Подари мне себя до боли

Отредактированная временем и нравами сказка про Золушку.
Читала перемежая целомудренными книгами)) Возможно, лет этак восемь назад, в эпоху 50 ОС и Прекрасного подонка, я была бы в восторге. Сейчас же не бросила на моменте эпического заключения пари (месяц я тебя развращаю по всякому, шоплюсь с тобой грамотно, но ты мне не даёшь и тогда ты свободна, я уйду и ты забудешь меня, как страшный сон) только лишь из-за обещания самой себе дочитывать книги литигр. Излишне сладенько, на мой вкус, местами хорошо, но общее впечатление портит затянутость и отсутствие любви, как таковой.
Бал накинула за героя, в сюси-пуси он так и не скатился.

(дата прочтения 31 августа 2022)

В фокусе отзыва — книга “ниже пояса” про активного и цветастого самца Макса Моронского и его послушную не-такую-как-все девочку Соню. Современный любовный роман с пометкой на обложке “интеллектуальная эротика”. Сапиосексуала, помешанного на умных и эффектных партнёрах, эта фраза просто не могла привлечь. И я ждала не то чтобы прям нового слова в горяченьких сценариях или философии, тонкой иронии и искусно вплетённых смыслов, но хотя бы попытки уйти от шаблона, которую я смогу оценить. Но, увы, увы, выяснилось, что такая надпись на обложке — не обещание автора и не характеристика романа, а просто-напросто самый откровенный и очевидный кликбейт. То есть дешёвая реклама и приём маркетолога, несущий ущерб качеству и точности информации.

“Подари мне себя до боли” аннотацией заявляет эдакий триллер с противостоянием характеров, углублением в проработку характера и комплексов и, конечно, кучу секса. Из всего перечисленного в истории есть только последнее. Автору явно не давала покоя слава “50 оттенков серого” (она даже в тексте неоднократно ссылается на этот бестселлер), и она решила выдать своего, русского Кристиана Грея, но сидевшего и прибухивающего. Так сказать, с культурным кодом провинциального гопника вместо глубокой травмы детства. Только вот вместо триллера и драмы, вместо психологически сложно портрета и героя влажных женских фантазий получился карикатурный персонаж из российского сериала 90хх. Но об этом позже.

Начнём сразу с того, что в книге есть. То есть с секса. Тем более это основа не только сюжета, но и связи главных героев от первой до последней точки. То есть никаких длинных бесед, никакого “изучения друг друга”, никакой тонкой шлифовки отношений и проработки личностей. Встретились-потрахались-счастье. И так раз десять за книгу. Ладно, положа руку на сердце, иногда случается кое-что кроме секса. Есть две схемы, по которым действуют герои в этой книге: одна романтическая, другая критическая. Романтическая заключается в том, что герои встречаются, в течение первой минуты набрасываются друг на друга, потому что “торкает”, занимаются сексом, молча лежат друг на друге. Критическая заключается в том, что жертва-героиня выходит из дома без героя, влипает в неприятности, в которых её неизменно хотят изнасиловать, но тут появляется Макс Моронский (В это время в голове мультяшный герой в моей голове радостно кричит: "МАЙК ВАЗОВСКИ!". Если вы понимаете, о чём я). и спасает её. Нет, я не шучу, эта модель за книгу была обыграна минимум трижды!

При этом центральная тема книги, то есть упомянутый секс, не отличается оригинальностью или возмутительностью. Если всё же сравнивать с “50 оттенками серого” по этому пункту тоже, то тут всё ещё печальнее: у Э.Л.Джеймс каждый раз открывал для читателя новые грани, рассказывал о запретной теме и даже просто обогащал эрудицию. Аля Пачиновна же обошлась стандартным соитием с оральными ласками. И если в первой близости героев ещё была какая-то перчинка за счёт новизны, то потом горячие сцены можно было смело пролистывать, потому что они, так же как и сюжет, выстроены по одной, довольно скучной схеме. Причём, как физиологически, так и ментально. Универсальное решение для любовного романа: сгорающий от страсти альфач и жертва с предающим телом! Написать, завершить фейерверками, повторить несколько раз до финала.

Отдельного упоминания заслуживает главный герой. Больше всего он вызывает ржач. Знаете, вот этот момент, когда ты смеёшься не потому, что читаешь смешной текст, а потому что не можешь поверить в абсурдность происходящего? И тебе даже интересно, как далеко это может зайти. Моронский Макс Андреевич, или, как его называют, ММА — представитель богемы. Владелец клубов и ресторанов. Но не простой мажор, а разъезжающий на Гелике, простите, Брабусе, криминальный субъект. Цыганская кровь дала о себе знать: страсть к эффектам, цацкам и татушкам с глубокомысленными цитатами, которые вообще-то приличные быдланы обычно пишут на бампере, а не на теле, — характерный портрет героя. Ну это помимо стандартного абьюза и сталкеринга. Сыпаните в образ щедрой рукой прошлое профессионального жигало (омг…) и следственный изолятор в анамнезе. Так и ладно б он ещё сидел и проникся “романтикой зоны”! Но нет, он просто “подмазал” человека, чтобы ему накололи нужные криминальные символы. Пхах, ну цыган он и есть цыган, не хватает только гитары… ХОТЯ ПОДОЖДИТЕ. Гитара тоже на месте! В общем, чтец, жнец, жигало, художник, бизнесмен, криминальный авторитет и представитель бомонда, богат, хорош собой, татуирован, тоталитарен и сластолюбив. А ещё Макс Моронский, герой интеллектуальной эротики “Подари мне себя до боли”, замечательно шутит:

“Здешний холодильник никогда не имел в себе ничего, что было бы не готово к мгновенному употреблению! Там роллов на роту… то есть на две роты. На твою и мою РОТу.”

Надеюсь, вы слышите мои аплодисменты.

Ну а героиня… отдельного упоминания не заслуживает. Достаточно знать то, что когда она увидела ММА, её предало тело. И предавало потом до конца книги. На этом выстроен внутренний конфликт. Тут бы ещё добавить, что мозг героиню тоже регулярно предавал, и не только в отношении главного героя, но это непременное условие, даже жанровое клише современного любовного романа, так что тут вроде бы всё в порядке.

В общем, к финалу сомнений в том, что передо мной представитель сетературы обыкновенной, не осталось. Но повод похихикать нашёлся: в качестве эпиграфов к главам Аля Пачиновна решила использовать глубокие, проникновенные, чувственные стихи из песен Клавы Коки (тут должны быть ещё одни аплодисменты). Если вы, как и я, не поклонник творчества этой гениальной исполнительницы, я приведу четверостишье из её репертуара:

“Если нет никого, то придумай его.

Обними пустоту и поверь, как в мечту.

Если он оживёт, следом от ножевой -

То до боли в висках не отпускай...”

Нужно отдать должное — этот эпиграф действительно прекрасно характеризует книгу. Лёгкий горяченький романчик про мужика с ДУЛОМ и девочку-мамину-дочку (кстати, то, как часто он вспоминал маму главной героини, настораживало).

Возможно, если бы я снизила ожидания от книги и читала это как фаст-фуд между хорошей литературой, я бы не стала анализировать текст. Но тот самый кликбейт, с которого начался этот отзыв, задрал планку требований очень высоко, и потому финальные впечатления и фактический роман вызвали только недоумение. И да… разочарование.

Так что вряд ли я кому-то посоветую книгу и уж точно не буду к ней возвращаться, как самонадеянно заявил автор в послесловии. Прочитано — и ладно.