Глава 2

Я выхожу из кабинета и быстро иду на свое рабочее место. Отдел, куда я устроилась, состоит всего из двух человек – старшего специалиста отдела закупок и специалиста по закупкам. Вакансия появилась благодаря расширению компании. Поразительно, как ему удалось подняться до такого уровня при отсутствии стартового капитала и связей. Думаю, Игорю помог его пробивной характер и желание жить лучше.

Мещеряков родился в среднестатистической семье. Его мама работала в детском саду, а отец на заводе. В далеком детстве мы жили по соседству, до тех пор, пока мой отец резко не поднялся, и мы не переехали. Еще будучи мальчишкой, Игорь любил ковыряться в игрушечных машинах. Уверена, что никто из взрослых не мог предположить, к чему его приведет это увлечение. Но трудолюбие и целеустремленность сделали свое дело.

До поступления в университет мы с Игорем не встречались. Я хорошо помню первую линейку, когда наши взгляды пересеклись. Я не узнала его, а вот он понял сразу, кто я, и подошел поздороваться.

– Кира, о чем задумалась? – насмешливо спрашивает Вика, моя коллега. – У тебя работы нет? Так я могу и свою подкинуть.

– Я жду задание от Игоря Васильевича, – игнорируя колкие слова, отвечаю я.

– Задание? – удивляется она.

– Да. Контрольное. Выполню – останусь, провалюсь – отправлюсь дальше искать работу, – объясняю я.

– Какие-то чересчур завышенные требования к тебе у Игоря, – произносит она, кликая по кнопке компьютерной мыши, и быстро добавляет: – Васильевича.

– У тебя не было заданий? – удивленно восклицаю.

– Я тебе больше скажу, у меня даже не было испытательного срока, – с гордостью говорит Вика. – Игорю Васильевичу было все понятно и на собеседовании.

– Видимо, у тебя большой опыт и ты очень квалифицированный специалист, – говорю с чуть заметной издевкой.

Все же кое-что от меня той еще осталось. Ненавижу таких людей, которые пытаются показать себя подобным способом. Но еще сильнее Вика раздражает меня тем, что она намеренно демонстрирует особое отношение начальника к своей персоне.

– Да, это так, – вздернув подбородок, отвечает она.

Наш разговор неожиданно обрывается: в кабинете появляется Мещеряков.

– Доброе утро, Игорь Васильевич, – от слащавости ее голоса меня едва не начинает тошнить.

– Доброе утро, Виктория, – он чуть заметно улыбается девушке. – Как дела с отчетом?

– Внесу кое-какие правки и смогу сдать. Буквально в течение получаса, – отвечает она, демонстративно выпячивая зону своего декольте.

Машинально закатываю глаза. Неужели Мещеряков ведется на такое? Или его глаза дальше ее бюста не поднимаются?

– Отлично, Вика, – быстро кивает он. – Кира, теперь обсудим твое задание. Открывай системную папку на рабочем столе. Так. Дальше папка «Поставщики».

Игорь опускает одну руку на мое кресло и приближает лицо к монитору. У меня перехватывает дыхание. Я чувствую аромат его неизменного парфюма, который вызывает легкое головокружение. Но дело совсем не в парфюме. Близость Игоря оказывается для меня слишком неожиданной, и я с трудом могу сосредоточиться на том, что он говорит в этот момент.

– Кира, поставщики, не поставки, – строгий голос Мещерякова отрезвляет, и я кликаю по нужной папке.

– Тебе нужен Руднев Константин Петрович. Он у нас проблемный поставщик, не хочет давать цену, а еще сегодня последний день оплаты предыдущего заказа. Сформируй платежку, передай в бухгалтерию и договорись с ним насчет цены, – Игорь раздает указания.

– Платежку? – удивляюсь я. – Где можно взять образец?

– Спросишь у Вики. Она подскажет, – коротко кивает он. – В этом деле нельзя спешить.

– Хорошо, я поняла.

Я резко поворачиваю голову, желая задать еще один вопрос, но оказываюсь в слишком опасной близости от его лица. Я чувствую мятное дыхание и вижу прямой взгляд, направленный на мои губы. Какое-то необъяснимое наваждение. Тряхнув головой, резко отворачиваюсь, впиваясь глазами в экран монитора.

– Игорь Васильевич, но это мой клиент. Я работаю с ним уже несколько недель, – раздается возмущенный голос Лавровой.

– Я знаю, Вика, – он делает пару шагов к двери. – Мне нужно понимать, готова Кира к работе или нет.

– У меня с Рудневым запланирована встреча, – отвечает Виктория. – Во второй половине дня.

Не нравится мне эта девушка. Себе на уме. И не окажись я в критической ситуации, не стала бы обращаться к ней ни по какому вопросу.

– Отлично. Кира, задание остается. До обеда ты должна убедить Руднева в том, чтобы цена стала ниже. Он может это сделать, но не хочет, – уверенно произносит Мещеряков и добавляет: – Других причин, кроме «не хочу», нет.

Игорь разворачивается и уходит, оставляя нас с Лавровой наедине. Лучше бы он этого не делал. Чувство превосходства мгновенно возвращается к ней.

– Если потребуется помощь, обращайся, – равнодушно бросает она.

– Скинь образец платежки, – прошу я.

Вика отправляет мне на почту образец платежного поручения, и я довольно быстро справляюсь с одним из заданий. Несколько раз проверяю правильность и уже собираюсь отправить, как вдруг звонит мой мобильный. Это Мила Сергеева, моя единственная подруга со студенчества.

– Кирюш, привет. Я звоню уточнить по поводу сегодняшней встречи. У нас все в силе? – тараторит она.

– Привет, Мил, конечно.

– На работе?

– Да, – быстро отвечаю.

– Ты одна в кабинете?

– Нет.

– Можешь выйти в коридор на два слова? – спрашивает она. – Это срочно.

Ее просьба не кажется мне странной. Когда у Милы что-то происходит, она звонит мне и делится моментами своей жизни – как счастливыми, так и не очень. Но всегда подальше от посторонних ушей.

– Могу, – отвечаю я и, заблокировав компьютер, через несколько секунд оказываюсь вне кабинета.

Мы говорим не более трех минут. На этот раз ее проблема действительно существенная. Прошу подругу дождаться вечера: у нас как раз запланирована встреча по случаю моего возвращения. На месте все детально и обсудим. После чего я возвращаюсь в кабинет. Еще раз пробегаю взглядом по платежке и отправляю ее в финансовый отдел.

Прежде чем провести переговоры с Рудневым, я решаю собрать о нем как можно больше информации, чтобы при беседе быть подкованной в любом вопросе. Спустя полчаса я беру мобильный и набираю номер. Как раз в этот момент я нахожусь в кабинете одна, Вика куда-то отошла.

Но я не успеваю нажать на кнопку вызова, поскольку в кабинет влетает разъярённая Лаврова.

– Платеж ушел не туда! Куда твои глаза смотрели, когда ты набирала несуществующий КБК? – возмущается Виктория, а я никак не могу понять, где именно допустила ошибку.

– Что-то можно сделать? – поджимаю губы, все еще не веря.

– Нет. Понимаешь, какое дело, – язвительный тон режет уши, – это не миллион и даже не два. Это почти пятьдесят миллионов. И они ушли в никуда. На невыясненных будут болтаться. Это плохо, очень плохо.

– Что теперь делать? – спрашиваю растерянно.

– Уже ничего не сделаешь. Считай, мы потеряли поставщика. Я позвонила Константину Петровичу, он сказал, что больше не станет сотрудничать, – холодно отрезает она. – Можешь собирать свои личные вещи, Кира. Мещеряков непременно тебя уволит.

До самого обеда я едва могу собраться с мыслями. От растерянности, которая мне несвойственна, я даже не сразу вникаю в текущую работу. Хотя с самого первого дня трудоустройства я ее выполняла быстро и безошибочно.

Когда настенные часы показывают ровно двенадцать тридцать, Вика встает со своего рабочего места и, перекинув сумочку через плечо, выходит из кабинета. Оставшись одна, я облегченно выдыхаю. В присутствии Лавровой, которая то и дело кидает на меня косые взгляды, сосредоточиться еще сложнее.

Спустя несколько минут раздается стук в дверь, и я от неожиданности вздрагиваю. В дверном проеме показывается голова Алены.

– На обед пойдем? – интересуется она.

– Я сегодня пас, – отрицательно качаю головой. – Работы очень много. Боюсь, до вечера не управлюсь.

– Пойдем. Обед – это обязательное условие работы, – шутливо произносит Алена.

– Это ты сейчас сама придумала? – улыбаюсь я.

– Да, то есть нет. Не совсем. Мещеряков однажды так говорил сотрудникам, которые во время обеденного перерыва находились в офисе.

– Ален, я бы хотела, но у меня катастрофа, – с комом в горле произношу я.

– Что случилось?

– Ты еще не знаешь? Мне кажется, Вика уже всем растрещала, – закатываю глаза.

– Видимо, не всем. До меня очередь не дошла, – насмешливо говорит коллега. – Я – последний человек в компании, кто станет слушать ее сплетни.

– Значит, мне не показалось, – отвечаю с улыбкой. – И она в самом деле стерва.

– Еще каких поискать. Давай, сворачивай там все и пойдем.

– Хорошо. Подожди пару минут, ладно? Я сменю пароль, – меня как будто осеняет.

– Это правильно. Никому нельзя доверять. Я подожду тебя в коридоре.

Теперь я почти уверена, что ошибка была допущена не мной. Возможно, Вика увидела во мне конкурентку, но не в отношении работы, а в отношении начальника, и нарочно решила подставить. Так или иначе, допустить подобное я не могу. Меняю пароль и, заблокировав компьютер, выхожу из кабинета вслед за Аленой.

В районе бизнес-центра, где располагается офис компании, находится довольно много заведений. Моя коллега выбирает уютное местечко в соседнем здании. Кафе заполнено почти на сто процентов, но любезный официант указывает на свободный столик в дальнем углу, широко улыбаясь Алене.

– Твой поклонник? – интересуюсь я.

– Вроде того, – весело отмахивается она. – Долгая история.

После того как официант принимает наш заказ, я перевожу внимание на открывающуюся дверь кафетерия.

– Игорь Васильевич тоже любит здесь обедать? – спрашиваю Алену, почти незаметно кивая на вошедшего Мещерякова.

– Да. Он здесь частый гость, – подтверждает она, переводя взгляд на начальника, который быстрым шагом приближается к нашему столику.

– Он идет к нам. Это из-за моей ошибки.

– Нет, не к нам. Видишь, там сидят мужчины, – она указывает глазами на двух солидных мужчин через стол от нас. – Это одни из первых клиентов компании. Мещеряков обедает с ними обычно два раза в неделю. Для поддержания неформальных отношений, так сказать. Хотя однажды я случайно оказалась на встрече. Они обсуждали исключительно рабочие моменты.

– Да, действительно, он садится к ним за столик, – на выдохе говорю я, как тут же получаю от Игоря холодный взгляд.

– Кир, что произошло? – хмурится Алена.

– Я ошиблась в одной цифре, когда формировала платежку поставщику. И деньги не ушли ему, остались висеть на невыясненных платежах. А там очень большая сумма, – хнычу я.

– Вернется платеж – отправишь снова, – просто говорит коллега.

– Сегодня был крайний день оплаты.

– Тогда плохо дело, – она поджимает губы. – Я, конечно, не думаю, что Мещеряков тебя уволит за это, хотя… Если ты попадешь под горячую руку, может быть и такое.

– Я не могу потерять эту работу, Ален.

– По личным обстоятельствам?

– Моей бабушке нужна операция на ноги. Чем раньше, тем лучше. Мне нужно будет забрать ее и сына к себе. Сын пойдет в садик, а за бабушкой кто-то должен присматривать, – делюсь с Аленой. – Сиделка, скорее всего. Если у меня все сложится с работой, то я сама не смогу с ней сидеть.

– Чей сын? Твой?

– Ну да, – улыбаюсь я. – Чему ты так удивляешься?

– В твоем резюме ни слова о нем нет.

– Потому что сотрудника с маленькими детьми никто не хочет брать на работу, – отвечаю я. – А здесь хорошая зарплата. Ни в одном другом месте нет такой. Я промониторила весь сайт по поиску работы.

– Тогда нужно сделать так, чтобы он не уволил, – заговорщически подмигивает Алена.

– Есть одна идея, но она безумная, – отрицательно качаю головой.

– Беременность, – коллега озвучивает мои мысли, а я растерянно улыбаюсь.

Обед подходит к концу, и мы с Аленой возвращаемся в офис. Вики в кабинете все еще нет, и я чувствую небывалую легкость. Снимаю компьютер с блокировки и открываю почту. Четыре письма.

– Ты ведь понимаешь, что произошло? – дверь кабинета резко распахивается, и на пороге возникает Мещеряков. Разъяренный и злой. – Я тебе сказал снизить цену у поставщика, а ты за полдня умудрилась от него избавиться.

– Игорь, я осознаю, что произошло, – отвечаю я, не умаляя своей вины. – Впредь этого больше не повторится, а ситуацию с Рудневым я исправлю.

– Нечего исправлять. Такие, как ты, никогда не поймут, что значит зарабатывать деньги кровью и потом. Вы считаете, что деньги падают с небес. Нет, Кира, это огромный труд. Ты уволена.

Он выходит в коридор и громко хлопает дверью. Уверенная в том, что это его последнее слово, я встаю с кресла и почти бегу вслед за Игорем с намерением объясниться. Но мужчина заходит в отдел кадров, и я останавливаюсь в метре от кабинета, не зная, что делать дальше.

– Ален, аннулируй заявление Калининой. Она у меня работать не будет.

Я слышу каждое слово. Закрываю глаза, чувствуя, как к горлу подступает панический ком.

– Но я не могу, – возражает Алена.

– Значит, уволь ее, – рычит он.

– Извините, Игорь Васильевич, не получится.

– Причина? – гремит знакомый голос, от которого по коже расползается дрожь.

– Она беременна. Мы не можем ее уволить.