За мной, читатель, и только за мной, и я покажу тебе такую любовь!
Да-да, настоящую, верную, вечную — она таки есть на свете.
Во-первых, в рассказе Елены Голуновой «Расставание для встречи».
Девочка-идеалистка повстречала своего принца на белом коне — только вместо белого коня инвалидное кресло, потому что он афганец без обеих ног. Сближаются два совершенно разных человека, с диаметрально противоположным жизненным опытом — и это не становится ни жертвой, ни надрывом, ни фальшивым героизмом.
Тем читателям, кто соскучился по чистоте и искренности, по тому, что Анна Берсенева называет «прямые чувства» — тем сюда, к этому автору.
А вот еще одна героиня: эта попалась в ловушку. Подруга решила устроить ее личную жизнь — и она лихо, мастерски отвязывается от ухажера. А почему, для чего, и куда это девушка так спешит на протяжении всего рассказа?
Да потому что я «динамщица» – в самом лучшем, просто артистическом смысле этого слова. Кто-то и правда реконструкторством занимается, кто-то занимается скрапбукингом – а я с удовольствием (пусть иногда и с некоторым риском для жизни) люблю «динамить» мужчин. Только это тайна. О том, что это у меня хобби такое, ни одна подруга и не догадывается. Они думают, что всё у меня так как-то криво складывается, молодые люди все вокруг не нравятся, отношения не клеятся. А на самом-то деле всё со мной в порядке – но только тогда, когда я этого захочу.
Рассказ Елены Нестериной, кстати, так и называется — «Динамо-машина». Он и смешной, и трогательный, ну и разгадку автор приберегает к самому концу, потому что вышеприведенная цитата — не разъяснение, а еще одна загадка.
Это два рассказа из сборника, которые мне понравились больше всего.
И еще третий — только он уже не о романтической любви, он о бабушке. Он и называется — «Бабушка», и бабушка эта — необыкновенная.
Рассказ Ксении Драгунской стал для меня силовым полем этой книги, я про эту бабушку могла бы до утра читать. А чтобы меня правильно поняли, не поскуплюсь на цитаты.
…когда моему папе было семь лет и его бабушка ещё называлась просто – МАМА, перед тем, как идти в школу, ровно тридцать первого августа, она провела с ним такой разговор:
– Сынок, завтра ты пойдёшь в школу, а это, между прочим, не сахар. Весёлого мало, прямо скажу. Но ты не беспокойся. Всё будет хорошо. Если тебе на уроке станет скучно или что-то не понравится, не шуми и не мешай учительнице. Тихо и спокойно встань, собери вещи, вежливо попрощайся и иди домой. А если тебя будут пугать завучем или директором – не обращай внимания. Я, твоя мама, гораздо главней директора и завуча. Так что никого не бойся. И когда начнут грозить, что выгонят из школы, тоже не переживай. Запомни – школ на свете много. А ты у меня один.
– Откуда ты знаешь, что учителя едят шторы? – удивился дедушка.
– А почему, по-твоему, всё время собирают деньги на шторы? Когда я училась в школе (а бабушка, кстати, училась в той же школе, что и папа), каждый год собирали деньги на шторы. И теперь то же самое. Каждый год! Куда они девают шторы? Жуют, конечно же! Учителя питаются шторами, а в шторах маловато витаминов.
«В ребёнка надо вкладывать, – говорила бабушка. – Вкладывать вкусности, сюрпризы, подарки, поездки к морю… Вкладывать в ребёнка надо побольше чудесного и приятного, а не трясти у него перед носом учебниками и нотными тетрадками!»
Когда папа болел в детстве, бабушка лечила его щенками и котятами. Просто пошла куда-то и вернулась с целой охапкой котят и щенков.
Надо сказать, что в сборнике 22 автора, и я специально читала его долго — чтобы не смазывалось впечатление.
Оно и не смазалось, все рассказы — и странности странных женщин — разные. Замысел объединить их под одной обложкой был такой: «Каждый хоть раз в жизни столкнулся с какой-нибудь странной дамой. Мы собрали целую галерею…»
Однако некоторые портреты в этой галерее — именно портреты, то есть скорее зарисовки, чем рассказы. Этакие художественные характеристики героев, которые автор, если не ленится, прописывает плюс к синопсису для редактора. Или для себя, перед тем как засесть за роман.
Я уже прониклась к героине симпатией и жду, когда с ней начнет что-нибудь происходить — а с ней ничего не происходит. Конец фильма.
Есть мнение, что потому рассказы и проигрывают в популярности романам: читатель делает определенные инвестиции в героев, вкладывает в них свое время, внимание, эмоции — а рассказ стремительно заканчивается, и надо начинать заново, привыкать к другим персонажам.
Но здесь же и плюс: сборник можно рассматривать как возможность прочесть 22 микроромана с двадцатью двумя сюжетами, прилично сэкономив время.
Именно таким микророманом воспринимается, например, «Махаон-парусник» (автор — Улья Нова).
Вдогонку назову еще один запомнившийся рассказ — «Жанна» Андрея Геласимова, пронзительный, достоевско-некрасовский, о юной восемнадцатилетней маме, которая осталась совсем одна со своим малышом.
Думаю, что каждый читатель, которого в принципе не воротит от современной литературы, найдет в этой книжке что-то своё.
Мне современная литература всегда была любопытна тем, что она — о нас и о нашем времени, а такого не найти в самой классической классике.