земли (Крым, например), нанести смертельный удар по экономике, по рублю, по своим заводам, то есть уничтожить все (именно так – все), что получила, чего добилась огромная страна, Советский Союз, за 70 лет.
первой четверти XX века Россией уже руководили специалисты по диалектическому материализму – Владимир Ленин и Лев Троцкий. Но разве им, Ленину и Троцкому, холодным, жестоким, совершенно безжалостным (Троцкий особенно) людям, могло прийти в голову то, с чем все последние месяцы, слета 91-го, бегал по Кремлю Бурбулис: разоружить страну, раздарить собственны
Россия, Россия… кому же ты досталась, господи!
У Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, Андропова, Черненко не было страха перед своей страной (пусть по некой наивности, как у Брежнева, но не было!).
В 1913-м Россия отмечала трехсотлетие дома Романовых. Николай Александрович Романов был царем, но не был государем, тем более – великим: после трех лет Первой мировой войны это осознала наконец вся Россия. Николай Романов (так же, как и Горбачев) не хотел (и не умел) проливать кровь. И – проливал ее беспощадно: Кровавое воскресенье, 1905 год, Ленский расстрел, «столыпинские галстуки», война и революция.
никто из людей, из двухсот пятидесяти миллионов человек, населяющих Советский Союз, не знал, что именно сейчас, в эти минуты, решается их судьба – раз и навсегда.
Надо набраться мужества и признать очевидное: исторически Михаил Горбачев полностью исчерпал себя, но избавиться от Горбачева можно, только ликвидировав пост Президента СССР либо сам СССР как субъект международного права…»