Цитаты из книг автора «Анастасия Долганова»

Контейнировать стыд – значит уметь извиняться. Не за все сразу, не за глобальные факты своего существования, а за конкретное поведение. «Прости, что я такая» – это не извинение, а упрек и саморазрушение. «Прости, что я вчера накричала на тебя, ты не заслужил таких слов» – вот это уже извинение, после которого становится возможным прощение и облегчение. В токсичном стыде, который выглядит как убежденность в том, что со мной глобально что-то не так, конкретное извинение очерчивает границы и помогает увидеть, что другой человек если и отвергает нас, то не полностью, а если полностью, так есть и другие люди. Извиняться – значит прикасаться к стыду, но делать его выносимым.

Наш век считается веком нарциссизма, когда проявление нарциссических черт встречается у большинства. Говорят даже об «эпидемии нарциссизма».

Мазохист боится быть успешным, поскольку это лишает его инфантильной позиции и предполагает взросление и ответственность, которых он не хочет выносить.

Так как мазохист жертвует собой, посвящает свою жизнь обслуживанию другого и терпит страдания, он ожидает награды, которая в отношениях выглядит как глубокая благодарность. Простого «спасибо», даже повторенного несколько раз, недостаточно. Мазохисту нужна особая благодарность, благодарность делом, послушанием, заботой, тем, что ему будут доставаться лучшие куски от достижений партнера. Мазохист хочет публичного признания своих жертв и раскаяния.

Страх отвержения делает невозможным прямое предъявление себя со своими переживаниями. Переживания от этого никуда не деваются, но уходят вглубь, находя для себя непрямые, часто многоэтапные способы удовлетворения. В отношениях это выглядит манипуляциями.

Мы травмируемся о нарциссичность мира и, избегая боли неприятия, начинаем тратить все силы на поддержание образа, который нам самим кажется более безопасным: всеми любимого, всегда правого, всегда имеющего превосходство.

Нужно много, очень много ресурсов и поддержки, для того чтобы перестать во всем винить партнера (как фигуру травмирующего родителя) и опереться на собственную взрослость, для того чтобы действительно покончить со старыми переживаниями.

Такие отношения – это идеальные декорации для старых травм. Поэтому они становятся сверхценными, сверхзначимыми: психика бросает все ресурсы на возможность снова стать здоровой. На поверхности это выглядит как большая любовь, сильная привязанность, любовная зависимость. В глубине эта всегда попытки – снова и снова доказать отвергающему человеку, что я все же достоин любви, что со мной все в порядке, а ты не прав. Поэтому идея о том, что партнер – безнадежно больной человек и с ним ничего не получится просто потому, что он на это не способен, так легко находит отклик у нарциссических жертв.

Есть довольно простой шаблон, который предлагает схему действий для обогащения: рискуй, много работай, делай все идеально, будь лидером. В общем, эти четыре совета даются в большинстве книг по саморазвитию, дальше частности. Этот шаблон невыполним, потому что описывает плоскую реальность, предполагая, что человеку нужно лишь приложить усилия – и он изменится. Миллионы и миллиарды людей обвиняют себя в лени, считая ее единственной причиной своего несоответствия требованиям.

Когда потребности подавлены, то они подменяются целями.