Глава 1

Встроенный в наручник биосканер тихонько пискнул, и я замер, высоко подняв руку. Три вздоха… и темный силуэт промелькнул в вышине, позволяя немного расслабиться. Беркут…

– Чисто, – бросил я в общий канал группы и по инерции махнул рукой.

Темнело. Отряд растянулся метров на пятьдесят, следуя изгибам горного ущелья. Я шел во главе боевой группы, сканируя местность и сверяя маршрут с картами. До форта оставалось идти всего около суток, но расслабляться не стоило. Активность демонов и их приспешников в последнее время вызывает много разговоров. И не только на брифингах у командования округом. Даже самые опытные бойцы, сидя ночью у костра, нет-нет да обмолвятся, что происходит нечто неладное.

Из размышлений меня вырвал голос Андрея, командира нашей группы.

– Вик, уже темнеет. Нужно найти подходящее место для привала.

Мысль командира была правильной, но, по моему мнению, несколько запоздалой. Неважно. Я быстро изучил карту, ища подходящие варианты.

– Капитан, – почти сразу ответил я, заметив подходящую локацию. – Предлагаю слегка сойти с маршрута и подняться на небольшое плато, что к северу. Максимум потеряем полчаса, зато спокойно разобьем лагерь.

Андрей внимательно осмотрел фрагмент карты, которой я ему скинул, и молча кивнул.

– Группа, внимание, – раздался его голос в общем канале. – Уходим с маршрута и через полчаса на точке разбиваем лагерь. Координаты уже в вашем коммуникаторе.

Получив быстрое «принято» от командиров звеньев, я изменил курс, поднимаясь по расщелинам наверх. Полностью стемнеть должно было примерно через час, так что мы успевали.

С наступлением сумерек горы быстро преображались. Тени удлинялись и набирали силу, становясь почти физически осязаемыми. Словно следуя за кистью небесного художника, они скользили по полотну реальности, забирая из него все краски и иллюзию спокойствия.

Страдать фобиями у нас не принято, но градус тревожности стремительно повышался. Полчаса, необходимые, чтобы добраться до нужного утеса, в моем восприятии растянулись на целую вечность. Постоянно сверяя данные с биосканера и окружающую обстановку, я пытался засунуть свою тревогу куда подальше. Получалось плохо…

Змейка маркера на карте показывала, что мы почти на месте. Осталось только обойти скальный карниз и попадем на плато, с трех сторон окруженное горными кряжами. Я невольно ускорил шаг, огибая последнее препятствие, и замер как вкопанный.

– Какого черта, Вик! – сильный толчок в спину чуть не сбил меня с ног. Лунные блики высветили злое лицо капитана, которое через мгновение вытянулось от удивления.

– Какого черта, Вик, – сказал он уже немного растерянно. – Что это такое?!

Местность вблизи форта была достаточно хорошо изучена, так же как и все, что могло вызвать интерес, но это! Я молча смотрел на гигантское сооружение, которого здесь попросту не могло быть.

Храм… по-другому сложно было его пока определить, возвышался на добрых тридцать метров в высоту. В стиле, близком к античному, его конструкции выглядели совершенно иррационально на фоне дикой горной местности. Массивы колонн на фасадной части заканчивались двускатной крышей, в центре фронтона которой был изображен круг со странным символом. От линий узора веяло чем-то очень чужим. Но как ни странно, страха он не вызывал. Демоны и их приспешники использовали совсем другую символику.

Внезапно биосканер издал звук, и цифровая карта расцвела красными точками. Демоны… не поминай черта в суе. Старая поговорка была как никогда актуальна. И, как всегда, некстати.

– На девять часов вражеская активность! – почти прокричал я, переключившись на индивидуальный с командиром канал и следом скинул туда цифровой слепок со сканера. Через долю секунды в общем канале отряда прозвучал приказ.

– Всему отряду… срочно выдвигаемся к… долбаному храму и занимаем позицию возле колонн.

Наш разведывательный отряд состоял из восемнадцати человек. Все – сплошь ветераны. Пусть за три года, проведенные в Анклаве, никто, по-настоящему, так и не стал мне другом, но в бою я доверял каждому из них.

Уже через мгновение весь отряд бежал к храму, на ходу готовя оружие к бою. Я первым достиг точки назначения и, переводя дыхание, остановился у ближайшей из колонн.

Вблизи сооружение еще больше подавляло своим величием. Неведомые строители постарались на славу. Выглядел он так, будто работы по возведению закончились минут за пять до нашего прихода. Гладко отполированный камень, из которого был построен храм, был похож на гранит. Ни одной трещинки или сколов. Черт, даже пыли не было видно. Укрытий, кроме колонн, также не наблюдалось. Как и окон. Лишь по центру располагалась массивная дверь высотою метра в четыре. Справа от нее на уровне головы было углубление в виде круга с еще одной пентаграммой. На каждой из вершин фигуры отчетливо проступала выпуклость. Повинуясь наитию, я нажал на выступающий участок, который был ближе ко мне. Он плавно слился с пентаграммой, прочертив сияющую линию к выступу в центре. Недолго подумав, я нажал на него. Символ мигнул, выступы заняли прежнее положение, и свечение прекратилось.

– Капитан, – обратился я к Андрею, видя, как последние из ребят уже достигли храма и занимают позиции возле колонн. – Здесь на двери пентаграмма с шифром. Похоже, это нечто вроде ключа, открывающего доступ.

– Постарайся с ней разобраться, – голос капитана звучал прерывисто, но то, что это приказ, сомневаться не приходилось.

– Всем… боевая готовность, – не дожидаясь моего ответа, он переключился на общий канал связи. – До предположительного контакта с противником – две минуты!

Я вернулся к разглядыванию пентаграммы, ища хоть какую-то логику для решения поставленной задачи, а тем временем экран сканера расцвел еще большим количеством точек.

– Капитан, еще пятнадцать сигнатур…

Андрей грязно выругался, но точно разобрать, чья мать во всем виновата, уже было невозможно. Тишина закончилась в одно мгновение… дикие крики, полные первозданной злобы, разорвали ее полотно словно нож, и через секунду к ним присоединились гулкие выстрелы штурмовых винтовок. Гаргульи… уродливые крылатые твари, вынырнув из расщелины на плато, без промедления понеслись к храму. Первые две из них, попав в фокус десятка штурмовых винтовок, почти мгновенно ушли к праотцам, если таковые у них имелись. Остальные, резко разделившись и сменив траектории, продолжили сближение. Я инстинктивно вскинул винтовку и открыл огонь…

– Вик, дверь! – закричал капитан.

Инстинкт самосохранения кричал, что нельзя убирать оружие и поворачиваться спиной к врагу, но приказ есть приказ. Закинув винтовку на плечо, я повернулся к двери и стал изучать пентаграмму. Я любил всевозможные ребусы, но даже в спокойной ситуации не знал бы, с чего начать. А с тварями за спиной и какофонией, состоявшей из криков и выстрелов, мозг вообще отказывался работать. Нажав выступы по кругу, я увидел, что от каждой потянулось к центру пентаграммы пять линий, каждая своего цвета. Нажал на центральную… и ситуация повторилась – все вернулось в прежнее положение, и свет погас. Понятно… понятно, что встряли. Количество возможных комбинаций было просто огромным. Я попробовал нажать в другом порядке, но результат был таким же. Я начал судорожно тыкать наугад. Еще пять попыток и пять неудач. Думай! Но отчаянно не думалось.

Крик… уже не демона, а человеческий. Я инстинктивно обернулся. Первые гаргульи долетели до храма и падали прямо на нас. Уродливые создания, без тени разума, не обращая внимания на погибших сородичей, бросались в атаку, пуская в ход длинные когти. Одного из бойцов, кажется, Джеки, одна такая тварь пронзила когтями и тут же попыталась взмыть вверх вместе с ним. Одновременно пришло понимание, что это кричит Джек. Врешь, гадина!

Штурмовая винтовка прыгнула в руки, и в какофонию боя вплелись мои выстрелы. Гаргульи были примерно одного размера с нами, и унести человека им было тяжело. Держа тело бойца, она пыталась неуклюже взлететь и была отличной мишенью. Твари были живучие, но обойма, почти в упор, сделала свое дело. Тварь рухнула, погребя под собой Джеки. Его индикатор на командном дисплее погас. Почти одновременно погасли иконки еще двух бойцов отряда.

– Достать клинки! – голос Андрея был наполнен неутолимой яростью. – Круговая оборона по двое возле колонн.

Узкое пространство, в два метра между колоннами и стеной храма, давало нам некоторое преимущество, но тварей было слишком много. Не успел я достать виброклинок, как в ту же секунду черная тень заслонила арку, и острые как бритва клинки располосовали плечо. Адреналин, заполнивший кровь, поглотил вспышку боли, и я на автомате прыгнул в сторону, наудачу махнув клинком в сторону твари. Крик ярости и боли резанул по ушам, возвещая, что удача на моей стороне. Разворот, и я вижу, как демоническое отродье на полном ходу ударилось о колонну и рухнуло на землю. Быстрее… Не обращая внимания на раздирающую плечо боль, я прыгнул вперед, нанося удар сверху. Получай, тварь!

Гаргулья пыталась подняться, но виброклинок срезал уродливое кожистое крыло как лист бумаги. Не давая ей опомниться, я продолжал наносить удары, пока она не перестала трепыхаться в луже собственной крови.

Вновь движение воздуха за спиной, и, тяжело дыша, я развернулся на пятках. Еще одно исчадие ада пикировало на меня, раскрыв ужасную пасть, полную мелких зубов. Рефлекторно я выставил клинок, парируя удар когтистой лапы, и отсек ее, но инерция твари была очень высока. Потеряв контроль, она всей массой врезалась в меня, впечатывая в дверь храма. Треск сломанного шлема пришел вместе с новой волной боли, и мир поблек вместе с затухающими звуками битвы.

****

Сознание возвращалось рывками, и в какой-то момент я понял, что кто-то трясет меня за плечо. С усилием открыв глаза, я понял, что это Андрей. Попытался что-то сказать, но вспышки боли в голове чуть не вывернули меня наизнанку.

– Как ты? Встать можешь?

Голос капитана эхом отразился в голове, вызвав новый приступ боли, и меня все-таки вывернуло. На секунду стало легче, и я сделал несколько вдохов, приходя в себя. Попытался встать, облокотившись спиной на дверь храма, и с хрипом упал обратно. Вся левая рука была в крови и практически не сгибалась. С трудом я все-таки принял сидячее положение, прислушиваясь к ощущениям в своем теле. Болело почти все, но критических повреждений, кроме искромсанной руки, больше не наблюдалось. Тишина, царившая вокруг, казалась иррациональной и почти физически давила. Что же случилось, пока я был в отключке?

– Думаю, да, командир, – наконец-то я смог ответить на вопрос Андрея. – Как мы? Отбились?

Капитан не ответил сразу, и в эту паузу я успел зацепиться за глупую, отчаянную надежду.

– Из тех, кто остался в живых – ты третий, – тихо сказал капитан.

Слова дошли не сразу. Я услышал их, но смысл будто застрял где-то внутри. Боль, что плескалась в глазах командира, передалась мне и буквально парализовала. Захотелось взвыть, но даже на это не хватало сил.

– Как? – наконец я что-то смог выдавить из себя. – Эрик… Дэн…

Андрей покачал головой.

– Только ты и еще Арви.

Жгучее чувство потери и ненависти охватило меня. Я с трудом поднялся. Боль в руке и в голове была дикой, но не шла ни в какое сравнение с болью, которую я испытывал в душе. Скрипя зубами, скинул остатки наплечника с раненой руки и понял, что дело – дрянь. Кровь из ран началась сворачиваться и чернеть, образуя жуткий узор. Мой взгляд упал на замок-пентаграмму. Если бы я смог открыть! От злобы и бессилия я ударил рукой по замку. Вернее, хотел ударить. Вместо этого я просто упал на него всем телом, стараясь просто удержаться на ногах.

Что-то щелкнуло. Выступы на пентаграмме пришли в движение, выступая и вжимаясь с бешеной скоростью. Линии на пентаграмме заполнились кровью от раненой руки, и символ вспыхнул ярким светом. Что-то опять щелкнуло, и дверь тихо начала подниматься. Я даже не успел выругаться…

Жуткий крик за спиной буквально парализовал. Обернувшись, увидел, как из груди капитана выходят мерзкие когти длиной не меньше полуметра. Арви выхватил клинок, но удар второй лапы монстра смел его защиту и отбросил к стене сломанной куклой. Я понял, что остался один. Гаргулья была просто огромна, раза в три превышая своих собратьев. Мама… или папа… или кто там еще.

– Тварь!! – заорал я, вскидывая винтовку и разрядив ее в мерзкое лицо твари.

Демон взвыл, и удар крыла, сминая ребра, отбросил меня в проем двери храма. Гаргулья ринулась за мной, но как будто ударилась о невидимую стену и, шипя, завалилась на спину. Наши взгляды на секунду встретились, передав волны злобы и ненависти друг к другу. А затем мир, ускользая, подернулся пеленой, и я опять потерял сознание.