нельзя… не – э-э пить…»
Ельцин встал, схватил бутылку, стал наливать стакан, но руки тряслись и коньяк все время проливался на стол.
Тогда он резко, с размаха, поднял бутылку и – припал к горлышку.
Часы пробили четверть шест
двенадцать минут. Потом Ельцин «впадал в прелесть», по слову Бурбулиса, то есть все тяжелые вопросы, особенно по бизнесу, можно было свободно решить где – то на двадцатой минуте.