ГЛАВА 2

Савелий исподтишка поглядывал на гостью и прикидывал себе, какая эта девица в постели. Страстная или тихоня? Он предпочитал второй вариант. Никогда не любил, когда баба сама на шею вешается. Любил недотрог. Такие, правда, ему редко попадались, но те, что были - хорошо играли.

Гром из тех мужчин, что любят своё превосходство во всём и везде. Будь-то хоть ринг, хоть личные отношения.

А ещё, ему безумно нравятся длинноволосые. Это у него фетиш такой. Любит пальцами длинные локоны перебирать. Главное, чтобы ухоженные были.

Снова глянул на девицу. Если распустить ей волосы... Да, оно.

С каждой минутой он всё больше убеждался, что «новогодний подарочек» как раз под него сделан. Девица, что надо.

Решил перейти в наступление, придвинулся ближе.

- Ты не расстраивайся. Через пару дней поедешь домой. За мной друзья приедут и тебя до города подкинем, - врал нагло, бессовестно, но совесть его крепко спит ещё с юных лет.

Да и девке незачем знать, что в гараже у него стоит новенький «Б*****», в кармане телефон на беззвучном режиме, а база «Алтайская» в пятнадцати минутах ходьбы.

Вот развлечётся он от души, тогда и отпустит гулёну. К мужу будущему.

*****

- Через пару дней? Вот же ж... Долго как! - Даша глубоко вдохнула, а выдохнуть не смогла.

Это же что получается? Ей с этим дикарём тут сидеть целых два дня! Друзей его ждать! Неужели нельзя ничего предпринять?

А ещё, он её пугает. Смотрит так странно, словно оценивает. Стрёмный мужик, всё-таки.

- Я не могу ждать, простите... Спасибо вам за всё, но я лучше пойду.

Резко встала с мягкого дивана и бросилась к двери, где оставила верхнюю одежду. Зря она вообще сюда пришла. Нужно было идти дальше, искать дорогу. В конце концов, не на Луне, рано или поздно куда-нибудь да вышла бы.

Ей бы только машину свою отыскать, а там и телефон и печка... Кто-нибудь придёт на помощь.

Наивная.

- Слушай, мне как-то пофигу, но ты подумай хорошо. Я же не выгоняю. А там звери дикие. Холод собачий. Да если бы я тебя из сугроба не вытащил, так и замёрзла бы там, - мужчина стоял поодаль, оперевшись плечом о дверной косяк, наблюдал, как Даша остервенело натягивает почти насквозь промокший полушубок.

Надо же быть такой дурой! Волки ведь! Она о волках забыла!

- Да что ж такое-то! Вот же блин!

Савелий тяжко вздохнул, словно ему было в тягость что-то объяснять этой несмышленой.

- Я не вижу никакой проблемы... Э-э-э...

- Даша, - подсказала ему, про себя обидевшись на то, что не запомнил её имя.

- Даша. Мы можем встретить новый год по-человечески, в тёплом доме, за праздничным столом. Поспишь, отдохнёшь. А потом мои друзья подвезут тебя до города. Раз твой жених не удосужился тебя забрать, стоит ли так к нему спешить?

Вот на счёт Алёши он был прав на все сто процентов. Нет, чтобы самому приехать за ней, он скинул смс-сообщением адрес и заявил, что устал в последний рабочий день, так что ей лучше приехать самой.

Сволочь такая.

Вот этот дикарь точно свою девушку (если бы она у него была), не послал бы одну через лес.

По крайней мере, Даше так показалось. От него веяло силой, уверенностью и мужеством. А может она просто сама себе всё это придумала.

*****

- А колбаса у вас есть?

Девушка стояла в фартуке у разделочной доски и что-то нарезала.

Честно говоря, Савелий никогда не был сторонником готовки и как-то не парился особо по этому поводу. Всю жизнь питался полуфабрикатами или заказывал готовую кулинарию. Но вот накануне Нового года посчастливилось принять в гостях сестру, которая ужаснулась его пустым холодильником и заставила ехать в супермаркет.

Зная сестру Грома, проще согласиться и не спорить, что он, собственно и сделал. И теперь полки бывшего пристанища голодных мышей ломились от деликатесов, а девица, она же Новогодний подарок Савелия - глазела на всё это с выпученными глазами.

Впрочем, Даша быстро пришла в себя и, закатав рукава своего элегантного платья, принялась кашеварить. Вот подфартило-то. И готовить умеет, и симпатичная. Ну чем не подарок?

Симпатичной, кстати, девица стала для него сразу же, как только зашла на кухню. Вот нравятся ему такие. Тихие, домашние, чтобы место своё знали, но и мужика могли завлечь не только котлетами.

А эта ничего. И котлеты с такой будут, и близость. Вон фигурка какая у неё - не сухая, но и в жировых складках не тонет. Как раз, что нужно – и потрогать, и на руки поднять.

К слову, Савелий в последнее время довольствовался «сухпайком» и начал понимать, что не в силиконе счастье. Такая вот сочная тоже вполне подойдет.

Тело напряглось, когда она уронила нож и наклонилась за ним. Савелий с трудом отвел взгляд. В голове тут же вспыхнула шальная, обжигающая картинка: как он подходит сзади, прижимает её к себе, лишая всяких путей к отступлению, и заставляет забыть обо всем на свете.

Гром аж глаза закатил, до того реалистичным показалось это видение. Сердце пару раз бухнуло в груди, а руки сами потянулись вперед.

— Ой, вы чего?! — Даша отпрянула, как ошпаренная.

Только в этот момент Савелий осознал, что действительно шагнул к ней и крепко перехватил за талию, притискивая спиной к своей груди.

— Не надо... — выдохнула она, но как-то растерянно и совсем не убедительно, скорее от неожиданности.

«Знаем мы ваше "не надо"», — цинично подумал Гром. Он развернул её к себе лицом, заставляя смотреть себе в глаза, и накрыл её губы требовательным, собственническим поцелуем. Даша испуганно вздрогнула, но уже через секунду подалась навстречу, отвечая на его напор. Ее дыхание сбилось, а ладони доверчиво легли ему на плечи.

Савелий подхватил её под бедра, легко усаживая на край стола, и скользнул рукой под подол платья. Кожа у нее горячая, аж через одежду жжет.

— Расслабься, — хрипло прошептал ей на ухо, чувствуя, как Даша мелко дрожит от волнения, полностью подчиняясь его воле. — Ну же...

Он уже потянулся к ней, готовый взять то, что само шло в руки, как вдруг...

— Савелий!

— А? Что? — он моргнул, с трудом фокусируя взгляд.

Даша стояла у стола в той же позе, держа в руках поднятый с пола нож. Никакого поцелуя не было.

— Спрашиваю, колбаса вареная у вас есть? Что же за Новый год без оливье?

Колбаса... Савелий мысленно выругался. Надо же было так залипнуть на ровном месте, напридумывал себе невесть что, как голодный пацан. От досады внутри все перевернулось.

— Давай помогу тебе, что ли, а то до завтра будешь копошиться, — буркнул он, забирая у неё нож.

Уж лучше делом занять руки, чем стоять рядом и с ума сходить от собственных мыслей. Савелий никогда не позволял себе распускать руки без согласия, но сейчас отчетливо понял: если он не отвлечется на этот салат, самоконтроль может окончательно дать сбой.

*****

Когда с приготовлениями было покончено, оба удовлетворенно заулыбались и, оценив плоды своего труда на небольшом столе у потрескивающего горящими дровами камина, упали в кресла.

- Я сто лет уже так не готовилась к Новому году, - засмеялась Даша.

Она заметно расслабилась и осмелела за время готовки. Что ни говорите, а коллективный труд сближает. Особенно, если он такой приятный.

Общались немного, но весело как-то. Даже кусочками варёной моркови покидались друг в друга.

Савелий оказался вполне адекватным мужчиной, хоть и с замашками дикаря. В любом случае, Даша больше не боялась его.

- А я сто лет не отмечал Новый год, - усмехнулся Гром, оценивающе разглядывая девушку.

Вот смущал её этот его взгляд. Такой... Внимательный, проникающий под кожу. Конечно, понятно, что одинокий мужчина в лесу на любую так пялиться будет. Скорее всего, он тут не два дня живёт, вон как дом хорошо обустроен и утеплён. Камин даже настоящий... Но всё равно женское самолюбие потешил.

- Расскажите о себе? Что посчитаете нужным, разумеется... - спросила неожиданно даже для самой себя.

Правда, тут же пожалела. А вдруг сейчас пошлёт её, чтобы не лезла не в своё дело? Внутренний голос пропел, что пошлёт и будет прав.

Но Савелий равнодушно пожал плечами и начал рассказывать, а Даша, открыв рот, ушла в его историю, напрочь забыв о неприятностях и о том, что где-то там, за снежными завалами её ждёт жених.

Оказалось, отшельником Савелий Громов живёт уже около двух лет. Иногда, разумеется, выбирается в город, как он сказал, «на охоту», то бишь за продуктами и вещами. Но в основном обитает в лесу.

Будучи буйным и молодым, активно участвовал в боях без правил и даже вышел на легальный ринг, правда, уже в двадцати годам понял, что это занятие ему не по душе. Хотелось чего-то большего, чем просто бить морды всем подряд. Какого-то смысла в жизни хотелось.

И Савелий его нашёл. Подался на обучение в школу милиции, а затем - в специальный отряд быстрого реагирования, где и почувствовал себя на своём месте.

Громов спасал жизни десять лет. Десять лет ада, круги которого он прошёл на земле. Кровь, убийства, насилие… Чего только не было. Всё это он видел своими глазами, а как известно, ничего не проходит бесследно. Однажды Савелий не выдержал.

Во время захвата притона, где без зазрений совести торговали детьми, Громов убил «мамку», что развивала проституцию и даже гордилась своим «ремеслом», о чём не постеснялась заявить при задержании.

А когда из темного, сырого подвала вывели трёх избитых, замученных голодом девушек, Савелий не выдержал.

Просто сдали нервы.

Сослуживцы смогли оттащить его от женщины, когда всё уже было кончено.

По понятным причинам Савелий больше не мог оставаться на службе, о чём не особо и жалел. Просто прикупил себе пару СТО и занялся бизнесом. Легальным, спокойным, приносящим доход.

Однако, через несколько лет почувствовал, что устал. Да, бизнес процветал, доходы росли. Но городская суета умаяла Громова и к тридцати восьми годам он решил уединиться. Оставил управляющих на точках и построил дом в глуши, где нет людей. Спокойно, замечательно.

Даша слушала его, полностью погрузившись в рассказ и забыв как дышать. И, как ни странно, её отнюдь не испугал тот факт, что рядом сидит мужчина, лишавший людей жизней... Да, неприятно, страшно, но ведь его работа тоже нужна. Кто избавляет улицы от подонков? Именно такие люди.

Удивляло другое. Его откровенность. Абсолютное доверие даже.

Вот Дарья бы не рассказала о себе такое никому и ни за что. Тем более, малознакомому человеку.

Искренность этого с виду грозного мужчины подкупала и даже располагала. Савелий больше не казался стрёмным и страшным, а мысли о маньяке, что возникли у неё при знакомстве с этим мужчиной -казались нелепыми.

- Ну, теперь твоя очередь. Рассказывай, - устроился поудобнее и, по-видимому, приготовился слушать, а Даша стушевалась.

*****

Даша рассказывала о себе какие-то мелочи, не особо интересные, как у всех. Да, её жизнь обычная, даже скучная, но после истории Савелия девушка радовалась этому.

Лучше уж быть серой мышкой и спать спокойно, чем жить полной приключений жизнью и видеть по ночам кошмары.

Болтала о том, о сём, надеясь, что этим сможет замылить глаза Громову и он отстанет со своим рвением к откровенности.

Но Савелия такой расклад не устроил и он начал задавать наводящие вопросы, ответы на которые интересовали его больше всего.

Через час уже знал, что Даша выпускница престижного экономического вуза, работает финансистом в небольшой, но стабильной фирме, любит рыбу и собирается замуж за некоего Алёшу, уважения к которому Савелий не испытывал ни на йотту.

В этот вечер, как оказалось, Дарья спешила к нему. Они якобы должны были отметить Новый год на базе отдыха, но недомужик не осилил забрать свою девушку и она попёрлась сама. Машина сломалась и Даша попёрлась через лес, желая сократить путь.

Что ж, отдать ей должное, она почти добралась, да. Только признаваться в этом Громов не торопился. В конце концов, ему с ней очень даже занимательно, а женишка-лоха надо проучить.

Так и хочется спросить, как в том мультфильме: «Ты где камушек взял, Алёшенька?».

Не без удовольствия отметил про себя, что Дарье тоже нравится его компания. Вот бывают же люди, с которыми легко и хочется откровенничать. Наверное, это симпатия.

Гром, конечно, не превратился вдруг неожиданно в такого же правильного гражданина, как его гостья. Вовсе нет. Он всё ещё время от времени представлял, что будет с ней делать. Но теперь больше задумывался о том, как бы провернуть всё покрасивее. Новый год всё-таки.