Вот так Европа и профукала свой женский генофонд. Если я встречаю на улицах Парижа, Берлина, Лондона красивую девушку, то точно знаю, что она славянских кровей – русская, украинка, полька. Без вариантов.
Острый язык, завышенная самооценка, никому кроме нее не нужные принципы и грозный папа – этого оказалось достаточно для того, чтобы распугать сначала охотников за приданым, потом правильных мальчиков из «своего круга», а после и всех остальных особей мужского пола
Демократия, – с довольным выражением лица произнес Майкл. – Как она есть. – То есть когда все говорят, но никто не слышит друг друга, – глянул на него я. – Да и слышать не хочет, потому что единственно верной считает свою точку зрения. Да, это именно она. И