Глава 5 «Вино и возмездие»

Амели дрожала, шагая по весенним улицам Нью-Йорка, где майский вечер разливал по асфальту золотистые блики заката. Ветер кружил у ее ног, шуршал оберткой от сэндвича из "Katz's Delicatessen" – той самой легендарной закусочной, где когда-то снимали сцену из "Когда Гарри встретил Салли". Она сжала бумажную упаковку так крепко, что соус проступил сквозь бумагу. Лишь сейчас, когда все было кончено, она купила пастрами на ржаном с двойной порцией острого соуса "Дьявольский огонь" – сегодня ей хотелось, чтобы жгучий вкус перекрыл горечь поражения.

"Ну конечно, именно так и должен был закончиться этот день", – мысленно хохотала она, разжевывая резиновый хлеб, который внезапно показался ей точной метафорой ее карьеры. "Только мне могло так не повезти – облить кофе именно владельца издательства! И не просто облить, а устроить ему кофейный душ, да еще и сунуть доллар! Один чертов доллар на салфетки! Как будто я чаевые оставляю! Конечно, он и так не взял бы тебя – там были редакторы куда опытнее, те, что не путают "ноль" и "нуль" в корректуре. Но после такого – личная неприязнь гарантирована. Теперь мое резюме в Black Quill Press лежит в папке с пометкой "Только через мой труп".

Она шла, спотыкаясь о трещины в асфальте, словно сама жизнь подставляла ей подножки. В витринах дорогих бутиков отражалось ее перекошенное от ярости лицо – растрепанные волосы, уставшее лицо без макияжа. Амели корчила себе рожи, шепча проклятия, представляя, как ее отражение плюется в лицо Престону Рейнольдсу.

"Идиотка! Неудачница! Кому вообще нужна такая редакторша, которая не может донести чашку, не устроив потоп? Которая надевает блузку наизнанку и считает, что "командный дух" – это когда все дружно пьют в баре после работы?"

Ее щеки снова вспыхнули от стыда. Она перешла дорогу, проклиная свои дерзкие манеры и врожденный талант превращать любую ситуацию в фарс. Теперь придется соглашаться на любую дурацкую работу – редактировать инструкции к тостерам: "ВНИМАНИЕ: не пытайтесь сушить в нем кошек, даже если они мокрые и жалобно мяукают", биографии сомнительных инфоцыган "Как я заработал первый миллион, продавая воздух" или, того хуже, бюджетные детективы, сюжеты которых можно предсказать по аннотации.

В метро ее взгляд снова наткнулся на рекламный плакат новой книги Марка Тейлора – того самого автора, которого она мечтала редактировать. "Книга, которую я могла бы спасти", – подумала она, сжимая кулаки. – Потому что даже одна глава, что она прочла, была ужасна – персонажи плоские, как блины, а сюжет двигался со скоростью улитки с похмелья."

Дома Амели налила себе полный бокал дешевого красного вина, этикетка обещала "нотки дуба и разочарования", включила настольную лампу с треснутым абажуром – подарок бывшего, который, как и их отношения, давно перестал работать правильно. Лампа мигнула, будто в последний раз пытаясь напомнить ей о былых временах, когда она еще верила в успех. Впервые за долгие месяцы она открыла ноутбук не для фриланса, а для собственного текста. Пальцы дрожали над клавиатурой, но стоило ей сделать первый глоток терпкого вина, как…

И случилось чудо.

Слова лились сами собой, герои оживали, сюжет закручивался в тугой узел интриг. Она писала о редакторе-неудачнице, которая случайно спасает мир от литературного апокалипсиса. И вдруг она с ужасом осознала – главный антагонист, которого она только что описала, был точной копией Престона Рейнольдса. Эти широкие плечи, пронзительный взгляд, манера говорить сквозь зубы, будто каждое слово ему физически противно… Даже его фирменный жест – постукивание пальцами по столу, словно он отбивает "Вам конец".

«Отлично, – подумала она, допивая вино до дна, включая горький осадок. – Хоть в романе я могу сделать его злодеем. И убить. Медленно. С подробностями. Пусть подавится собственной ручкой Montblanc.»

Часы показывали семь вечера. Она машинально обновила страницу фриланс-биржи – никаких новых заказов, только предложение "написать 50 000 слов за 10 долларов (опыт работы от 5 лет, знание 10 языков, готовность работать 24/7)". Еще один бокал. Еще одно обновление. Еще одно разочарование.

И тут…

Новое письмо во входящих.

«От: Preston.Reynolds@blackquillpress.com

Тема: Ваше трудоустройство»

Она не дышала, читая:

«Мисс Алдер,

Ваш сегодняшний перформанс был столь же впечатляющ, сколь и разрушителен. Однако, вопреки здравому смыслу (и моей испорченной рубашке), я склонен дать вам шанс – исключительно потому, что ваша работа с текстами вызывает меньше отвращения, чем ваши навыки обращения с напитками. С понедельника вы заступаете на должность редактора. После подписания NDA (о неразглашении) вы получите рукопись и приступите к работе. Явка в мой кабинет – 9:00. Не опаздывайте. И, ради всего святого, оставьте кофе за дверью.

P.S. Стоимость моей рубашки Brioni (полностью испорченной, как и мое представление о профессионализме) будет вычтена из вашей зарплаты."

Бокал выпал у нее из рук, оставив на полу кроваво-красное пятно, похожее на карту ее будущих мучений.

– ЧТО?!

Она перечитала письмо трижды, затем одним глотком осушила остатки вина (вместе с осадком и случайной мушкой, утонувшей на дне) и запрыгала на кровати, как сумасшедшая, рискуя провалиться к соседям снизу.

– Я всегда знала, что моя дурость доведет меня до вершины! – закричала она в пустую квартиру, размахивая ноутбуком, как знаменем. – Ну или до психушки. Но сегодня – точно до вершины!

Схватив телефон, она набрала номер Дэна – своего бывшего одногруппника, который работал ничем не примечательным журналистом в не слишком популярной газете Нью Йорка. Он не был звездой, но умел узнавать любую информацию, будто у него были связи во всех офисах Нью-Йорка. Амели не раз этим пользовалась. "Дэн, выясни, кто этот новый автор? Он правда бывший морпех или просто качает бицепсы для фото? И проверь, правда ли он развелся или это пиар? "

– Ты не поверишь! – выпалила она, едва он взял трубку. – Я угощаю тебя выпивкой! Лучшей выпивкой в твоей жалкой жизни! Ну, кроме той, что ты пил на той вечеринке, где познакомился с той официанткой…

И начала рассказывать про этот безумный день, пока за окном зажигались огни ночного Нью-Йорка, а в ее стакане – уже без вина – отражалась улыбка.

«Черт возьми, – подумала она, разглядывая пятно от вина, похожее на очертания Бруклинского моста. – А что, если это начало чего-то большего?.. Или хотя бы начала зарплаты, которой хватит на вино получше. И на химчистку для рубашек Brioni»