– Не сравнить с Силиконовой долиной, но уже что-то начинает получаться. Без Громова так и сидели бы на окладах, работая по восемь часов, а не головой.

Я откинулась в кресле и залюбовалась этим невероятным человеком. Сегодня он был одет в простую толстовку с капюшоном и джинсы, но все равно выглядел как профессор. Мне было поразительно спокойно рядом с ним.

В этом спокойствии и тишине мой желудок заурчал просто оглушительно. Эрик засмеялся и тут же встал из-за стола.

– Я уморил тебя разговорами. Пойдем поужинаем. – Он взглянул на часы. – Я всегда ужинаю в шесть.

– Вряд ли это удобно… – начала я смущаться.

– Удобно, – тут же пресек мои потуги удрать Берг. – Неудобно диван в шкаф совать, а ужинать за столом – вполне.

Я усмехнулась и не посмела сопротивляться более. Эрик привел меня в столовую и усадил за стол. Через десять минут принесли еду. Ровно в шесть. Мы ужинали напротив огромного окна с видом на реку и город. Я расслабилась еще больше, чувствуя, как еда еще сильнее располагает меня к Эрику. Меня никто никогда не кормил. Даже мама. Она не любила готовить, и мне пришлось научиться делать это самой и рано.

Берг, хоть и не сам загрилил лосося, но ему хотелось доверять. Прямо как тому парню из соседнего пентхауса три года назад.

Я отогнала сравнения с Климом, как назойливую муху.

Эрик продолжал рассказывать о своем проекте, и мне становилось все интереснее. Хотелось даже записывать, но я не решилась.

– Мы проработаем каждую ступень подробно. Не бойся, что упустишь сейчас важные нюансы.

Он как будто читал мои мысли.

После ужина меня окончательно размазало, и я решилась спросить:

– У вас есть отчество?

– Моего отца зовут Отто. – ответил Эрик. – Я отказался от русского отчества. Это ужасно звучит.

Я засмеялась, невольно произнося вслух:

– Оттович. Или Оттоевич?

– Замолчи, – пригрозил Эрик с улыбкой и бросил в меня салфеткой. – Ничего смешного.

– Конечно. Абсолютно ничего, – согласилась я, продолжая прыскать, пытаясь сдержаться.

– Нет у меня отчества и не будет. Просто Эрик Берг. Почему ты спросила?

Я успокоилась и честно призналась.

– Мне не очень комфортно. Вы мой руководитель, вы старше, и я привыкла к уважительному обращению. У вас нет отчества, а имя даже нельзя сократить. Выходит, я зову вас также, как друзья или родные.

– Бабушка зовет меня Эричек.

Я снова засмеялась и прижала ладони к щекам.

– А ты, между прочим, звала мудаком, – продолжал Берг – Я понимаю твое стремление держать дистанцию. Но полагаю, что наша встреча и приятные разговоры о планах и разработках – намного лучше обещают отсутствие харассмента с моей стороны, чем наличие отчества.

Я молчала. Он снова был очень прав. Это восхищало и немного злило. Не может же живой человек быть таким идеальным?

Слава богу, он хотя бы трахал Матильду вместе с Климом. Сейчас это даже успокаивало и приземляло образ Эрика Берга. Но я все равно грызла губы, переживая эту тему.

– Если хочешь спросить, Лер, просто сделай это, – подтолкнул меня Берг.

Я сделала глоток воды и выпалила:

– Их было много? Согласных?

Он приподнял бровь, и я закончила мысль:

– Тех, кто ложился животом на стол или вставал на колени.

– Достаточно, – ответил Эрик и уточнил. – Две трети от всего потока рекомендаций. Чтобы ты понимала, иногда весь мой день уходит на подобные собеседования. Мой мозг, Лера, способен генерировать идеи почти также легко, как слова. Кроме того, я регулярно получаю предложения по соучредительству и предпочитаю обсуждать проекты оффлайн, если это возможно. Я не в свободном доступе, но все же достаточно открыт для людей с деньгами и людей с идеями. Сам я очень редко кого-то выделяю. Чаще идеи и капиталы находят меня сами. Иногда такие идеи приходят в коротких юбках и с голодными глазами. Я был рад ошибиться на твой счет.

– Не могу разделить до конца вашу радость все-таки. Но спасибо.

– Пожалуйста. Пойдем в гостиную. Хочу показать тебе расчеты на аудиторию. Это как раз твоя первая часть курсовой.

– Конечно.

Мы переместились в главный зал и снова погрузились в проект Берга. Я не успела пролистать и половины папки, которую он мне дал, как Эрика отвлек звонок.

– Черт, – выругался он. – Я опаздываю. Черт, черт, черт, забыл совсем.

Впервые я услышала у Эрика легкий акцент. Его немного картавящая "эр" показалась ужасно сексуальной.

Я тут же вскочила с дивана и была готова оставить его. Но папка… Я только начала все изучать.

– Давайте я возьму документы с собой, все изучу дома.

– Исключено, – тут же отказал Берг и добавил: – У меня небольшой пунктик. Я не выношу такие материалы из дома. У меня даже на жестком диске нет всей информации. Легкая шиза. Не осуждай меня.

Он самокритично покрутил пальцем у виска.

– Не осуждаю, – тут же поспешила я успокоить профессора. – В следующий раз тогда.

Мы вместе посмотрели в окно. Было уже темно, и я не особенно радовалась перспективе трястись почти ночью в электричке.

– Я не подумал, что тебе домой долго добираться. Вот осел, – продолжал вместе со мной проникаться ситуацией Берг. – И отвезти уже не успею.

– Ничего. Я, наверное, такси возьму.

Мой стипендиальный бюджет трещал по швам от одной мысли о стоимости поездки. Но все же этот вариант нравился мне больше поздней электрички.

– Такси тоже так себе, – вдруг не согласился Эрик. – Оставайся здесь. Я не буду сегодня ночевать дома. Зачем тебе тащиться за МКАД?

– Нет, это совсем неудобно и странно, – стала я отказываться.

А Эрик продолжал накидывать преимущества его версии.

– Намного удобнее ночной электрички или такси. Завтра сразу пойдешь в универ.

Я мотала головой. Хотя он был прав и продолжал соблазнять.

– Успеешь изучить первый этап.

Эрик указал взглядом на папку. Это стало контрольным выстрелом.

– Да. Ладно. Я останусь.

– До чего же ты странная, Лера, – усмехнулся профессор. – Лучший аргумент для тебя – работа?

Я пожала плечами, отвечая:

– Да. Всегда.

– Невероятно.

Эрик усмехнулся и снова взглянул на часы.

– Совсем опоздал, – выдохнул он. – Доброй ночи. Не пугайся, завтра в семь принесут завтрак для тебя. Вернее, для меня, но ты поешь.

– Постараюсь не пугаться. Как мне покинуть квартиру?

– Просто вызови лифт.

– Понятно.

– И еще. На всякий случай мой мобильный. Не скучай.

Эрик протянул мне визитку, махнул рукой и умчался. Лифт увез его. Я осталась одна в доме.

Чтобы не вспоминать и (упаси бог) не ностальгировать в этой квартире по Климу, я скорее схватила папку, которую Эрик оставил на столе.

Как здорово, что проект Берга невероятно интересный. Я читала, пока не начала клевать носом, а потом перебралась в спальню и снова взяла с собой бумаги.

Выключилась в обнимку с исследованиями Берга, прямо посреди абзаца.

Клим

Эрик опаздывал. Обычно он не позволял себе такого. Я мог бы позвонить и все отменить, но не стал. Все равно планы по пизде, хоть с Бергом выпить и перекинуться парой слов. Я не постеснялся и отправил ему сообщение:

Ты опоздал.

Включив Xbox*, я достал пиво из холодильника, насыпал в бокал сушеных ништяков из тунца и перетащил все в игровую гостиную.

Мой руководитель явился через двадцать минут после назначенного времени встречи. Поразительная неспешность для его пунктуально-дотошного немецкого мозга.

– Здесь, – крикнул я, услышав приехавший лифт.

Берг жил на один этаж выше меня. И по жизни я тоже ходил под ним. Забавное совпадение.

– Ты один? – удивился Эрик, заходя в игровую.

– Один. А ты опоздал на гребаную вечность.

– Дела, – лаконично оправдал себя Берг и присел в кресло. – Где Матильда?

– Улетела в Сочи.

– За каким чертом?

– Очевидно за чертом с членом. И член этого черта интереснее, чем наши. Оба, – предположил я.

– Ревнуешь Матишу? – поинтересовался Эрик, приподняв бровь.

Я стоял у полки с играми, терзаясь муками выбора. Ни хрена не хотелось. Ни играть, ни трахаться, ни работать. Вроде бы я даже не расстроился, что потрахушки сорвались.

Берг сделал глоток из моей бутылки и повторил вопрос, который я проигнорировал:

– Тебя напрягает этот интересный член Матильды?

– Меня больше напрягает, что ты облизал мою бутылку.

Эрик хохотнул.

– Чистоплюй.

– Мы не насколько близки.

– Уверен?

Я повернулся к нему и уже не первый раз попросил:

– Эрик завязывай со своими пидорскими шуточками. Я не жил в раю для геев и не умею спокойно реагировать на такие подъебки.

– Ладно-ладно. Но мы трахаем Мати уже года четыре. Ты не брезговал моими жидкостями.

– Но я и не долблюсь с тобой в десны, мой толерантный друг.

Берг сделал еще глоток, поставил бутылку на столик и сложил руки на груди.

– Троллить тебя особое удовольствие, – признался он.

Я закатил глаза. У Эрика всегда были своеобразные развлечения, но я почти привык и к стебу, и к его ненавязчивому присутствию в моей жизни, квартире, постели. У меня не было брата, и с Алекс я никогда не был панибратски близок. А вот в Эрике Берге нашлось все то, чего мне не хватало для гармонии. И дело не только в сексе на троих. Мы круто работали вместе. Я поражался глубине его мысли и одновременно легкому, почти поверхностному, восприятию аудитории.

Он стал моим учителем и другом. Важнее в моей жизни была только семья. Может еще Лизи, но мы виделись преступно редко после ее свадьбы и рождения ребенка. Я не винил Громову. Жена президента каждый день кому-то что-то должна. Да и Андрей Михалыч не испытывал восторга от нашей дружбы.

В общем, бабы надоели, родные приезжали в Москву редко, поэтому Берг занял почти все мое пространство. Работа над проектом и бодрый секс с Матильдой. Иногда по выходным мы рубились на Xbox в Assassin's Creed или Call of Duty**.

Я сходил за новой бутылкой. Эрик бессовестно ржал, когда я с ней вернулся.

– Ассасина? – спросил я, хотя вроде уже и не хотелось.

– Чуть позже. Хотел тебе сказать завтра, но раз уж так случилось…

Берг не договорил и хлебнул еще пива, кинул в рот три куска сушеной рыбы.

– Я настроился на секс, – продолжил он, горестно вздохнув.

– Серьезно? – удивился я. – Последнее время тебе как будто в тягость было.

– Да, поднадоело. Я страдал ради здоровья собственной простаты.

Теперь пришла моя очередь смеяться.

– Ага, прям мучился, Эр.

– Ладно, шутки-шутками… Я хотел поговорить о Лере Тарасовой.

Смех застрял у меня в горле, я закашлялся, давясь воздухом.

– О ком?

– Валерия Тарасова. Четвертый курс рекламы и пиара.

– Я знаю, кто она. Почему мы должны ее обсуждать?

– Мне подсунули черновик ее курсовой, и я нашел даже сырую идею блестящей. Мы будем работать вместе. Она создаст нам рекламную технологию.

В каком-нибудь идиотском фильме бутылка, что я держал в руке, уже бы треснула. Так сильно ее сжал. Но в реальности, конечно, такой драмы не случилось. Поставив пиво на столик, я уставился на Эрика. С трудом пытался подобрать слова, но так и не нашел ничего нейтрального. Выдал то, что думал:

– Ты ебанулся, Берг?

– Нет, – ответил он со своим непрошибаемым немецким спокойствием. – Очень надеюсь, что ты тоже. Вам придется вместе…

– Нет, – прервал я бредовые планы Эрика. – Я не буду работать с Тарасовой.

– Тебе придется, Клим.

Эрик резал без ножа. Знал я этот его нордический тон. Когда он так говорил, значит нет смысла спорить и упираться. Лишь один раз мы так столкнулись лбами, и я не вышел из этого поединка победителем. Как ни крути, а Эрик главный инвестор и разработчик. Я лишь рассчитываю рентабельность.

Дав мне пол минуты, чтобы переварить новость, Берг продолжил тем же убийственно нейтральным тоном диктора из программы "Время".

– Я понимаю, что вы с Лерой влипли в неприятную историю.

– Я никуда не влипал. Это она…

– Все видели, Клим, что она сделала. И слышали. И даже снимали для тех, кто не был на вечеринке, – продолжал констатировать паршивые факты Эрик.

– Да, – признал я с ядом в голосе. – Даже моя мама видела тот ролик. Не говоря уж об отцах.

Губы Берга подозрительно кривились, но он не позволил себе усмешки.

– Скорее всего, в тот вечер Лера что-то слышала. Она искала тебя в подвале, где ты был с Мати.

– Чего ты сказал? – не сдержался я и повысил голос. – Она искала меня в подвале?

– Да.

– Кто, блять, ее туда отправил?

– Я.

Скотина-Берг развел руками.

– Какого хрена, Эрик? – выдохнул я настолько потрясенный, что даже орать не было сил.

– Она спросила – я ответил.

– И ты мне это только теперь говоришь?

– А что бы изменилось? Ты бы перестал психовать от одного упоминания ее имени? Побежал бы оправдываться и валяться в ногах?

– Нет, но… Она слышала. Скорее всего. Я говорил о ней с Мати. Фак!

Я запрокинул голову, пытаясь найти на потолке какие-то важные послания.

Похоже, Берг прав. Ничего это не меняет теперь. Но тогда…

Не уверен, что смог бы отпустить Валеру после первого секса. Если бы он состоялся.

Чего уж там… Я до сих пор не могу отпустить. Бесило одно воспоминание о ней. Бесило, когда видел ее и потом весь день думал. Бесило, что то самое видео набрало тонну просмотров. Бесило, что она так и не стала моей.

Оказывается, я так глупо прокололся. Чертова Матильда давила, и я говорил то, что заставит ее отъебаться хоть на время.

Какое-то время я просто сидел и пил пиво, глядя в выключенную плазму. Эрик занял мое место у полки с игрушками, выбирал и заодно читал мне лекцию.

– Пора отпустить эту историю, Клим. Вышло, конечно, неприятно, но намного лучше, чем могло.

– И как могло? – спросил я.

– Ты бы все равно ее бросил. Но она бы влюбилась сильнее и страдала больше. А так – быстро отодрался пластырь. Рывком. Три года прошло. Она, кстати, готова с тобой работать. Реагирует куда спокойнее.

Я встрепенулся.

– Ты спрашивал?

– Конечно. Я завишу от тебя точно также, как и от нее. Вы нужны мне оба и желательно без идиотских ссор, ругани и споров.

– Значит, она готова и не против? – продолжал уточнять я, не желая верить с первого раза.

Немного больно принимать правду о ее равнодушии.

Мне казалось, Лерка скучает и все еще чувствует что-то. Иногда она так смотрела… Конечно, мне бы хотелось, чтобы она страдала от собственного паршивого перфоманса на вечеринке Берга. Это была какая-то хромоногая надежда и злорадство одновременно.

Не самое светлое чувство.

Берг не удовлетворил мои низменные желания.

– Да, она не против и очень сомневается, что ты тоже согласишься. Меня, между прочим, тоже волнуют твои неожиданные эмоции. Я думал, ты легче примешь ее в команду.

Эрик обернулся и стал сверлить меня взглядом. Я было тоже стал играть в гляделки и даже прищурился, но почти сразу сдался и махнул рукой.

– Пофиг. Я не против. Раз ты говоришь, что она может создать хороший рекламный продукт – глупо капризничать.

– Хороший мальчик, – едко похвалил Эрик. – Наконец вынул мозги из задницы. Или где они у тебя ночевали?

Я игнорировал очередные издевательства, перешел к делу. Попросил:

– Скинь мне ее работу.

– Чуть позже. Она напишет главу через пару недель. Мы как раз сегодня обсуждали…

– Сегодня? – переспросил я. – То есть ты начал ее окучивать, не дождавшись моего согласия?

Эрик провел рукой по лицу, словно умылся святой водой после моей ереси.

– Иногда мне кажется, ты до сих пор первоклассник, Клим. Мне некогда работать твоим личным психологом. Я и так потерял много времени, уговаривая Леру. Сегодня мы впервые нормально говорили о деле, я ввел ее в общий курс, нарисовал основные принципы.

– Ты с ней задержался?

– Да.

– Вы общались здесь, в "Рэдиссон"? – продолжал я допрос.

– Да, – просто ответил Эрик.

Я допил пиво одним глотком и вместе с ним проглотил ругательства, досаду и нелепое возбуждение, которое вскипятило кровь за мгновение.

Валера была здесь, в "Рэдиссон". Я заерзал и едва сдержался, чтобы не бежать за ней в сторону метро. Идиотское желание, которое я с трудом, но контролировал. Мне все еще хотелось бежать за ней на край света, без штанов и без мозгов.

Три факаных года, а я все еще уговариваю зад остаться в кресле.

Что за зараза эта Тарасова!

И как я буду с ней делать что-то полезное? Единственной пользой было б отшлепать ее за тот фокус, а потом трахать, пока она не попросит пощады.

Я вздохнул. Бежать за Леркой передумал, но начал соображать в другую сторону.

– Уже темно, – проговорил я, глядя в окно.

– Осень в России – всегда так, – продолжал издеваться Берг.

– Лера поехала на метро до вокзала?

Эрик огрызнулся:

– Разумеется, нет. Я отправил ее на такси.

– Аминь, – тоже не без ехидства благословил я. – Ты умный Берг. Знаешь?

– Догадывался. Спасибо, что просветил.

– Обращайся.

Он бросил в меня Фоллаутом. Я скорчил морду, но не стал спорить.

Замочить сотню-другую зомби в пустоши – намного лучше, чем снова думать о Тарасовой. Завтра я придумаю, как общаться с ней без нервов и эмоций. Сегодня: приставка, монстры, пиво и спать в одежде прямо на диване.

Удивительно, но на этот раз первым отрубился Эрик. Едва полночь пробило, и мы только разошлись. Я пошел за пивом, а вернувшись нашел друга в отключке на диване.

Бросив на Брега плед, я пошел к себе. Как ни пытался отключиться, но все равно опять думал о Валере. Ее присутствие в "Рэдиссон" будоражило. Дважды мы были так близки здесь. Сколько ночей мы могли бы провести вместе…

В голове шумело. Мозги были готовы отключиться. Но я поперся в душ и подрочил, фантазируя о Лерке, вспоминая ее поцелуи, запах, приглушенные стоны оргазма и алые щеки.

Засыпая, я понял, что вообще не переживаю за сорвавшийся секс втроем.

* Xbox – домашняя игровая приставка, разработанная и выпущенная американской компанией Microsoft

** Assassin's Creed или Call of Duty – серии компьютерных игр, рассчитаны на несколько пользователей