Глава 3

В своей небольшой каморке, которую он называл величественно – мой кабинет, Валера Слон смотрел порнуху. Ему было под полтинник и он смотрел порнуху утром, днём, вечером, ночью, короче двадцать четыре часа в сутки. Он может был озабочен на этот счёт, а может возраст подталкивал его на это действие, хотя все на районе знали, что он часто пользуется услугами Королевы, так между собой на районе, все уважающие себя мужчины, пользующиеся услугами этой особы, звали Светлану. В дверь постучали, Валера предусмотрительно выключил монитор.

– Кого нечистая несёт?

Дверь в кабинет открыл администратор Игорь.

– Валерий Иваныч, там Бульдог к вам пришел.

Включая монитор компьютера, Валера усмехнулся.

– А, Каменая голова, пусть зайдёт.

Бульдог появился через несколько секунд: в пуховике и вязанной шапочке он казался ещё больше, поздоровались за руку, Бульдог без разрешения сел на маленький диванчик у стены.

– Привет, Валера.

Валера вытащил из пачки сигарету, прикурил.

– Для тебя, дядя Валера!

Бульдог усмехнулся.

– У тебя что манька величия прискакала?

Валера рассмеялся.

– Шучу, шучу, братушка, мне нравится смотреть за реакцией на твоём лице, когда с тобой грубо разговариваю.

Бульдог подумал: – Когда-нибудь ты досмотришься, сука жирная. – Спросил:

– Ну и что ты на нём видишь?

Валера воскликнул.

– Ты знаешь ничего и это меня удивляет, ты вобще в экстремальных ситуациях когда-нибудь очкуешь?

Бульдог не задумываясь ответил.

– Нет.

Валера пошутил:

– Наверное не успеваешь.

– Что, не успеваю?

– Ну это, подумать о страхе.

Бульдогу не нравился этот разговор. Валера явно усмехался над ним.

– Ты, Валера, придержи свои приколы при себе, я по делу.

Валера затянулся сигаретным дымом.

– Ну раз по делу, излагай.

Бульдогу было стыдно, поэтому он заговорил, поламывая от волнения пальцы на руках.

– Помощь твоя нужна, дай какую-нибудь работу, бобла нет, край уже, стыдно на деньги матери жить.

Лицо Валеры стало серьёзным.

– А, что ты можешь, Андрюша?

Бульдог пожал плечами. Валера продолжил:

– Вот именно ничего, ты после армейки даже нигде не работал.

Бульдог недовольно буркнул себе под нос.

– В фитнес – клубе работал инструктором.

– За что тебя оттуда турнули?

– Хозяину рожу разбил.

Валера опять воскликнул, разводя руки в стороны.

– Вот видишь, рожу разбил, а значит ты себя не можешь в гневе контролировать, где гарантия, что если я найду тебе работу у себя, ты завтра не разобьёшь рожу мне.

– Зачем мне тебе рожу разбивать?

– Ну незнаю, у тебя свои взгляды на жизнь. Мне нужны работники преданные, послушные, чтобы за меня в огонь и в воду, и язык за зубами могли держать.

Бульдог пробасил:

– Это я умею.

– Что умеешь?

– Я – не балабол, хоть у кого спросить можешь из парней.

– Этого мало, хотя этот факт в нашем деле немаловажен. Как с остальным, с преданностью и послушанием?

Бульдог сдвинул брови.

– Да нормально всё будет, ты босс.

Валера затушил сигарету в банке из под пива.

– Ладно, людей сможешь ещё найти?

– Каких? Для чего?

Валера покачал головой.

– Для работы сынок.

– Во дворе пацанов полно все без дела шляются.

– Нужны только надёжные.

Бульдог заверил.

– Есть пацаны!

Валера Слон достал из внутреннего кармана своего пиджака бумажник из рыжей кожи, он был такой-же толстый, как и его хозяин. Он извлёк из него пластиковую карточку и положил на стол перед Бульдогом.

– Знаешь что это такое?

Бульдог опять усмехнулся, подумал: – Совсем меня за лоха держит. – Знаю, телефонная карточка для таксофона.

Валера рассмеялся:

– Это банковская карта, по этой карте в банкомате деньги снимаются.

Бульдог понял что ступил, хлопнул ладонью себя по ноге.

– Точно, забыл, херле у меня денег нет, я ими не пользуюсь, так слышал. Вон у Испанца есть он говарил, но я не видел. Ты мне по делу говори, а не карточки под нос суй.

Валера покачал головой, подумал: – Тяжелый парень на голову. Может и к лучшему в этом деле, меньше знает, меньше вопросов.

– Эта карточка и есть твоя работа?

Бульдог вопросительно посмотрел на своего нового босса, тот продолжил.

– Тебе с твоими парнями придётся поколесить по всему Татарстану. Работать придётся там, где есть банкоматы, предварительно я буду говорить тебе код карты и сумму, которую ты или твои дружки должны будете снять с этой карты. Снимаете деньги и быстро валите из этого места, где произошла операция. С каждой снятой суммы будете иметь двадцать процентов. Сотовый телефон у тебя есть?

– Да.

– Продиктуй номер.

Бульдог продиктовал ему свой номер телефона, Валера набрал его на своём аппарате, сделал дозвон.

– Это мой номер, запиши, по нему будем общаться и с него будешь получать информацию от меня. Приносишь мне снятые деньги лично сам. Твои дружки не должны знать обо мне. В нашем городе не работайте, в других можно, в основном выбирайте многолюдные места, типа торговых комплексов, и где нет лишних свидетелей. При снятии денег рожи как-нибудь маскируйте, на банкоматах есть камеры, срисуют мусора, потом не отмажетесь. Ну что, пойдёт такая работа?

– Да конечно, но на чем мы ездить будем по городам? У меня машины нет.

Валера опять закурил.

– Хоть, на автобусах рейсовых, мне по барабану, разбогатеешь купишь машину. Да, и ещё чуть не забыл, не вздумайте меня кинуть, тема эта серьёзных людей из Москвы, если что, всех похоронят, понял? Да и ещё. – Слон вытащил из кошелька пятитысячную купюру. – Это вам на автобус, аванс, потом отдашь.

Бульдог понимающе молча кивнул головой.

Настойчивый гимн России разбудил Куницина, звонил его сотовый, он нехотя приоткрыл глаза, рядом на прикроватной тумбочке лежала трубка, возле недопитой бутылки коньяка. Он бросил взгляд на кровать справа, ласковая Зульфия уже испарилась, видимо ей пора на работу. Куницин поднёс к уху телефон, уже зная по высветившемуся номеру на экране, кто звонит, хриплым похмельным голосом проговорил:

– Доброе утро товарищ полковник!

Ровный бодрый голос его непосредственного начальника – полковника Хрусталёва, сразу прогнал остатки сна.

– Что с голосом Куницин? Опять водку жрёшь?

Куницин кашлянул.

– Никак нет товарищ полковник, спал.

– Ты, мне Куницин смотри там, не дури я тебя знаю. – Он хотел что – то добавить, но Куницин опередил его.

– Что – то случилось, Владимир Константинович?

Недовольный тем, что его прервали в прочитке урока по этике для подчинённых, Хрусталёв сказал:

– Да, случилось.

– Слушаю товарищ подполковник?

– Там к тебе вылетел утренним рейсом представитель Интерпола из Швейцарского отдела по фамилии Клоц.

Куницин усмехнулся.

– Что там у них все по фамилиям заканчиваются на букву Ц: Шварц, Клоц.

Хрусталёв нервничал, Куницин его понимал, такое ЧП международного масштаба.

– Мне какая разница как у них фамилии заканчиваются, главное помогите там ей, она труп хочет забрать и личные вещи Шварца. Ну и так покумекайте с ней, как этого Испанца поймать, может информацию сольёт. Наверное поняли, что работать надо вместе.

Куницин тяжело выдохнул.

– Не прошло и двух лет как они смогли это понять.

– Ладно, сам знаешь что делать. И, это, похмелись, хватит водку жрать.

– Так Новый Год, Владимир Константинович.

– Эдечка, у чекиста всегда должна быть чистая голова.

– Я это помню: холодное сердце и так далее.

– Всё, ты меня понял, вечером жду доклад.

Хрусталёв отключился. Куницин встал с кровати, увидел на полу свои трусы, одел их, и в этот момент в дверь номера настойчиво постучали. Куницин вышел из комнаты, бесшумно пересёк зал и также бесшумно открыл входную дверь, немного растерялся, увидев перед собой симпатичную девушку в черной норковой шубе, на которую спадали ровные белокурые волосы. Он оценил сразу её фигурку и рост, и конечно пошутил бы на эту тему, если бы не увидел за её спиной капитана Воеводина, и к тому-же, она с лёгким акцентом представилась:

– Джесика Клоц, Интерпол.

Всё-же Куницин улыбнулся.

– Быстро же вы добрались, Джесика, чтож прошу в мою берлогу, правда у меня здесь беспорядок, сразу прошу извинить меня, Новый Год, сами понимаете, немного погуляли вчера.

Они все прошли в зал. Садясь в кресло, Джесика понимающе проговорила:

– Я хорошо знаю ваши обычаи, как вы там говорите: пить так пить, спать так с королевой.

Куницин развёл руки в стороны.

– Как-то так. Что вас привело в этот городишко спрашивать не буду, можно прямо к делу.

Джесика улыбнулась.

– Может вы хотя бы оденетесь майор? Я достаточно изучила ваше, хорошо сложенное тело.

– О, вы мне сделали комплимент! И всё-же с чего начнём.

Джесика расстегнула пальто:

– Для начала я хочу осмотреть номер моего коллеги Шварца.

Куницин деловито сложил руки на своей волосатой груди.

– Вы знаете процедуру?

– Да, вы изучите и просмотрите все документы, которые мы найдём в его номере и я отвечу на все ваши вопросы. Потом мне нужно будет переправить тело в Швейцарию.

– С этим проблем у вас не будет, думаю через пару дней мы его отдадим. – Он повернулся к Павлу: – Павел Сергеевич, потрудитесь позвонить в кафе, закажите завтрак на троих. – Затем взглянул на Джесику. – Для начала мы позавтракаем, вы составите нам компанию?

Она посмотрела на него с прищуром.

– Я составлю вам компанию.

Она изменилась в лице когда Куницин повернулся спиной и направился в спальную комнату, чтобы переодеться. Она насчитала на его спине шесть шрамов от пулевых ранений, два были совсем свежие, сроком до года.

Глава 4

К семи часам вечера в ресторан Арба начали подходить гости, здесь сегодня отмечали день рождение начальника охраны криминального авторитета города Пузыря – Аллигатора, ему исполнялось сорок восемь лет. Конечно девяностые и с ними многие авторитеты как Пузырь, канули в лету, и тот кто остался живой в девяностых стали простыми коммерсантами с большой буквы, но в городе все кому следовало знали и помнили, кто такой Пузырь на самом деле. И то что он прикрывался сейчас бизнесом, это только ширма, а может очередная криминальная фишка, как малиновый пиджак в девяностых. Пузырь оставался зависливым, жадным и кровожадным. Хоть вел себя скромно, и не блистал в открытую на публике, как в девяностые. Наступило другое время, другая жизнь, теперь делалось всё тихо, из подтишка. Его не любили, но по – прежнему боялись, поэтому на день рождение его любимца и начальника безопасности все приглашенные прибывали вовремя, будто на день рождение самого Пузыря не приехать, значит высказать неуважение ему самому.

Столы в зале были расставлены лицом к сцене так, чтобы каждый из приглашенных видел, что происходит на театральных подмостках. Всех ждала великолепная концертная програма, сам именинник и его босс восседали в центре этого полукруга и понемногу разогревались дорогим вискарём. Пузырь, облокотившись на левую ручку своего стула, и держа в руках стаканчик с виски, рассказывал Аллигатору анекдот:

– Короче братуха, слушай. – Мужик после работы валяется на диване, ящик смотрит, жена ему из кухни кричит: – Что валяешься опять на диване, иди вон кран почини, течёт! Он ей: – Я, что тебе сантехник что-ли. – Та не унимается: – Хотя бы выключатель почини в ванной! – Короче он ей: – Я, что тебе электрик что-ли. – Ну, на следующий день с работы пришел, пожрал на кухне, смотрит смеситель новый на раковине, раз сразу к выключателю в ванной, тоже новый. Подходит такой важный с претензией к жене: – Дорогая, а кто это тебе смеситель и выключатель починил? Она такая, как ни в чём не бывало посуду моет, спокойно говорит: – Позвала электрика и сантехника, они мне всё починили. – Он такой довольный: – Молодец, можешь же. – Она ему, вздыхая, конечно ещё могу. – На диван садится и спрашивает: – Много взяли бобла? Она опять вздыхает. – Нет, денег не взяли. – Мужик удивился: – Как это? – Сказали: отдайся нам или спой что-нибудь. – Ну и что ты им спела, дорогая? – А она ему и говорит:

– Что я тебе певица что-ли?

Они дружно рассмеялись, в этот момент гости всё прибывали, подходили к столу именинника и кладя на стол перед ним поздравительные конвертики с деньгами, после словесного приветсвия и поздравления, рассаживались на свои места за столом. Аллигатор спросил Пузыря:

– Вы, Павел Анатольевич, Новый Год отмечать куда нибудь планируете ехать?

Пузырь прищурил один глаз, спросил:

– Может и планирую, с какой целью интересуешься?

Аллигатор даже растерялся от такого вопроса:

– Как с какой целью, я за ваше тело отвечаю.

Пузырь грустно произнес.

– Хороший возраст – сорок восемь, ты – Гена на меня внимание не обращай, я так спросил, дуркую под старости лет, ты бы вот куда хотел поехать на Новый год?

– Вы же знаете, куда скажете.

– Нет, Гена, подожди, к примеру я на Новый год тебя отпускаю в отпуск. Куда бы ты поехал отдыхать?

Аллигатор незнал, что ему ответить, так как и никогда не думал об этом: семьи у него не было, и он с шефом объехал почти весь мир. Поэтому он пожал плечами:

– Даже незнаю.

Пузырь положил ему руку на плечо:

– Вот и я незнаю, вариантов полно, а ехать некуда. А знаешь почему?

– Почему?

– Потому что куража нет, одни мы с тобой: жен нет, детей нет, опять лететь на другой конец шарика, чтобы вставить какой-нибудь шлюхе, потратить бобла и нажраться как свинья, а потом опять дела. Надоело жить по одному сценарию, вот в девяностых кураж был, каждый день стреляли, и каждый день хоронили, поэтому и куражились от всей души, потомучто никто не знал, наступит ли завтра.

Пузырь задумался, он вспомнил как в девяносто пятом на его свадьбу заявились киллеры и открыли по всем гостям и молодоженам огонь из автоматов, положили тогда десять человек: невеста, уже жена – Галина умерла одна из первых, заслонив грудью мужа, тогда и всё хорошее в Пузыре и умерло, он мстил и остановился только тогда, когда мстить уже было некому. Не осталось у обидчиков ни их, ни их родственников. Пузырь грустно улыбнулся:

– Давай выпьем, дружище, у тебя днюха, нужно веселиться. А тебя обязательно женим.

Аллигатор застенчиво улыбнулся.

– Да, ладно.

– Женим, я тебе говорю, девчёнки ещё хорошие есть, уже подросли.

Они выпили, на сцене появился конферансье, громко поприветствовал именинника и гостей.

После завтрака Куницин, Воеводин и Джесика поднялись на четвёртый этаж в номер Шварца. Куницин открыл его электроным ключом, который забрал из кармана пиджака покойного Шварца. В номере было чисто, постель прибрана.

Куницин вслух заключил:

– Он здесь не жил?

Воеводин прошел в ванную комнату, Джесика спросила:

– Почему вы так думаете?

– Вы видели мой номер? Бардак, будто я прожил там неделю без уборки, а ваш Шварц прожил здесь четыре дня и ни к чему не прикоснулся по вашему?

– Может здесь произвели уборку?

Воеводин вышел из ванной комнаты, прошел в спальную.

– У меня другая версия. Ваш Шварц имел в городе знакомого или знакомую, вы об этом думаю знаете, и искать, знаете где этих его друзей, в машине не было тоже никаких вещей.

– Или вы не хотите мне передать его вещи?

Куницин покачал головой, сел в кресло возле журнального столика.

– Доверие, мой друг, только доверие! Не надо нас русских приравнивать к самым отъявленным негодяям человечества, мы как и вы хотим раскрыть эту банду хакеров под предводительством Испанца. Мы ещё два года назад предлагали Шварцу свою помощь, но он отказался. Что он здесь опять делал? Испанца здесь нет, он за границей, его нет в России, я даю вам сто процентов.

Джесика задумалась, было видно, что она колеблется, принимая правильное решение, резко бросила, видимо её прорвало:

– Ваш Испанец здесь, в этом городе, и я вам тоже даю сто процентов.

В зале появился Воеводин, в руках он держал черный кожанный кейс.

– Вот и вещи, лежал под кроватью, по всей видимости, он здесь не жил, только работал, душем не пользовался, только унитазом, в котором уничтожал также окурки.

Джесика удивилась.

– Я правильно поняла, окурки – это сигареты?

– Да. – Воеводин положил кейс на журнальный столик.

Куницин повернул кейс к себе увидел, что на нем замочек с кодом, предложил Джесике.

– Может откроете, код знаете?

Джесика сняла с себя дублёнку, аккуратно положила её на диванчик, подошла к кейсу, набрала комбинацию. Прозвучал щелчок, кейс открылся, она вела себя так, будто чемоданчик был её собственностью, извлекла из него ноутбук и молча села на диван рядом со своей шубейкой, открыла ноутбук и стала в нём что – то искать, Воеводин присел к ней рядом, и без стеснения, смотрел за её пальчиками и монитором. Куницин осмотрел содержимое кейса: две пары черных, нераспечатанных в слюде носков, белая рубашка, галстук, ручка Паркер в футляре, и самое главное – флешка в маленьком потаённом карманчике у левой стенки кейса. Куницин незаметно спрятал флешку в руке. На его удивление Джесика, не отрывая глаз от монитора, спокойно проговорила:

– Господин Куницин, дайте мне флешку, которую вы нашли.

Он поднялся, молча передал ей флешку, Воеводин досадно выдохнул.

– Ничего нет.

Джесика подтвердила его слова.

– Да, всё кем-то стёрта вся информация. – Она воткнула в ноутбук флешку, через минуту заговорила вновь. – Так есть, здесь кто-то побывал, Шварц никогда в жизни не курил сигареты, он иногда курил трубку, даже развёлся из – за этого со своей первой женой, господин Воеводин утверждает что в туалете курили, это не Шварц, затем кто – то нашел кейс и стёр информацию, это был явно не профессионал, так как флешку бы нашли, а её не нашли, и это хорошо.

Куницин поинтересовался:

– На флешке много информации?

Джесика нехотя улыбнулась, ей явно не хотелось делиться тем, над чем она со Шварцем работала не один год.

– На этой флешке вся информация за два года на вашего Испанца.

– Надеюсь вы ей поделитесь с нами?

– У меня нет выхода, господа, пора ставить в этом деле точку.

Куницин вернулся в своё кресло.

– Мне не нужно изучать ваш материал, я и так знаю об этой персоне больше вашего, я надеюсь всё услышать от вас.

Джесика закрыла монитор.

– С чего начать?

Куницин положил ногу на ногу.

– Для начала скажите, зачем он сюда приехал, Испанец, как нам известно в Испании?

Джесика усмехнулась.

– Нет, Испанца там нет и давно не было, мы проверяли все места, где он раньше бывал, мы обыскали всю Европу и Америку, он как по – вашему говорится, как в воду канул, вроде бы так.

Куницин остановил её.

– Извините пожайлуста. – Обратился к Воеводину. – Паша, дружище, позвони в кафе, разговор долгий будет. Пусть бутылочку и закуски организуют, не умирать же нам молодыми и красивыми.

Джесика покачала головой, рассмеялась.

– Мне говорили, что в России все дела делаются только с водкой.

Воеводин подметил.

– Нет, не все, детей мы стараемся делать на трезвую голову.

Она воскликнула.

– О да, это есть хорошо, это правда, у вас здоровая нация.

Воеводин вышел в спальную, оттуда по внутреннему гостиничному телефону набрал кафе и сделал заказ. Джесика и Куницин дождались его, и она продолжила, когда он вернулся.

– Ещё раз извините меня Джесика, продолжайте.

– Три месяца мы не могли его отследить и буквально четыре дня назад он высветился здесь в Нижнекамске, у вас в России. Он перевел из национального банка Германии тридцать миллионов Евро на обыкновенный личный счёт вашего россиянина, здесь в этом городе.

Куницин удивился.

– Но тогда почему мы ничего не знаем об этом?

– Потому что ваша банковская система на каникулах, но думаю они сегодня уже всю операцию увидели, как и ваши оперативники.

Воеводин выдохнул:

– Ни хрена себе!

В дверь номера постучали.