Цитаты из книг автора «Андрей Рубанов»

любимую русскими селёдку японцы вообще не считают за еду. Более половины выловленной сельди, пишет он, японцы пускали на удобрения!

Когда возникла теория о классовом обществе – стало ясно, что буржуазия, почти вся, также принадлежит к касте хлебопашцев, простолюдинов. Буржуа – это просто разбогатевший простолюдин, но сохранивший кругозор простолюдина, привычки простолюдина, вкус простолюдина. Буржуа не следует кодексу чести, как воин. Буржуа не охотится за знанием, как жрец. Буржуа

– Ты съездил удачно. Всё это очень красиво. Надеюсь, ты понял что-то важное. – Конечно, – ответил я. – Ещё как понял. В первую очередь – я понял, что наши предки не были вонючими дикарями. Они были круче нас. Они были сильнее, смелее, крепче. Они видели мир ярким и прекрасным. – Вот именно, – сказала жена. – Они жили в прекрасном мире. Посмотри на этих истуканов. Они очень красивые. Страшные, конечно, – но красивые. Она подняла боевое весло и взвесила в руке. – Тоже красивое, – сказала она. – Люди подчинены красоте. Стремление к красоте – это инстинкт. Такой же, как утоление голода. Если человек делает что-то, если он изготавливает деревяшку или акулий зуб на шнурке, – он инстинктивно соблюдает законы гармонии. Люди острова Пасхи следовали за красотой. Как и все прочие. – Чтобы это понять, я преодолел 19 тысяч километров. – Чтобы это понять, некоторым не хватает целой жизни.

Путешествия – интересный и объёмный бизнес; конечно, не такой объёмный, как нефть или газ, но всё же достаточно респектабельный и мощный.

я не удержался и написал, что убежать от себя можно, способ найден: для такого бегства следует забраться максимально далеко, на обратную сторону шарика. Увы, способ этот – не универсальный, подходит не каждому. Слишком дорого стоит.

За такой малый срок нельзя понять ни место, где ты оказался, ни тем более людей, в этом месте живущих. Три недели – нормально для туриста; для исследователя – несерьёзно.

Пацаны с острова Рапа-Нуи показались мне красивыми, крепкими и борзыми, ничем не слабей пацанов из деревни Узуново, из 1978 года.

Энергетика океана слишком сильна, она подавляет энергетику человека, но одновременно оказывает на неё благотворное влияние.

Несомый волнами назад в бухту, я наконец понял, как устроен мир народов Тихого океана. Их головы продуты ветром и наполнены грохотом волны. Их сознание промыто океаном. Энергетика океана слишком сильна, она подавляет энергетику человека, но одновременно оказывает на неё благотворное влияние. Океан является полем абстрактного мышления, это сверхсила; он даёт пропитание, он устанавливает погоду, он является дорогой для передвижения – и одновременно источником смерти, гибельных ураганов. Океан нельзя победить или подчинить – он есть воплощённое абсолютное могущество. Однако его можно постичь, понять, разгадать его законы, приспособить. И тому, кто сумеет это сделать, океан может даровать благоденствие, жизнь мирную и счастливую. Кто хоть раз качался на его волне, оглохший и захлебнувшийся, переполненный восторгом, – тот скажет, что я прав.

Ты просто намерен точно выяснить свое местонахождение. Не относительно тех, кто выше или ниже, а относительно себя самого. В этом, черт побери, весь фокус: определить свое место относительно себя самого. Относительно других – все очень понятно. Внизу землекопы, сверху конструкторы ракетных двигателей (хотя бывает и наоборот). Внизу глупцы и бездельники, вверху, у самых облаков, – титаны мысли и трудолюбия. Однако ты не желаешь определять свои координаты относительно гениев или дураков. Ты сам себе дурак и сам себе гений. Зачастую одновременно. Ты не хочешь смотреть на других. Всегда есть какие-то другие. Всегда кто-то выше и всегда кто-то ниже. Если все время думать о других – тех, кто выше или ниже, – однажды можно перестать существовать. Чтобы понять, что ты существуешь, надо в начале ночи устроиться в своей комнате, выключив свет, в центре дивана, раскинув в стороны руки, и посмотреть в окно.