Она писала: «Приедешь?» Ей хотелось разделить со мной День Всех Влюбленных. Чтобы «как по-настоящему» – платье, оливка в коктейле и это пьянящее, тягучее, как ликер, ощущение самого сексуального праздника в году. Она предвкушала что-то заманчивое и неотвратимое, магию, маячившую в подернутом пеленой конце вечера, когда мы рассчитаемся с таксистом и закроемся железной дверью от суеты всего мира, чтобы… отыграть спектакль.