Диалог с человеком давно прошедших времен, как с современником и как с личностью, вполне возможен и для христиан, но у евреев:
– интеллектуал является не одним из типов культурного героя, а единственным.
Еврейскую культурную традицию тоже можно назвать средневековой, но и в этом случае она совершенно иная. Благодаря завету «познай Бога своего» в этой традиции не очень разделены святой и интеллектуал – причем невозможно стать святым, не будучи интеллектуалом.
Чтение, интерпретация, сравнение, понимание религиозных текстов стали такой важной частью еврейской культурной (и религиозной) традиции, что интеллектуал стал центральной фигурой, основным героем еврейской истории.
Все это свидетельствует: образ Пушкина, живущий в коллективном русском сознании, довольно далек от реальности. В целом формируется скорее житие, чем биография, и скорее икона, чем портрет.
Точно так же не пишут о психологической неустойчивости А.С.Пушкина, его постоянных метаниях из стороны в сторону, его способности передавать приватные разговоры, его невероятном снобизме.
Это тем более поразительно, что еврейские интеллигенты, как правило, настолько ассимилированы, что уже и сами не отделяют себя от русской среды, и русские никак не видят в них «чужаков».
для еврея так было всегда. Шла история поголовно грамотного, на 100% книжного народа. Накапливалась, с каждым годом становилась все богаче культурная традиция.
Вместе с европейским образованием «своими» стали уже не иудеи, а все интеллигенты всех времен и народов. Интеллектуалы, культуроносный слой стал для них словно бы своим народом.