Но чем больше проходило времени, тем хуже она себя чувствовала. К полудню пальцы начинали неметь от долгого листания бумаг, мысли путались, а время будто замедлилось. Она сидела в кабинете, пролистывая отчёты, но слова и цифры расплывались перед глазами. Девушка моргнула один раз, потом снова и снова, заставляя себя сосредоточиться, но каждое движение казалось необычайно тяжёлым.

– Ты нормально себя чувствуешь?

Алиса вздрогнула. Она даже не заметила, как в кабинет заглянула Кристина.

– Ты бледная, как бумага.

– Просто устала, – пробормотала Алиса и закрыла отчёт.

– Сомневаюсь. – Кристина скрестила руки. – Ты не заболела?

– Нет. – Алиса потёрла глаза. – Просто день был… долгим.

Кристина недоверчиво на неё посмотрела, но спорить не стала.

К тому моменту, как Алиса вышла из здания, воздух показался ей странно тяжёлым. Свет фонарей резал глаза, дыхание было тяжёлым и прерывистым. Её тянуло в сон, но не так, как обычно, а будто изнутри что-то давило, заставляя медленно расслабляться. Девушка не помнила, как дошла до дома, как села на кровать, стянула ботинки – всё происходило будто на автомате. Когда она легла, тело было тяжёлым, как будто кто-то вытянул из него всю энергию. Сон накрыл её почти мгновенно и всю ночь ей слышался странный шёпот из-за окна.

На следующий день Вера Николаевна не вышла на работу. Сначала никто не придал этому значения. В отделе все были заняты своими делами, и только секретарь машинально положила на её стол несколько новых отчётов, не сразу сообразив, что её нет на месте. Но когда спустя пару часов до коллег дошло официальное сообщение, появилось ещё больше вопросов.

– Повышенное давление, головная боль, странная слабость… Врачи настояли на госпитализации, не меньше двух недель.

Алиса замерла, услышала, как Кристина остановилась на полуслове.

Точно так же, как мужчина на прошлой неделе. Антон работал в отделе контроля качества. Обычный парень, без проблем со здоровьем, никогда не жаловался, даже если умирал от усталости. Неделю назад он выглядел бледным, но отмахнулся, когда его спросили, всё ли в порядке.

– Да нормально всё, просто не выспался, – бормотал он тогда, держась за голову. А на следующий день его не оказалось на рабочем месте.

– Жена увезла его в больницу, – шёпотом сказала одна из девушек. – Говорят, он не мог даже встать с кровати.

Официальный диагноз – переутомление. А потом был мастер участка – мужчина лет сорока, один из тех, кто всю жизнь проработал на фабрике. Три дня назад его нашли прямо в коридоре – он держался за стены, как будто не мог идти самостоятельно.

– Ощущение, будто в голове шум, – пробормотал он.

Он тогда тоже оказался в больнице. Тот же диагноз, тот же набор симптомов, а теперь и их дорогая Вера Николаевна слегла непонятно почему.

Алиса вцепилась пальцами в край стола. Она даже не удивилась, потому что сама вчера чувствовала себя точно так же.

– Алиса!

Голос Талины прозвучал резко и чётко, вырывая её из мыслей. Алиса подняла взгляд.

Но в этот раз в её голосе чувствовалась доля серьёзности, которой раньше не было.

– Вера Николаевна в больнице.

Алиса молча кивнула.

– Теперь ты будешь её заменять.

Алиса замерла.

– Что?

Талина чуть наклонила голову, будто не понимала её удивления.

– Ты лучше всех знаешь её работу. Она сама доверила тебе архивы и проверки. Сейчас нам нужен кто-то, кто сможет держать всё под контролем.

Алиса на мгновение не нашла, что сказать.

– Я? – всё-таки переспросила она.

– Да. – Талина чуть приподняла брови. – Есть возражения?

Девушка вздохнула и улыбнулась.

– Видимо, нет.

– Вот и славненько. – волшебница вышла из кабинета, оставив Алису со своими мыслями наедине.

Алиса присела за стол Веры Николаевны, пытаясь привыкнуть к новому рабочему месту. Стол казался слишком большим, шкафы – слишком полными, а её собственные мысли – слишком хаотичными. Она провела рукой по стопке отчётов, но не успела сосредоточиться, потому что за соседним столом тихо вздохнула одна из русалок – Наяда.

– У тебя есть проблемы с превращением? – вполголоса спросила она, обращаясь к Аяне.

Алиса невольно замерла, прислушиваясь.

– Появляются с возрастом, – отозвалась вторая, слегка перебирая влажные кончики волос. – Мне кажется, я медленнее сушусь.

– А я не могу нормально оставаться в воде. – Наяда нахмурилась. – Ощущение, будто тело сопротивляется превращению.

Алиса сделала вид, что сосредоточена на документах, но слушала их внимательно. Русалки работали в этом отделе давно. Они были непростыми существами, но их трансформации всегда проходили стабильно – они могли переключаться между водной и наземной формами без проблем. Но теперь…

Алиса сделала маленькую пометку на листочке, закрыла отчёт и, наконец, повернулась к ним.

– А когда это началось у вас, девочки?

Русалки переглянулись.

– Примерно две-три недели назад.

Алиса кивнула. Примерно тогда же начались сбои в эликсирах. Девушка постучала пальцами по столу, пытаясь сложить все кусочки головоломки воедино. Если раньше это казалось просто отдельными случаями, то теперь…

Она покосилась на русалок, которые продолжали обсуждать свои странности, и словно сама не заметила, как вслух произнесла:

– А вы не думали, что всё это может быть как-то связано?

Тишина.

На пару секунд в кабинете воцарилось удивлённое молчание, а потом русалки переглянулись, и Наяда хмыкнула:

– Ты серьёзно?

Алиса почувствовала себя неловко, но уже начала говорить, поэтому решила не останавливаться.

– Ну… Смотрите. В лаборатории эликсиры начали вести себя нестабильно. Люди стали жаловаться на странные недомогания. А теперь ещё и вы говорите, что у вас проблемы с превращением. Разве не странно, что всё это началось примерно в одно и то же время?

Русалки молча посмотрели на неё. А потом…

Раздался смех. Не громкий, не злой, но вполне искренний и весёлый.

– Конечно! Это всё коварный заговор против нас! – воскликнула Наяда, театрально всплеснув руками. – Магия рушится, эликсиры взрываются, а мы не можем нормально сушиться! Всё пропало!

– Ну, с моими волосами это реально катастрофа, так что я не исключаю заговор. – подхватила Аяна, подавляя смешок.

Алиса напряглась, сжав ручку так, что побелели пальцы. Они не воспринимали её слова всерьёз и это раздражало. Но вместо того, чтобы начать спорить, Алиса сдержалась и спокойно сказала:

– Ладно, забудьте.

Она отвернулась, демонстративно отгородившись от них стопкой отчётов. Русалки ещё какое-то время перебрасывались колкими шуточками, но вскоре снова заговорили о своём.

Девушка не слушала. Она понимала, что они не хотели её обидеть, и для них её слова прозвучали как случайная теория заговоров. Но также понимала и другое: если что-то действительно происходит – она узнает это и без них. И делиться своими мыслями она больше не собиралась.

В кабинете наконец воцарилась тишина и был слышен только хруст засушенных коралловых грибов, которые грызла Аяна.

После обеда по всей фабрике раздалось объявление. Голос секретаря, разносившийся через систему оповещения, был спокоен, но в его интонации чувствовалась подчёркнутая официальность.

– Всем сотрудникам просьба собраться в главном холле. Директор хочет сделать заявление.

Люди начали откладывать дела, переглядываясь с разными эмоциями – от равнодушия до скрытого беспокойства. Кто-то спешно собирал бумаги, кто-то торопился закончить запись в журнале, а кто-то уже вставал, недовольно хмурясь. Алиса заметила, как русалки за соседними столами перестали разговаривать, прислушиваясь.

– Ну вот, и до нас добрался, – лениво проговорила Аяна, хрустнув коралловым грибом.

– Интересно, скажет что-то вразумительное? – пробормотала другая, поправляя волосы.

Алиса не стала слушать дальше, вставая из-за стола. Она понимала одно: этот момент рано или поздно должен был наступить.

В просторном помещении уже собирались сотрудники всех отделов. Кто-то стоял группами, негромко обсуждая происходящее, но большинство просто ждали. Алиса с Кристиной заняли места у стены.

– Посмотрим, что он нам скажет, – тихо пробормотала Кристина.

Когда директор вышел на середину, в холле воцарилась абсолютная тишина. Он медленно провёл внимательным взглядом по залу, словно запоминая каждого, кто здесь стоял, а затем заговорил ровным, чётким голосом:

– Для тех, кто ещё не знаком со мной, я представлюсь. Меня зовут Роман Чернышев. Я прибыл сюда в качестве нового директора с одной целью – восстановить порядок.

Алиса заметила, как люди и сверхъестественные существа в зале переглянулись.

– Я оборотень, связанный с Высшим кланом, – продолжил он. – И, если кому-то казалось, что фабрика работает стабильно, смею вас разочаровать.

Он спокойно осмотрел зал, не показывая ни намёка на раздражение или угрозу.

– Я изучил отчёты, проверил структуру управления, собрал достаточно информации, чтобы доказать вам, что здесь были допущены критичные нарушения.

Некоторые сотрудники напряглись, в воздухе словно повисло ожидание.

– На предприятии наблюдаются временные трудности. Недомогания сотрудников, сбои в магических процессах, нестабильность эликсиров – всё это последствия просчётов предыдущего руководства.

Его голос был спокоен, но в нём чувствовалась жёсткость.

-Я прибыл, чтобы исправить их и я приведу это место в порядок и обеспечу стабильность вам всем.

Его взгляд стал ещё острее.

– И я найду тех, кто виноват.

Эти слова отдавались эхом в полной тишине.

Андрей стоял ближе к краю зала, чуть в стороне от остальных. Как всегда уверенный, холодный, неподвижный – казалось, он вообще не был впечатлён сказанным. Его руки были скрещены на груди, но пальцы едва заметно сжались. Глаза остались безучастными, но в уголках губ затаилось напряжение, которого раньше не было. Он даже не моргнул, когда Чернышев закончил свою речь. Затем в гробовой тишине вновь раздался голос нового директора.

– В первую очередь я хочу лично ознакомиться с работой фабрики, – произнёс Роман, спокойно оглядывая зал.

Некоторые сотрудники задержали дыхание. Большинство управляющих не занимались такими вещами. Они просто давали распоряжения, а проверки поручали другим. Но здесь Чернышев хотел увидеть всё сам.

Он не спешил, его тон оставался ровным, уверенным, абсолютно контролирующим ситуацию.

– Талина и Андрей, – его взгляд скользнул по толпе и безошибочно нашёл нужных людей.

Алиса заметила, как Талина чуть приподняла голову, а Андрей неподвижно остался стоять, скрестив руки.

– Вы проведёте для меня экскурсию по фабрике.

В зале стало ещё тише. Алиса боковым зрением заметила, как Кристина чуть приподняла брови, переглядываясь с кем-то рядом.

Но Талина не выразила никаких эмоций. Она просто спокойно кивнула, как будто ничего неожиданного не произошло.

– Разумеется, господин Чернышев. Когда вам будет удобно?

– Прямо сейчас.

Впервые за всё время в голосе Чернышева прозвучала лёгкая нотка нетерпения. Не агрессивная, но достаточная, чтобы дать понять – он не из тех, кто любит откладывать дела. Все повернулись к Андрею, но он ничем не показал, что его хоть что-то задело.

– Как скажете, – коротко ответил он.

Кристина тихо шепнула Алисе:

– Интересно, у кого из них нервы сдадут первыми?

Оборотень развернулся и направился к выходу, Андрей и Талина пошли вслед за ним, оставляя за собой тишину, полную вопросов. Сотрудники переглянулись, но никто не осмелился что-то сказать вслух.

– Что это вообще было? – пробормотал кто-то сзади.

– Кого он собрался искать? – тихо спросила одна из девушек, сжимая в руках папку.

– Как-то… туманно он всё сказал, – вполголоса заметил мужчина из отдела снабжения.

Алиса перевела взгляд на Кристину, которая скептически качала головой.

– Я ничего не поняла, – призналась та, скрестив руки. – Он хочет что? Осмотреть всё сам? Найти виновных? Виновных в чём?

– Понятия не имею, – развела руками Алиса.

Люди начали расходиться. Кто-то шептался на ходу, кто-то нервно поправлял одежду, будто от него уже ожидали объяснений, которых ни у кого не было. Каждый уловил что-то своё из речи управляющего, но никто не понял всей картины целиком.

Когда Алиса и Кристина тоже направились к выходу, та тихо пробормотала:

– Мне это всё не нравится.

Алиса чувствовала то же самое, но вслух не сказала.