Саня минут пять посидел, переваривая информацию. Что-то как-то всего много и сразу навалилось, и вроде верить хочется, и каким-то шоу про скрытые камеры отдает. Так и ждешь, что сейчас по плечу хлопнут и пальцем ткнут: «Вон туда улыбайся». Но по плечу не хлопнули – телефон зазвонил. Саня сунул руку в карман, нащупал мобильник и поднес его к уху.

– Александр! Срочно! Весы Жизни похищены! – прозвучал взволнованный женский голос.

– Вы не туда попали, – машинально ответил Саня, почему-то представив себе тетку в теплой безрукавке и уггах, которая мечется по складу в поисках пропажи.

– Так, Александр, вы давайте мне тут не шутите – не туда я попала! Я если целюсь – не промахиваюсь! – волнение в голосе тотчас пропало, сменившись сердитым холодком. – На соискание должности супергероя приходили? Согласие свое дали? Более того – еще и хозинвентарь высшей категории получили. Соберитесь, Александр, это вам не шуточки, если вдруг показалось. Вот вам первое задание. – И в трубке намекающим многоточием раздалась серия гудков.

Саня сунул телефон в карман и посмотрел на девушку.

– Тебя как зовут, напарник? А то у нас тут уже дело, а мы не знакомы.

* * *

В небо бьет фонтан горячей воды, распространяя вокруг эффект хамама. Работяга в оранжевом жилете, лишь слегка разбавляя мат конструктивной информацией, орет в трубку: «Да откуда я!.. Гребись оно слоном!.. Только новую кинули!.. Хрен ему в педали!.. Да я сам варил!.. Твою Марусю!.. Михалыч! Ты меня!.. Да катись ты!.. Проверяльщик хренов!.. Приезжай – узнаешь!» А еще в клубах пара приплясывает небольшой старикашка с шайкой и облезлым веником. Он голый, но сплошь заросший бородой и густым волосом. Работяга его почему-то не видит, а то бы может вспомнил байки про того, кто людей кипятков в бане окатывает. Правда, где та баня? – городской проспект вокруг.

От рева клаксонов воздух буквально вибрирует. Сразу пять автомобилей собрались в кучу малу, намертво перегородив проезжую часть. Пострадавшие водители нервно размахивают руками, ища виноватых, и только один недоуменно изучает тормозной путь своей ласточки. Асфальт в том месте очень странно блестит кристаллами льда: и это при плюс пятнадцати! Уже практически незаметный, хоть и медленно таящий на вечернем солнце след тянется в загустевшую тень многоэтажки. При особом умении еще можно увидеть, кто его оставляет: существо напоминает клочок стужи, невесть как попавший сюда прямиком из промороженных пустошей Арктики. Оно деловито скользит по стене вверх и ныряет в ближайший кондиционер.

Очередь на кассе кипит безобразной ссорой: пустячная причина спровоцировала чуть ли не военный конфликт с применением товаров хозотдела и морального подавления противника путем ядовитых обличений. Чуть в стороне стоит женщина в одежде уборщицы и как-то странно крутит в руке тряпку. Глаза ее горят жадным блеском, светильник над головой нервно подмигивает, и некому сопоставить всё большее количество уродливых узлов на ткани с нарастающим накалом склоки.

Прилично выглядящие молодые люди бьют свернувшегося эмбрионом человека ногами. За их спинами танцуют уродливые тени: ведут хоровод, который всё сильней сжимается. Вот уже избиваемый и голос перестал подавать.

Художник рубит топором большой холст. На еще пока целом фрагменте картины улыбается девушка: совсем как живая – миг, и сойдет в этот мир из нарисованного. Не успела. Художник сквозь искривленные в исступлении губы сипит что-то о бездарности. На плечах его угнездился мерзкий карлик: нашептывает шелестящим голосом на ухо беснующемуся.

Отец яростно отчитывает ссутулившегося над тетрадкой ребенка. Слезы размывают чернила недописанного уравнения. Шею отца сжимает призрачный ошейник. Цепь от него тянется куда-то вдаль. Катятся по звеньям, как по вене, сгустки черного огня. Пульсирует тугой ошейник, отец лютует, словно пес с привязи рвется – крепка зараза, только горло мнет.

* * *

Лия – так звали напарницу Сани, – встревоженно приподняла голову.

– Ой-ё-ё-ёй! – начала озираться она. – Кто-то не просто так Весы Жизни спер: уже черную чашку вниз сдвинул.

Саня вдруг ощутил удушье. Сердце зачастило, и жуть какая-то навалилась: сильно, до подвывания, хотелось жить, но было парализующе страшно, и ощущение, что всё. Хорошо не будет, радостно не будет, только хуже, хуже, хуже. До кучи накатила тошнота и подкосила колени – Саня, уже было поднявшись, опять осел на лавку и скрючился.

Тут он почувствовал, как его приобняли тонкие, но сильные руки:

– Потерпи немного. Это амулет чуйку тебе строит. По ускоренной программе, поэтому через панику пошло. Сейчас пройдет, – послышался голос Лии.

– Почему по ускоренной?.. Я такого не подписывал, – просипел Саня.

– Я точно не знаю, у меня такого не было. Мои способности какие-то сразу были, даже не помню, как появились, какие-то позже развились. Но я слышала, что такие амулеты сами определяют с какой скоростью развивать, в зависимости от ситуации. Это вроде и хорошо, спасти может. Но процесс трансформации зачастую болезненный.

Саня и впрямь ощутил, как скрученное иррациональным страхом нутро начинает потихоньку расслабляться – стало полегче.

– Вот так и верь в супергероев. Везде брехня, – проворчал он сдавленно.

* * *

Нутро автобуса было переполнено и никак не избавлялось от уже застоявшегося содержимого. Причина непроходимости была в следующем: общественный транспорт намертво встал в бесконечной пробке, что была неизменным атрибутом конца рабочего дня, да еще во втором ряду, рядом с машиной ГИБДД. Видимо поэтому водитель наотрез отказывался открывать дверь в неположенном месте, несмотря на всё усиливающееся нездоровое бурление в спрессованной массе проглоченных автобусом пассажиров.

Саня и Лия, со всех сторон подпертые спинами, плечами и животами, обреченно предавались мрачным размышления. Точнее, им больше предавался Саня. Что там было на лице у Лии, ему было не очень видно, так-как ее притиснули ему куда-то под мышку, и она там со своим ростом несколько затерялась. Саня правда обнаружил, что это в целом приятно: ощущение Лии под боком было вполне уютным осязательно, и еще от нее вкусно пахло.

Буквально за час до этого, когда Саня оклемался, Лия тут же проявила одно из своих умений: пошла, пошла, беспрестанно вертя головой, при этом будто что-то выхватывая из воздуха, растирая между пальцами и принюхиваясь. Саня плелся следом, ничего не понимал и от этого злился. Наконец Лия повернулась к нему и остановилась.

– Всё, поймала. Теперь не отпущу.

– Что поймала? – не понял Саня.

– Ну след же. Куда Весы Жизни уволокли, – пояснила девушка.

– Вот так вот прям взяла и нашла? Как это? – продолжал недоумевать Саня.

– Ну, не знаю. Вот так вот. Мне главное знать, что искать. В воздухе всегда есть нити. И это конечно не прям конкретная точка, скорее течение, которое вызвано каким-то событием. А кража Весов Жизни о-го-го какое событие, – последовало несколько туманное объяснение.

– И куда же нам? – поинтересовался Саня.

Лия немного задумалась, смотря словно внутрь себя и наконец выдала:

– Район пересечения Киевской и Сибирской.

– Так, так, так. Пешком-то далеко, на автобус надо, – наскоро прикинул Саня.

Теперь вот он потел в толпе пассажиров и мрачно размышлял: «Да уж, супермен. В пробке застрял. Ладно бы еще из монстров, а то в обычной. Хотя если комикс на эту тему грамотно нарисовать, может хорошо получится».

Вдруг с другого конца автобуса послышались недовольные вскрики. По их содержанию было понятно, что кто-то пытается продвинуться, не смотря на тесноту, и, судя по приближению людского ворчания, этот кто-то проталкивался в сторону Сани с Лией. Саню вдруг охватила некая настороженность и сразу следом внутри возникли странные ощущения: словно электрическая волна пробежала. Мышцы начали мелко подергиваться и, казалось, были на грани того, чтобы отправить тело в стремительное движение, несмотря на тиски толпы. Саня, ошарашенный этим, удивленно глянул на Лию, которая как раз подняла вверх лицо.

– Чуйка проснулась. Амулет действует. И он уже еще что-то встроил: бросок… м-м-м… тигра?.. кролика?.. Не, не пойму, – прошептала она.

– Кролика? Ты серьезно? – обалдел Саня.

– Ну, ты просто никогда не пробовал взять на руки не желающего этого ушастика. Я б лучше с тигром связалась, – ничуть не смутившись выдала Лия.

Саня хотел было развить тему суперменства и сочетания этой профессии с кроличьими талантами, но тут полный мужчина слева с недовольным лицом отодвинулся, и к ним протиснулся парень в черной толстовке с накинутым на голову капюшоном. Он чуть безумно улыбался, а тени его лица были темнее обычного, будто он, как актер в театре, усилил их гримом.

– Уф-ф. Всё, выдохся. Дальше не пробьюсь. Застрял, как муха в паутине! Нет, вы видели, чтоб грозный паук, соткавший сотни коварных тенетов, так бездарно залип в ловушке обычной человеческой массы в банальной автомобильной пробке?! – странный незнакомец вдруг прямо обратился к Сане и Лие.

Саня недоуменно пожал плечами, не совсем понимая, что происходит.

– И ведь смотри, что творится: там я почти всемогущ, а здесь вынужден ногами месить грязь на улицах. Да еще эти пончики продают только в паре мест. Надо что-то с этим делать. Курьерскую службу, в конце концов, – между тем продолжил незнакомец. – А вы далеко направляетесь? Угораздило вас, однако, в такое время, да в этот автобус. Редко, когда встретишь столько Тронутых в одном месте. Разве что…

– Не понял, что за наезд? Ты сам себя видел? – вспылил Саня, позабыв про недавние пояснения Лии.

– Ничего, ничего, уже ухожу, – еще безумнее улыбнулся незнакомец, подмигнул молча смотревшей на него Лие и ввинтился в толпу.

– Псих какой-то, – пробормотал Саня.

– Это он, – вдруг сказала Лия.

– Кто?

– Ну этот, что Весы Жизни спер.

– А ты как поняла? По мне так просто чувак шизанутый, и всё.

– Я плохие мысли чую. Я говорила, помнишь? Сложно объяснить…Там не дословно, образами, но про Весы было.

Саня дернулся вслед незнакомцу, но Лия уперла в его грудь ладонь:

– У тебя еще амулет синхронизируется. Этот тип здесь мало может, но всё равно опасно. Да и нет у него их с собой, течение следа дальше волокёт, а он просто в нем же. И нам нельзя при обычных себя отпускать, пострадать могут. Так вот рванешь сейчас, даже если там у тебя бросок кролика – жертвы будут.

Саня с недоумением посмотрел на Лию, – ему как-то было не до шуток, – но та смотрела вполне серьезно.

* * *

Незнакомец в черной толстовке умудрился покинуть автобус и скрыться из видимости раньше, чем Саня и Лия наконец смогли протолкаться к выходу на нужной остановке.

Саня уж было занервничал, но Лия его успокоила:

– Не переживай, я ж говорю, он одним следом с нами идет. Туда же движется, куда и нам за Весами нужно было. Еще одно подтверждение, кстати.

В итоге Лия провела их через скопление домов спального района, пока они не очутились в большом дворе, ограниченном с трех сторон ломаным полукольцом панельной девятиэтажки.

– О, как крепостная стена, – вдруг пришло сравнение в голову Сани. – А дальше куда? Квартира у него тут что ли?

– Нет, лестница вон, видишь? Туда нам. Ну а там… там проход в Тот Мир, – подсказала Лия.

Саня даже не переспросил, уже стал привыкать ко всем этим новшествам. Просто скорее направился к указанной лестнице, прошел первый пролет, повернул налево и…

– И что? Ну проход сквозь дом. Это вот там вот Тот Мир что ли? – Саня уж было раздраженно повернулся к Лие, но вдруг замер: на стенах прохода, среди мешанины граффити, вдруг на миг высветился замысловатый рисунок и тут же потух.

– Увидел, да? Прокол здесь, на Ту сторону, – Лия подчеркнула интонацией «ту». – В таких переходах их легче встроить в обыденность, форма помогает.