Избирательность переводов, глухие слухи о «других книгах» известных писателей, которые не были изданы или переведены, будили, во-первых, глухой протест: нас чего-то лишают помимо нашего желания и воли.
работа над рукописью заставляла «вылизывать» текст по многу раз. А необходимость убрать из него прямую полемику с властями и все «сомнительные» места делала его более емким, кратким и интересным.
то вовсе не исчезла, а благополучно продолжается. В большой степени бард – и А. Розенбаум, и Т. Шаов, и С. и Т. Никитины, и О. Митяев… По крайней мере, начинали они именно как барды.