— А вот так. И с этим тебе к безопасникам нужно, — пожала она плечами.

— Блин, ну что за день сегодня такой? — бормоча себе под нос, я потопал в кабинет безопасников.

Я вышел на улицу и свернул под арку. Решил, что раз уж я не попал в офис и причина оказалась более или менее уважительной, то можно и покурить, не спеша, прежде чем топать к «акулам» безопасности компании. Ребята они, конечно, нормальные, но наверняка начнут отчитывать, что неправильно носил и не там хранил свой пропуск, и вот теперь его придётся записывать заново.

— Привет, Серёга! Какими судьбами к нам с самого утра? — радостно поднялся мне навстречу большой и широкий мужик, отставив в сторону чашку размером с хороший пивной бокал, от которой поднимались струйки пара, и разносился аромат свежезаваренного кофе.

— Здорова, Лёш, — поприветствовал я безопасника, — представляешь, фигня какая-то с утра! Пропуск заблокирован.

— Да? — удивился он. — Ну давай посмотрим.

Я передал ему свою пластиковую карточку с логотипом компании, и плюхнулся на стул, стоя́щий возле его стола, мысленно приготовившись к длительному ожиданию. Лёшка, взяв мой пропуск, который утонул в его огромной ладони, вставил его в специальный приёмник и бросил взгляд на экран компьютера. По его лицу пробежала волна различных эмоций, и его подвижные и, как казалось, живущие отдельно от всего остального лица брови очень натурально поползли вверх.

— Да, гхм… интересно, — пробасил он, читая одному ему видимую на экране информацию. — Знаешь, Змей, боюсь, что новости у меня для тебя не очень.

Он потупил взгляд и ухватился за свой суперстакан, сделав из него хороший глоток.

— Да блин, ну что там ещё? — не понимая происходящее, уточнил я.

— В общем, пропуск твой заблокирован. Причём по распоряжению генерального.

— Какого… — начал было я возмущаться, но безопасник поднял руку, прерывая поток моего негодования.

— Ты извини, но за подробностями тебе не ко мне. Здесь написано, что я должен вызвать кадровика, и он тебе всё объяснит, — подытожил Алексей свои рассуждения.

Потянувшись, он снял трубку телефона и начал набирать номер. Что он там говорил, я уже не слушал: в висках стучала кровь, и я начал злиться. Что за дела такие? Сколько работаю, со мной такого ещё ни разу не было! Мысленно я начал вспоминать, чего я такого мог натворить в этой жизни, что теперь меня даже в офис не пускают и предлагают пообщаться с кадровиком, как нашкодившего мальчишку. Нет, конечно, слухи по компании уже давно ходили о том, что ожидаются большие перемены, особенно в руководстве, но ещё в пятницу всё было как обычно, а сегодня такие события. Странно это и как-то даже не верится.

— Серёга, — вырвал меня из раздумий голос безопасника, — сейчас она подойдёт, не кисни раньше времени! — попытался он приободрить меня.

— Да какой не кисни? — продолжил я возмущаться. — Я что — мальчик какой, чтобы со мной так поступать? Ты же понимаешь, какой будет разговор?

— Понимаю, — сочувственно пробасил он. — Но жизнь-то на этом не заканчивается!

Я в сердцах махнул рукой и пошёл к стоящему на входе аппарату — хоть кофе выпью, пока ждать буду, может, удастся немного успокоиться. Налил себе кофе в тонюсенький пластиковый стаканчик и присел на кушетку. За окном, занимавшим всю стену, шёл противный мелкий дождь, и люди, укрывшись под зонтами, спешили по своим делам. Погода на улице полностью соответствовала моему душевному состоянию. Тяжело вздохнув, я отпил из стаканчика и поморщился: это не кофе.

Минут через десять подошла сотрудница отдела кадров. Молодая, миловидная барышня лет двадцати пяти от роду в светлом, но строгом деловом костюме. Странно, но с ней я знаком не был. Вообще, видел её первый раз в жизни.

— Сергей Змеев — это вы? — уточнила она, мило улыбнувшись.

— Да, вроде здесь больше никого нет, — пробурчал я в ответ, демонстративно оглянувшись по сторонам и разведя руками.

— Пойдёмте в переговорную, там будет удобнее побеседовать, — сделала она приглашающий жест.

Опустив голову, я поплёлся за ней. Ну точно, как нашкодивший мальчишка. Пришла своевременная мысль, заставившая меня, улыбнуться, когда я представил себе всю эту картину со стороны.

— Всё хорошо? — спросила девушка, заметив мою улыбку.

— Да всё просто отлично! — съязвил я, продолжая ухмыляться.

Понимая, какой предстоит разговор, и что решение давно принято наверху, я почувствовал какое-то внутреннее облегчение. Да и что я так держусь за эту должность? Не скажу, что мне нравилось то, чем я здесь занимался, но зарабатывать нужно, и я работал честно. Подразделение, созданное мной практически с нуля, я считал именно своим. Я сам набирал людей, выстраивал взаимоотношения, ставил задачи и контролировал их выполнение. За три года мне удалось создать работающий отдел, приносящий владельцу неплохой доход и зарекомендовавший себя как достаточно успешный.

— Понимаете, Сергей, разговор нам предстоит не из приятных, и мне кажется, что вы не совсем правильно реагируете на ситуацию, — начала она издалека.

— Послушайте, я не знаю вашего имени, но я отличный переговорщик и всегда считал себя неплохим аналитиком. Раз уж даже мой дорогой шеф не захотел сам сообщить мне «радостную новость», и вдобавок, меня не пустили на порог офиса — всё предельно ясно.

— Меня зовут Наталья, и мне очень жаль, но это работа, — тут же начала Наталья оправдываться.

— Давайте не будем сожалеть и расшаркиваться друг перед другом, — попросил её я. — Меня интересует только один вопрос. Раз это расторжение по инициативе работодателя, то озвучьте, пожалуйста, на каких условиях со мной решили расстаться. О причинах я даже знать ничего не хочу.

— Да, вы правы, — подтвердила она. — Я должна сообщить вам, что наверху принято решение о расторжении трудового договора. Условия очень хорошие, поверьте моему опыту.

Я с сомнением посмотрел на неё. А про себя подумал: какой у тебя может быть опыт в твои двадцать с маленьким хвостиком лет? Но вслух озвучивать свою мысль не стал.

— Компания предлагает вам расторжение договора по соглашению сторон с выплатой трёх ежемесячных окладов без учёта налогов, то есть чистыми — вам на банковскую карту.

— Послушайте, Наталья, хорошие условия, — я сделал ударение на слове «хорошие», — для руководящего состава компании — это шесть окладов!

— Я понимаю вас, но у меня инструкции только о трёх, — потупила она взгляд.

— Тогда свяжитесь со своим руководством и передайте, что руководитель департамента Сергей Змеев требует соблюдения законодательства и настаивает на шести окладах! — хлопнул я ладонью по столу.

— Боюсь, что это бесполезно, — сообщила она. — Мне так и было сказано: если начнёт требовать больше, то мы ничем помочь не можем. У нас ограниченный бюджет…

— Достаточно! — прервал я её. — Сколько вам согласовали? У меня нет ни желания, ни времени препираться, и я готов подписать соглашение, но точно не с тремя окладами!

— Четыре оклада, включая налоги, и все документы уже заполнены именно с этими цифрами, — улыбнулась она.

— Давайте ваши бумаги.

— Вы не переживайте, все ваши вещи мы соберём и оставим у охраны на проходной первого подъезда, — успокоила меня она.

— Большое вам спасибо! Я так этому рад! — не смог я скрыть своего раздражения.

Мне страшно неприятен был и сам разговор, и возникшая ситуация, и милое личико Натальи с приклеенной улыбкой. Мне сейчас хотелось только одного — уйти из офиса поскорее и забыть всё это как страшный сон. За вещами потом заеду, наверное.

Подписание бумаг заняло не более пятнадцати минут, и, свернув в трубочку свой экземпляр договора, я вышел на улицу. Осень и дождь никуда не делись, и я с наслаждением вдохнул влажный воздух. Воздух свободы — подумалось мне, и я опять улыбнулся. Да что со мной творится? Рушится вся моя жизнь, шедшая до этого момента по размеренному графику, и вот теперь всё летит в тартарары, а мне весело. В раздумьях я дошёл до арки, где располагалась местная курилка, и достал сигарету.

— Привет, тёзка! — замахал мне один из моих теперь уже бывших подчинённых.

— Привет, — пожал я протянутую руку и, прикурив, затянулся табачным дымом.

— Круто они с тобой обошлись! Наши все просто в шоке.

— Что, уже все знают?

— Не то слово! Убрали не только тебя, но и вообще всех руководителей начиная с начальника Управления и выше, — сообщил мне Сергей.

— Интересно, — пробурчал я, — хотя, если честно, почему-то мне совсем это было неважно.

— Говорят, пришла новая команда из конкурирующей компании, а у них только один критерий для тех, кто с ними: человек должен быть своим.

— Ура! Меня уволили не за плохую работу, — скорчил я глупую рожу.

— Да ладно, Серёж, не переживай, — попытался подбодрить меня он. — Ты же профи, точно без дела не останешься! И ты это — когда место найдёшь, про нас не забудь, мы все с тобой готовы!

— Угу, конечно, — пробурчал я и выбросил в стоящую рядом урну окурок.

А про себя подумал: знаю я вас — сначала посмотрите, какая компания, начнёте выпрашивать повыше оклад, а потом, поняв, что на новом месте придётся вкалывать в два раза больше, потому как с нуля, останетесь на тёплых, насиженных местах.

— Ладно, пока, — виновато протянул мне руку Сергей. — Мне работать нужно, а то сейчас непонятно вообще ничего и как дальше будет — сам понимаешь.

Я пожал протянутую мне руку, и какое-то время смотрел вслед убегающему бывшему сотруднику, испытывая странные ощущения. Мне было противно — именно противно, и не мог понять, как я столько лет копался во всём этом дерьме? Я вдруг чётко осознал, что у меня, нет ни малейшего желания искать новую работу в такой же конторе и заниматься перекладыванием бумажек и привлечением клиентов, которые хотят одного, а получат в итоге, как всегда, совсем другое.

Накинув капюшон, я достал наушники и, надев их, выбрал случайный трек:

Вместо тепла — зелень стекла,

Вместо огня — дым,

Из сетки календаря выхвачен день.

Красное солнце сгорает дотла,

День догорает с ним,

На пылающий город падает тень.

Я вышел из-под арки и направился в сторону метро, надеясь, что больше никто из знакомых на встречу не попадётся и мне не придётся выслушивать очередные сочувствия и соболезнования. В голове возник вопрос: и что теперь? Вернее, куда? А скорее — всё вместе. Как распорядится свалившимся на меня так неожиданно свободным временем? Сегодня понедельник, и завтра на работу мне не нужно. Блин, да мне вообще никуда завтра не нужно! А на улице дождь и противно. И в жизни всё наперекосяк.

Перемен! — требуют наши сердца.

Перемен! — требуют наши глаза.

В нашем смехе и в наших слезах,

И в пульсации вен:

«Перемен!

Мы ждём перемен!»

Сегодня день мистики и совпадений. Даже Цой настаивает не просто на каких-то там переменах, а на моих личных! И что из всего этого следует? Правильно! Настоящий мужчина с гордо поднятой головой преодолевает все трудности, и ещё одну я намерен создать себе сам и прямо сейчас. Сформировавшаяся мысль показалась мне очень удачной, и я, подняв голову, начал искать вывеску ближайшего бара.