И абонентка там мама не горюй небось. Мне чего, самому платить?

– Не надо платить, – Мамонт только хмыкнул. – Помнишь, на той неделе ко мне ребята такие в костюмах приезжали? Нет? Ну, неважно. Вооот, они как раз из компании «Радеон» были, которая эти капсулы и делает. И игру, кстати, тоже. Ну натурально, они мне одну капсулу и подарили, в виде сертификата на предъявителя. Вот я и подумал – если мне ее подарили, а я сам этой ерундой заниматься не намерен…

Все понятно, старый ты хрен. «Джинса», стопроцентная «Джинса». Что такое «Джинса»? Это проплаченный, как правило налом, рекламный материал, подаваемый в контексте как неотъемлемая часть статьи или фильма. И заплатили за нее мимо кассы прямо тебе. Ну-ну…

– … и еще аккаунт виповский, аж на полгода. Я вот думаю, что, наверное, такие люди дрянь совсем-то уж ни дарить, ни тем более делать не станут. Так что ты там походи, посмотри и напиши объективную, хорошую – подчеркиваю – ХОРОШУЮ – статью. А если она будет не очень, я припомню тебе твое бесконечное пьянство и устрою козью рожу. А может, просто уволю. Как не оправдавшего возложенное на тебя высокое доверие. Ладно, подытожим. Завтра тебе капсулу привезут, дома будь с двух часов. Как установят тебе ее – сразу погружайся. Сроку тебе на задание – две недели… нет, даже месяц. Но чтобы была статья из шести-семи частей. И про «Радеон» обязательно напиши чего-нибудь: капсула, мол, удобная, спина от нее не болит, задница не преет…

По логике вещей я, после всего этого мамонтовского потока сознания, должен был, поникнув главою, пойти и забухать капитально, ну хотя бы для поддержания репутации. Раз говоришь, что я бухарик – буду соответствовать. Но желания квасить не было вовсе. Поэтому я быстренько собрал бумаги со стола, свалил их в ящик этого же стола, сказал соседям по кабинету:

– Чао, православные. Мне Мамонт командировку на месяц выписал, так что можете удавиться от зависти.

– Надеюсь, что в Чечню или в Антарктиду? – язвительно заметила Калерия Георгиевна (в издательстве она вела колонку «Наши маленькие друзья» о домашних животных. В миру была известна под подпольной кличкой «Крыска» – за зубастость, серость и вредность). – Там вам самое и место!

– Не-а, – мотнул головой я. – В Сочи, на месяц, об пляжной жизни писать. Лето ведь. Бархатный сезон на носу, вся светская жизнь там!

– Падлааааа! – выдохнуло полкабинета, а я, помахивая сумкой, побежал быстро-быстро, поскольку, если Мамонт меня поймает после того, как все эти люди присядут ему на мозг, вопрошая, почему я, наглый мальчишка, в июле за казенный счет поехал в Сочи, а не они – заслуженные и награждённые, то бить он меня будет больно-больно и долго-долго. А вот нечего мне припоминать тот один раз, когда я поддатый пришел, и давать какие-то «джинсовые» задания, при этом даже не пообещав отстегнуть процентик, хоть бы даже и небольшой.

Работа журналиста немного сродни работе следователя. Сначала ты информацию собираешь, потом перевариваешь, а потом… Вот потом как раз и заканчивается это самое немного. Следователь эту информацию использует закрыто и против одного человека или, к примеру, группы лиц – если конечно имел место предварительный сговор, а вот журналист – наоборот: чаще всего как раз доводит эту информацию до большинства и тем зарабатывает себе на хлебушек и репутацию. Нет, теперь мне не «репутацию» надо говорить. Теперь надо говорить «экспириенс» или даже «экспу», то есть опыт, получаемый игроком за выполнение заданий, убийство монстров и прочие игровые действия. Я ж теперь геймер. Блин. Хотя там, в играх, по-моему, и репутация была… К чему я это все сказал? Пришло время собирать информацию.

По дороге домой я вспоминал те немногие РПГ и ММОРПГ, в которые мне довелось играть энное количество лет назад. Нельзя сказать, чтобы я был записным геймером, хотя, как нормальный подросток, а позже и юноша компьютерной эры, я, конечно, провел определенное количество времени и в социальных сетях, и в форумах, ну и на порносайтах (И не надо свистеть, что туда ходят только извращенцы. Туда ходят все. Не все в этом признаются). Ну и, разумеется, я играл. В первую очередь, конечно, это были «шутеры». Но и РПГ я уделял время, поэтому какие-то базовые знания у меня были. Но с тех пор все так изменилось: появились капсулы, виртуальность стала осязаемо-реальной.