– Именно. Не успел и след простыть после его ухода, как к вашему дому подъехала большая чёрная машина. Марку и госномер мама не знает, не всматривалась. Из машины вылезли крепкие парни нашего с тобой возраста, один из них поинтересовался: «Где сосед?», на что мама ответила, что ей соседи не докладывают, куда и зачем уходят. Парни ещё немного покрутились у ворот, потом сели в машину и уехали. Мама не придала бы этому визиту особого значения, но странное поведение дяди Вани и его последующая пропажа заставили бить тревогу.

– А у нас что, каждый божий день по посёлку стали разъезжать неизвестные личности на крутых джипах, раз она не собиралась придавать этому факту значения?

– Лёха, ты отстал от жизни. Последние год-два у нас в окрýге кого только не было. Бандюги разных мастей и залётные блатные, сменяя друг друга, наведываются в наши края с завидной регулярностью.

– Чего хотят?

– Дома у алкашей за бесценок скупают, пытаются доить коммерсов, да на Штыря нарываются – он за предпринимателей мазу держит что надо. В тайге чёрные лесорубы объявились. Да всего и не перечислишь.

– А куда смотрят егеря и наша доблестная милиция в твоём лице?

– Не дави на больную мозоль, а.

– Ладно, забыли пока. Когда тётя Зина тревогу забила?

– К исходу третьего дня после ухода дяди Вани. Тут ведь вот какое дело. Последние год-два он предупреждал маму, куда и насколько уходит. В этот раз ни слова не сказал. Ушёл – и был таков.

– Она запомнила рожи этих визитёров?

– У того парня, что разговаривал с ней, была рассечена правая бровь.

– И это всё? Ты хотя бы его фоторобот составил?

– Лёха, окстись, – поперхнулся Володя. – Какой фоторобот? В околотке компьютеры на вес золота, и те времён царя Гороха. Служебные машины по второму кругу списаны, бензин и тот на кровные покупаем.

– В общем, вы мужественно забили на всё и к поискам не приступали?

– Знаешь что?! Если я, проявив минутную слабость, поплакался в жилетку, то это не значит, что у меня опустились руки. Ты и дядя Ваня для нашей семьи не чужие люди! И эту неприятность я воспринимаю как свою! А про этого, с рассечённой бровью, я позже расскажу.

– Извини, ты сказал «неприятность»?

– Да, я так сказал. Сейчас сам всё поймёшь. Первое, что я сделал, – это поехал к Антиповым. Дядя Ваня последнее время у них в лесоохотничьем хозяйстве месяцами пропадал. Я, говорил он, за невесткой своей приглядываю да со сватами родственные связи налаживаю. Я до последнего надеялся, что он у них. А если его там не окажется, то лучших помощников в организации и проведении поисковых мероприятий, чем егеря, мне не сыскать. Вот тут-то мы и подошли к плохой новости номер два. Антиповых я дома не застал, зато в загоне с лошадьми возился помощник Александра Дмитриевича. Поговорил я с ним.

– Слушай, Эркюль Пуаро, ты долго будешь кота за яйца тянуть? Тебе врезать?

– Врежь! Только легче ни тебе, ни тем более мне от этого не станет. – Он достал из сейфа папку и положил на стол. – Вот всё, что я собрал и обобщил по этому делу. Картина вырисовывается следующая.

– Излагай. – Внутренне я уже был готов к самому худшему.

– Десятого июля сего года в десять часов утра с привокзальной площади была похищена и увезена в неизвестном направлении молодая женщина. Сопоставив имеющуюся информацию с приметами, нами было установлено, что похищенной девушкой является Рита Антипова.

– Что?!

– Я же просил, – Володя осадил меня. (А ты, дорогой читатель, сохранил бы самообладание, окажись на моём месте?) – В тот же день, примерно в два часа дня, в лесоохотничье хозяйство на внедорожнике «Джип Гранд Чероки» чёрного цвета приехали крепкие парни, отвели Александра Дмитриевича в сторону, поговорили с ним на повышенных тонах и уехали. Кстати, дядя Ваня был свидетелем этого разговора, сразу после которого, пошептавшись, они спешно собрались и убыли на мотоцикле в неизвестном направлении.

– Они – это дед и дядя Саша?

– Да. Помощник Александра Дмитриевича за всем происходящим наблюдал издалека, о чём говорили бандюги с шефом и куда потом тот направился, не знает.

– В том смысле, что «моя хата с краю, я ничего не знаю»?

– Нет. Парень молодой, но не робкого десятка, служил в морской пехоте, воевал в первую чеченскую. Почуяв неладное, он незаметно сбегал в сторожку за карабином и, пока гости не уехали, держал их на прицеле. Можешь мне поверить, огонь на поражение он открыл бы не задумываясь. Вечером того же дня он, как и было намечено ранее, уехал на дальний кордон, о пропаже шефа и его семьи узнал от меня.

Идём дальше. Утром следующего дня дядя Ваня появляется дома в потрёпанном виде, после чего уходит и пропадает. Этим же утром во дворе одного из домов на окраине города со следами насильственной смерти были обнаружены тела троих мужчин. Зрелище, скажу тебе… У двоих разорвано горло. Эксперты установили, что это сделал крупный зверь, обладающий чудовищной силой. Смерть третьего наступила вследствие ножевого ранения в область печени. Орудия убийства со следами крови лежали там же, где и трупы. И с отпечатками всё было в масть. Кто-то очень грамотно замёл следы. Но скажу тебе по секрету: бандита, получившего смертельное ножевое ранение, завалил человек, в совершенстве владеющий техникой ближнего боя.

– Ты это куда клонишь?

– Рост неизвестного установили, изучив раневой канал в теле покойного. Удар был нанесён в область печени сзади, снизу вверх, человеком, рост которого метр семьдесят пять – метр восемьдесят. Убиенные бандиты под метр девяносто…

– И ты, зная, что дед прошёл всю войну в армейской разведке и что рост у него метр семьдесят восемь, заявляешься в наш дом с экспертами, роешься в вещах и откатываешь его «пальчики» с посуды и с мебели?

– Откуда ты знаешь? – Володя напрягся, глазки забегали.

– Дураком надо быть, чтобы не догадаться. Надеюсь, «пальчиков» деда на месте преступления вы не нашли?

– Образцы «пальчиков» я собирал не для того, чтобы притянуть твоих родных к этим трупам, а на случай поисков и, не приведи господи, для опознания. Можешь успокоиться, их имена в этом деле не фигурируют, и да, «пальчиков» дяди Вани и Александра Дмитриевича на месте преступления мы не нашли. А вот Рита была и в машине, что стояла во дворе дома, и в самом доме.

– И где она теперь?

– Вот этого я не знаю. Как не знаю и того, где сейчас дядя Ваня и Антиповы. Я подал рапорт с ходатайством о проведении поисковой операции. На меня посмотрели как на идиота, рапорт завернули. Знаешь, что мне ответили? Нет тела – нет дела. Но я не успокоился и продолжил расследование. В итоге кто-то поджёг мой служебный УАЗ, а в почтовом ящике я нашёл записку, в которой мне настойчиво рекомендовали подумать о здоровье детей. Вот такие дела, Лёха. Что делать дальше, я не знаю.

В кабинете повисла гнетущая тишина.

– Что делать? – нарушаю молчание первым. – Умывай руки и отходи в сторону.

– И как после этого я буду смотреть тебе в глаза?

– Как обычно. Тебе рекомендовали подумать о здоровье детей, вот и займись их оздоровлением. Возьми отпуск, свози их на море. А в это дело больше не лезь. Это моя война!

– И она идёт на моей земле. Я увезу семью, вернусь и помогу.

– В таком случае твоя помощь будет заключаться в информационном обеспечении и в юридическом прикрытие. Шаг влево, шаг вправо – расстрел на месте. Понял?

– Думаешь, придётся отмазывать?

– Думаю, да. Ты ведь не веришь в банальное исчезновение деда?

– Не верю. Я предполагаю, что он вместе с Антиповыми залёг на дно. Уверен, что той ночью им удалось отбить Риту и она сейчас вместе с ними. Мне не даёт покоя таинственный зверь, порвавший братков.

– Сдались они тебе?

– Мне нет никакого дела до жмуриков. К тому же этими жмурами дело не закончилось. В тот же день в трёх километрах от лесоохотничьего хозяйства был найден остов сгоревшего внедорожника «Джип Гранд Чероки» с обгоревшими до неузнаваемости останками человека в салоне. Перед смертью ему выстрелили в голову, снеся полчерепа. Метрах в десяти от машины лежал труп второго мужчины с разодранным горлом. Мама опознала его по фотографии – это тот парень с рассечённой бровью, что тёрся возле вашего дома. Прежде чем принять мученическую смерть, он палил из пистолета в разные стороны, расстреляв две обоймы. Мы прошерстили заросли в радиусе ста метров – никаких следов, кроме волчьих. Эксперты сходятся во мнении, что в обоих случаях фигурирует один и тот же зверь.

– Да ерунда всё это! Пуля большого калибра или крупная дробь разрывает плоть не хуже клыков крупного зверя. Это уж можешь мне поверить, – не унимался я. – Опять же, не забывай про чёртов садовый рыхлитель.

– Покажи мне хотя бы одного идиота, что в лес с садовым рыхлителем ходит. Я верю заключению экспертов, которое гласит, что частичек пороха или продуктов его горения, как и частичек металла, в ранах не обнаружено и что это сделал зверь.

– Ты же сказал, что решено спустить это дело на тормозах, а сам всё равно продолжаешь копать.

– Сегодня нам настоятельно рекомендуют не проявлять излишнего рвения. А назавтра звонят и устраивают разнос по поводу нашего бездействия. Вот и приходится изображать активность. Всё бы ничего, не будь в этом деле некой заинтересованной силы, ведущей собственное расследование руками приезжей братвы.

– Областные?

– Они в это дело не лезут, держат дистанцию. Кому хочется ответ держать? Пять трупов за неполный месяц и сгоревшая тачка – это, скажу тебе, наезд конкретный. А знаешь, что самое интересное во всей этой истории? Оказывается, четверть века тому назад в наших краях уже происходило нечто подобное, только с интервалом в шесть лет.

– Глубоко же ты копнул!

– Это не я, а эксперт-криминалист из центра. На той неделе я ездил в управление за результатами экспертизы по сгоревшему джипу и жмурикам, так вот этот эксперт, приятный такой дядечка, поделился со мной своими соображениями и воспоминаниями.

Рассказ эксперта-криминалиста

– Присаживайтесь, Володя, сейчас мы с вами перекусим. На сытый желудок и разговор веселей пойдёт.

– Спасибо, Сергей Тимофеевич, не откажусь.

– Потому-то и предлагаю! Ну что, начнём, как говорится, плясать от печки? То бишь, прежде чем я поделюсь с вами своими умозаключениями по поводу ваших двух эпизодов, предлагаю вернуться на четверть века назад, – начал свой рассказ эксперт, накрывая на стол. – Тогда мне, молодому начинающему специалисту, представился шанс проявить себя, заявить о себе как о профессионале с большой буквы, и упустить этот шанс я не мог, не хотел. И потом, тот ореол таинственности, что окружал это дело с первых минут расследования, последующая затем возня вокруг нас и неправильность произошедшего не давали мне покоя. Череда трагических, страшных по своей сути смертей тронула тогда моё сердце. По роду деятельности мне уже приходилось выезжать на места преступления, производить с телами умерших людей некие манипуляции, и я по простоте душевной наивно полагал, что меня уже нечем удивить, потому что в большинстве своём это были убийства на бытовой почве, в среде так называемых маргиналов. Но бессмысленная смерть молодой супружеской пары показала мне, как я заблуждался. Согласитесь, Володя, неправильно это, когда цветущие, полные сил и надежд, любящие друг друга молодые люди вычёркиваются из жизни самоуправным, преступным решением группы негодяев. Забегая вперёд, признаюсь: не будь в этой истории таинственного зверя, эти подонки отделались бы лёгким испугом.

Что именно произошло в тот день в тайге между супружеской парой и группой охотников, решивших, что им всё дозволено, остаётся лишь догадываться. Зато ход последующих событий следователям прокуратуры удалось восстановить с высокой долей вероятности.

Ароматный свежезаваренный чай был налит в стаканы, Сергей Тимофеевич достал из холодильника свёрток с бутербродами, развернул его и положил на стол.

– Угощайтесь, не побрезгуйте. И кушайте, кушайте! Вам ещё до дома добираться.

– Спасибо! Так что там произошло? – поинтересовался Володя, прежде чем вонзить зубы в бутерброд с ветчиной.

– Несчастные случаи на охоте происходят сплошь и рядом. Вероятнее всего, не стал исключением и этот эпизод. Находясь в изрядном подпитии, горе-охотники решили пострелять. В результате чего у нас появляется первая жертва – молодая женщина. Не каждый человек найдёт в себе смелость признаться в содеянном, раскаяться и понести за это заслуженное наказание. В рядах этих охотников таковых точно не нашлось, и они решаются на очередное кровавое преступление – убивают свидетеля, коим являлся супруг покойной. Ладно, если бы они его просто застрелили, так нет же: прежде чем убить его и ретироваться с места преступления, уничтожив следы, они жестоко истязали мужчину – на его теле не было живого места. Видимо, запах крови вкупе с алкоголем затмил их рассудок настолько, что они перестали себя контролировать. Вот здесь-то и появляется наш неведомый мститель. Далеко уйти преступникам он не дал. Первое тело, вернее его фрагменты, мы нашли в нескольких метрах от места убийства супружеской пары. Прежде чем разорвать свою жертву, зверь, вероятнее всего, издевался, это стало понятно по содержанию адреналина в крови покойного – показатели зашкаливали. Мы, я имею в виду себя и молодого следователя прокуратуры Наталью Щеглову, участвующую в расследовании, пришли к единодушному мнению, что именно этот человек стрелял в женщину и истязал её мужа. Нашу догадку подтвердили результаты экспертизы его ружья и камня со следами крови. Ещё два тела мы нашли лишь под вечер, недалеко от лесоохотничьего хозяйства, рядом с опрокинутым мотоциклом. Мы с Наташей праздновали победу. Но радость была преждевременной. Дело у нас забрали и засекретили, а нам было велено всё забыть.

– Кем?!

– Комитетом государственной безопасности. Преступниками оказались крупные шишки из обкома партии. Потому-то я и говорил, что они могли отделаться лёгким испугом, не будь в этой истории таинственного зверя. Вы не поверите, но чекисты предъявили обвинение в убийстве егерю, который нашёл тела молодых людей и вызвал милицию.

– Почему не поверю?! Очень даже поверю, не первый день живу. И что стало с этим егерем?

– Спустя месяц мытарств и заточения в следственном изоляторе КГБ его оправдали и выпустили. Но справедливость восторжествовала не благодаря, а вопреки. Та самая следователь Наташа, в которую я успел безнадёжно влюбиться за время следствия, не успокоилась, как ей было велено, и на свой страх и риск продолжила расследование. Она собрала доказательную базу, не без моей помощи, и отправилась к первому секретарю обкома партии, предварительно отправив письмо генеральному прокурору.

– Пошла против системы. Отчаянная девушка!

– Была!

– В смысле?

– В прямом! Её выперли из прокуратуры по надуманному предлогу. Предвосхищая следующий ваш вопрос, отвечу: смерть партийных функционеров списали на дорожно-транспортное происшествие, а смерть супружеской пары – на камнепад. Всех пятерых хоронили в закрытых гробах.

– Звучит противно.

– Не то слово! Но на этом загадки не закончились. Проходит шесть лет, и грибники находят в тайге тело мужчины. Родственники смогли опознать его лишь по особым приметам на теле. Тайга, знаете ли, голодного зверья кругом видимо-невидимо.

– Так, а в чём ваш интерес к этому покойному?

– Смерть мужчины наступила в результате травмы, не совместимой с жизнью. У него было перегрызено горло, как и у тех двоих возле мотоцикла. И снова рядом с телом мы обнаружили чёткие отпечатки лап волка. Очень большого волка, размером с доброго телёнка. Соседи этого мужика не скрывая утверждали, что потерпевший промышлял браконьерством, за что и был наказан хозяином тайги. Знаете, как советская власть ни боролась с мракобесием, а люди как верили в сказки и предания, так и продолжают верить. И ты им хоть кол на голове теши – всё одно, всё едино.

– А почему вы решили, что в обоих случаях участвовал волк? Если память не изменяет мне, хозяином тайги всё же называют медведя. Может быть, это и был медведь или большая собака – ну, например, алабай?

– Я, как нормальный человек, понимаю ваш скепсис, а вот криминалистика, как наука, – нет. Факты, мой друг, от них нам не удастся отмахнуться. Я не буду рассказывать об особенностях строения челюстного аппарата той или иной породы собак, о структуре шерсти и прочих там мелочах, из которых и складывается цельная картина. В двух эпизодах из прошлого, так же как и в теперешних двух эпизодах, участвовал крупный волк – не факт, что один и тот же. Это подтверждается отпечатками лап с мест преступления. Форма следа, оставленного волком, более вытянута за счёт расположения пальцев, как бы прижатых друг к другу, в то время как у собаки след округлый. Опять же почерк, я имею в виду то, как он умерщвляет свою жертву.

– И как?

– Он всегда нападает спереди. Мощным ударом сбивает человека с ног и только потом наносит смертельный удар. Для меня непонятно другое. Почему люди не сопротивлялись в момент нападения? Смотрите, допустим, на вас (не приведи господь, конечно же) нападает собака. Что вы будете делать, если некуда отступать? Вы будете защищаться: руками, ногами, любыми подручными предметами. Соответственно, должны будут остаться следы клыков и когтей на коже рук и ног, будет порвана одежда. В наших случаях этих следов нет! Возможно, я подчёркиваю, возможно, жертву парализует ужас при виде этого зверя. Может, есть другое объяснение, не знаю, гадать не берусь. Во всяком случае, нам не дано услышать ответа на этот вопрос.

– Почему вы так думаете?

– Потому что я хочу спокойно доработать до пенсии. Потому что во всех эпизодах жертвами этого волка были люди, которые так или иначе не ладили с законом и совестью. Кому-то в этот раз повезло больше, чем той супружеской паре. Я рад за этих людей, они нашли защиту и понимание там, откуда не ждали. Я не слепой, вижу, куда катится наше общество, вижу отношение системы к людям. Так вот, я больше не доверяю системе, служению которой посвятил лучшие годы моей жизни. Нам, простым людям, живущим в этой стране, больше некому доверить свою жизнь. О справедливости я вообще молчу. Потому-то и продолжаю делать своё дело, но не в интересах системы, а в интересах людей, в интересах человеческого правосудия, в интересах этого неведомого защитника, наконец, хоть он и в шерсти. Я даже готов согласиться с коренными жителями ваших мест и признать существование этого так называемого хозяина тайги. Оставаясь специалистом своего дела, я обязан был выдать экспертное заключение – я его выдал. Как видите, написанное в нём разнится с тем, что вы только что услышали.

– Криминальная разборка?

– Да. Я не старый маразматик, выживший из ума, а нормальный мужик, у которого есть семья, который не горит желанием вылететь с работы по примеру следователя Щегловой. А так и будет, положи я всё вышесказанное на бумагу.