И еще: почему только мужчины – священники? А вы представьте, например, что какая-то ваша подружка – священница. Что было бы, если бы церковь разрешила женщине быть священником?! Нет, вы только представьте себе, что какая-то ваша знакомая получила разрешение быть священником! Боже сохрани! – на самом деле. Любая умная женщина скажет: «Боже сохрани!» «А почему? – спросите вы. – Женщины что, второсортные, что ли?» Да нет. Просто у них другое послушание. Просто наша эмоциональность, наш вообще психотип, вся наша природа говорят: женщина находится в полном, в абсолютном противоречии со священством. Ведь что такое быть священником? Если угодно: это нужно много знать; постоянно думать; молчать о том, о чем ты думаешь; хранить в тайне то, что ты слышишь. Через священника промываются тонны информации о самых разных вещах, и он должен все это знать, но молчать. Священник должен иметь глубокое сердце! Трудно требовать такого от женщины. Просто невозможно! Это противоречит ее природе, это неправильно. Любая нормальная женщина скажет: «Да, действительно, это совершенно не в нашем духе, это не мое».
Все, что касается священника, касается любого мужчины. То есть он должен много думать, молчать о том, о чем он думает, искать мудрости, много молиться. Ведь в конце концов, молитва дает силу ума. Феофан Затворник в одном из писем пишет: «Научиться молиться может каждый, но в высших степенях молитва сильно зависит от силы ума». Это очень важное замечание, что сильный ум – это некий рабочий инструмент для сильной молитвы. Те люди, которых мы знаем, как молитвенников, были бы гениальны в любой области человеческой жизни, если бы обратили к ней свой ум – оторвав его от молитвы. Например, если бы Серафим Саровский, допустим, занимался физикой, то он был бы не только как Эйнштейн или Ландау[7], а как все гении, собранные в пучок! Это был бы уникальный гений физики. Если бы он занимался шахматами, это был бы Алехин[8] и Капабланка[9] в одном флаконе! Он обладал такой силой ума и постоянного внимания, такой силой духа, такой концентрированностью, такой памятью! У святых, кроме всего прочего, невероятная память – такое широкое, открытое сердце! Они были бы гениальны в любой сфере человеческой деятельности! Этого нельзя требовать от женщин, потому что у них совершенно другая задача в жизни. Но где нет всего этого, там мужику делать нечего.