Глава 08

Машина такси тихо остановилась и заглушила двигатель в паре метров от моего подъезда.

– Девушка, будете выходить? – пожилой водитель тихонько толкнул меня пальцем в плечо, и я резко отстранилась от окна пассажирской двери, к которому я прислонилась в надежде немного остудить голову и мысли.

– Простите, – я дернулась и неловко протянула ему деньги за поездку, зажатые в кулаке. Опять мои, а не Романа. Уже второй раз не могу себя перебороть и воспользоваться своим «пошлым» заработком.

Поправив на груди вырез плаща, я аккуратно выбралась из машины и гордо расправила плечи. Просто я, просто приехала домой на такси.

Хотя…

Блядь.

Шалава.

Проститутка.

Именно это должна была бы я услышать в след после возвращения от Романа, проходя мимо бабушек, мирно сидящих сейчас на лавочке возле подъезда и улыбающихся мне. Но они молчали, так что я сама перечислила этот нехитрый список себе под нос.

Каблучки звонко процокали по полуразвалившимся ступенькам на третий этаж, и в полумраке лестничной клетки под скудным освещением тускло мигающей лампочки-сороковки, я уперлась в того, кого меньше всего хотелось бы сейчас увидеть.

– Привет, – у двери квартиры меня встретил Борис, привалившийся к облупившей стене. Усталый, с расстегнутой на груди дизайнерской рубашкой и без галстука. Он тут как что-то инородное с этой своей стильностью и идеальной мужской красотой. Ну, простите, это не наша квартира в новостройке, которую Борис купил три года назад, где консьерж и уборщица ежедневно следят за порядком.

– Привет, – роняю я тихо.

Встретить мужа на пороге квартиры в плаще на голое тело – тот еще экстрим. И это не упоминая того, что всего какой-то час назад меня имел незнакомый мужчина за деньги.

Несмотря на довольно теплую погоду, по коже пробежал холодок:

– Ты что-то хотел?

– Поговорить. Пустишь? – его глаза цепляются за вырез плаща, в котором не видно края блузки, за высокую шпильку и припухшие губы.

– Проходи, – веду плечами и отворачиваюсь к двери. Все это уже давно не его дело.

Внутренний дискомфорт заставляет скорее открыть квартиру и проскользнуть внутрь, мне срочно нужно одеться, чтобы разговаривать с Борисом на равных. В полуголом виде даже глаза поднять на него не получается.

– Мне нужно пару минут, – устало бросаю ключи на комод и сбрасываю туфли. – Сделай кофе, если не сложно.

Вижу, что Борис как обычно окидывает мою квартиру пренебрежительным взглядом и поджимает губы. Для его тонкого вкуса, привыкшего ко всему, что выше среднего, это место – почти пощечина. И как только не надоело еще таскаться сюда.

В ванной быстро натягиваю на себя белье, джинсы и майку. Облегченно выдыхаю, потому что в одежде чувствую себя нормальным человеком. Очень хочется еще сходить в душ, но я не решаюсь. Надо выпроводить нежданного гостя.

Но сначала нужно наконец расставить все точки над и в наших с Борисом отношениях и чувствую, сейчас будет не самый простой разговор. Хватит ему ко мне ходить, я больше не глупышка, которой можно безнаказанно помыкать.

Опираюсь ладонями на раковину. Из зеркала на меня смотрит женщина, у которой стопроцентно недавно был секс. Глаза блестят, губы опухли. Провожу по ним подушечками пальцев, и горячее дыхание и стоны Романа сразу обрушиваются на меня. Его черные глаза в паре миллиметров от моих и член во мне, такой твердый, наполняющий до отказа.

Отмахиваюсь от этого морока и быстро умываю лицо от косметики. Прохладная вода немного отрезвляет, и я уже более собранной выхожу из ванной.

На кухне меня встречает чашка горячего дымящегося кофе и Борис. Он выглядит встревоженным и неотрывно изучает меня.

– О чем ты хотел поговорить? – присаживаюсь напротив него и стягиваю волосы в хвост.

– О нас, – тихо выдает он.

– Нас больше нет, Борь. Есть я и есть вы со Светой, – сама не верю, насколько отстраненно получается ему отвечать. Похоже, Романотерапия работает.

– Ань, я все еще люблю тебя,– Борис протягивает руки и накрывает мои, от чего я дергаюсь и сцепляю ладони на коленях.

– Прекрати, – слова летят сквозь зубы, – сколько можно, Борис? Я видела вас со Светой, как вы целовались. Ты ее любишь.

Его взгляд тухнет и задерживается на чашке кофе:

– Но и тебя все еще люблю, – продолжает он упрямо. – Где ты была, малышка? Я сорок минут тебя прождал.

– У меня есть любовник, Борис. Я была у него, – ровный голос даже не дрогнул, это уже хоть какой-то успех. – Запасной аэродром по имени «Анна» официально закрыт.

– Ты врешь, – Борис стискивает зубы.

– Почему, Борис? Я не имею права на свою жизнь? – выдыхаю обреченно и постукиваю пальцами по столу.

– У тебя не будет никакой своей жизни, – Борис ударяет ладонью по столу, – и ты все врешь, нет у тебя никого. Я же вижу, как ты на меня смотришь Аня. Так же, как и раньше. Ты меня любишь, – его уверенный тон и слова припечатывают меня к стулу и вышибают всю уверенность.

Борис поднимается со стула и усаживает меня на кухонный стол. Его руки давят на мои плечи, прокатываются по груди и ложатся на талию. Так по-хозяйски, что сил возразить нет.

– Ну вот, ты же вся дрожишь, – он ведет носом по моей голой шее и жжет кожу своим дыханием.

– Я спала с другим, Борис, только что, – мои слова повисают между нами, и я толкаю мужа в грудь, – и буду спать с ним дальше.

Вру, с Романом я больше не увижусь. Но соврать в такой ситуации, не грех.

– Кто это? – ладони мужа спускаются на стол и смыкаются в кулаки по обе стороны от моего тела. – Антон?

– Нет, и тебя это не касается. Мы разводимся, Борис. Просто оставь меня в покое.

Во мне теплится слабая надежда, что всему конец. Я больше не принадлежу ему. Когда-то именно муж сделал меня женщиной и был единственным мужчиной, который когда-либо прикасался ко мне. Но теперь все.

– Не дождешься, – он отталкивается от стола и направляется к двери, – чтобы завтра была на работе. Там поговорим.

Закатываю глаза к потолку. Так просто, как я думала, не будет.

Минута, и Борис зло хлопает дверью, оставляя меня в одиночестве. А я слабо улыбаюсь сама себе. Каждый такой «разговор» с ним заканчивался сексом и одинокой рефлексией после его ухода. Но только не сегодня.

«Ты как? Все прошло хорошо?» – разглядываю Катино смс, все еще восседая на столе, и вдумываюсь в смысл написанного.

Прошло ли все хорошо?

С точки зрения того, что я поработала разик проституткой, думаю, справилась я на отлично. А вот как я себя после этого чувствую, вопрос другой.

Меня не грызет совесть и не мучают сомнения. Все гораздо хуже. Я хочу еще. Этого мужчину, этот крышносный секс с ним. Хотя совесть и сомнения наверняка накроют с утра, когда эмоции отпустят, но сейчас я все еще в том моменте.

«Все прошло хорошо, давай поговорим завтра».

Оставляю телефон на столе в кухне и забираюсь под душ в ванной.

Вода постепенно смывает с меня запах Романа, его вкус и прикосновения. Провожу ладонью у себя между ног и сладко вздыхаю.

И почему так мало?

Все такое чувствительное внизу и требует продолжения. С Борисом так не было. Хотя может, дело в том, что с мужем мы были вместе продолжительное время и ощущения притупились?

А Роман – это мужчина, который достался мне случайно и на один раз. Интересно, если бы он встретил меня где-нибудь на улице и я была обычной девушкой, он бы обратил на меня внимание? Хотя судя по его квартире и уровню доходов, вряд ли мы могли бы где-то пересечься. Такие мужчины обитают в совсем других местах. Они не гуляют по общественным паркам, не сидят в уличных кафешках и не ходят в кино.

У них свой мир с элитными клубами, спортивными автомобилями, дорогими женщинами и возможностями, которые мне сложно себе представить.

Мы с Борисом не бедствовали, конечно, его небольшая студия дизайна пользовалась успехом, и мы смогли позволить себе и квартиру, и хорошую машину, но это и близко не соразмерно доходам Романа.

А сейчас у меня вообще откат на пять лет назад. Мамина старенькая двушка, метро и скромные сбережения, которые у меня все же хватило ума откладывать на черный день.

После развода я получу часть имущества по брачному договору, но это будет совсем небольшая сумма. Борис оказался намного умнее влюбленной в него дурочки. Я считала, что наши чувства навсегда, и подписала то, что адвокат мне подсунул, даже не удосужившись почитать. Думала, любимый не обманет, зачем это ему.

Ну а теперь за свою глупость и доверчивость расплачусь сполна.

Я все же выпила остывший кофе и забралась в холодную кровать. Спать не хотелось, мысли, словно пчелы в консервной банке, гудели, не давая сомкнуть глаз.

Надо как-то придумать, как уйти из студии без скандала и записи в трудовой. Отрабатывать двухлетний контракт я точно не смогу. Смотреть, как Борис строит новую семью и растит ребенка, будет невыносимо. Чувства к нему никуда не деваются. Я гашу их, запихиваю в самый темный угол, даже пытаюсь вытравить с помощью другого мужчины. Но пока никак. Борис все равно видит, что не безразличен мне и, похоже, будет использовать это до последнего.

Становиться любовницей бывшего мужа жалко, такого я точно не достойна, так что нужно будет что-то поскорее придумать.

Черт, но как же Роман был хорош. Рука непроизвольно накрывает грудь и сжимает сосок.

И почему он не захотел продолжить?

Глава 09

Утром чувство вины меня так и не накрыло. Тело приятно ломило, и настроение было отличным, несмотря на поздний визит Бориса.

На работу я надела по этому поводу красное офисное платье-чехол с шикарным декольте и белый пиджак. Волосы затянула в высокий хвост и сделала свой обычный нюдовый макияж более ярким.

Восхищенные взгляды мужчин я начала ловить еще по дороге на работу, продолжила, поднимаясь в лифте с айтишниками с этажа выше, и уже в офисе коллеги тоже отметили, что сегодня я выгляжу потрясающе.

Однако Света не поддержала общую волну восхищения и ворвалась следом за мной в мой кабинет.

– Света, ты забыла, где твое рабочее место? – я повесила пиджак на вешалку и села за рабочий стол.

– Я знаю, что Борис был вчера у тебя, не отрицай! – с ненавистью выплюнула она мне в лицо. Маленькое белое личико пошло пятнами от злости.

– Не ты, а вы, – спокойно поправила я ее, – и да, приезжал, – сложила руки под подбородком и улыбнулась. – Мы, кстати, до сих пор муж и жена.

Нравится мне ее бесить, и строить из себя жертву я точно не буду.

– Дрянь! – Света зло топнула ногой. – Он мой мужчина, не смей с ним спать!

– Что? Не нравится быть на моем месте? – я откинулась на кресле.

Я так давно ненавидела ее, что в какой-то момент перегорела. И сейчас, пожалуй, чувствую только жалость.

Не повезло девочке: забралась в кровать к чужому мужу, забеременела, увела его из семьи. Столько сил и времени потратила. А он продолжает думать о бывшей жене. Желанного счастья на чужом несчастье так у бедняжки и не случилось.

– Я же беременна, ты должна уволиться и оставить нас в покое, – она обнимает свой живот и продолжает прожигать меня ненавистью.

– Борис отказывается меня увольнять, – отвечаю, спокойно следя за разворачивающимся перед моими глазами спектаклем. Света всегда была склонна к эффектам, скоро и слезы подкатят.

– Врешь, – она оседает на стул. Ну вот и слезы пошли. Защитная поза с обниманием живота, я так понимаю, должна меня урезонить и заставить исчезнуть из их жизни мгновенно.

– Вот держи, – достаю из стола бланк пустого заявления и заполняю его, – мне нужна чистая трудовая и лучшие рекомендации. Передай на подпись. Надеюсь, формулировка «по соглашению сторон» удовлетворит всех.

– Не сомневайся, – Света прытко подрывается из кресла и хватает бумагу у меня из рук. Слезы, кстати, высохли мгновенно.

– Удачи, – шепчу себе под нос, когда в проеме двери мелькает ее спина и белокурые волосы.

Беременная любовница почти бывшего мужа. Ну вот что мне надо было сделать? Сесть с ней рядом и утешать? Или может, гордо уволиться со статьей, которую Борис от злости точно мне впаяет?

Патовая ситуация, заложницей которой я оказалась. И вроде как самое время себя пожалеть, а жалостью я почему-то чувствую с Свете. Я-то выберусь в любом случае, придумаю как. А вот она теперь с Борисом связана ребенком и сейчас я, наконец, четко осознаю, что он за человек – расчетливый, беспринципный, ведомый своими желаниями. Борис готов мучить двух влюбленных женщин и держать их рядом с собой, манипулировать, потому что ему так хочется. И как я раньше не разглядела? Правду говорят, любовь слепа, а еще она зла.

Кто знает, сколько этих Свет вообще за пять лет нашей с ним совместной жизни было, частые командировки, поездки за границу, в которых я редко его сопровождала. Кто-то всегда должен был быть здесь для порядка. Света, скорее всего, единственная любовница, которая забеременела. Слишком уж легко он говорил все время о своей измене и вообще не чувствовал своей вины.

Было бы это впервые, должно бы было быть по-другому.

«Поехали к маме,» —прислала очередное сообщение Катя.

«Давай, буду ждать рядом с офисом в пять».

Съездить за город, чтобы отвлечься, отличная идея. Заодно и с Катей переговорю по поводу вчерашней встречи с Романом.

Стоит только вспомнить его, и по телу разливается горячая волна.

Стоп, Аня. Это был клиент. Он видел в тебе женщину легкого поведения. Даже не думай воспринимать Романа как мужчину, о котором можно мечтать. Он уже забыл, как тебя зовут и как ты выглядишь.

Уже сегодня, скорее всего, в его постели будет новая девочка, которая будет стонать в его умелых руках.

Чертов Роман, убирайся из моей головы. Там и Бориса хватает с лихвой.

Это же надо было так усложнить себе жизнь. Больше мне затея с терапевтическим сексом хорошей не казалась. Слишком Роман меня зацепил.

Настроение было в который раз испорчено перепалкой со Светой, и я с головой погрузилась в работу, эскизы, заказы, переговоры с клиентами. Телефон, спасибо ему за это, не умолкал в течение дня, и даже на обед вырваться не удалось. Хорошо, у меня есть участливая Лида, которая заказала еду в офис.

Борис так и не появился и никак себя не обозначил после моего разговора со Светой, хотя я опасалась очередного скандала.

К концу дня он вообще укатил вместе с ней «по делам», о чем мне не забыла сообщить Лида. От этой новости я немного воспряла духом и засобиралась на встречу с Катей.

– Я тебя уже заждалась, – Катя отклеилась от бока своего красного «БМВ» и поцеловала меня в щеку. – Отлично выглядишь, тебе идет хороший секс.

Я мгновенно вспыхнула, и ряд картинок пронесся перед глазами.

– Да все, все, – Катя прижала меня к себе и расхохоталась в шею, – больше ничего не говорю. Ты так покраснела, что стала почти одного цвета с платьем.

– С тебя сегодня вино и шашлык, – я отпихнула все еще смеющуюся подругу и хлопнула за собой пассажирской дверью.

– Аня, у меня доводчики стоят, – поморщилась Катя и пристегнулась на водительском сиденье.

– Как мама?

– Хорошо, – Катя пожала плечами и тепло мне улыбнулась, – скучает по тебе и жалуется, что редко приезжаешь.

– Да, надо почаще, – я грустно улыбнулась.

Катина мама в каком-то смысле заменила мне мою, когда та умерла восемь лет назад. Мне было сложно пережить потерю, а Инесса Владимировна с ее заботой и терпеливым отношением очень благотворно на меня влияла.

Отца в моей жизни никогда не было, так что Инесса с Катей стали моей семьей.

Катя купила для матери небольшой дом в коттеджном поселке два года назад, и с тех пор мы регулярно наведываемся туда, чтобы развеяться от шума города.

О том, каким местом Катя заработала на этот участок и дом, я стараюсь не думать. Хотя после того, как вчера на разок стала такой, как она, мне ли ее судить в принципе?

Каждый крутится, как может. Да, Катя выбрала самую кривую дорожку, но это ее жизнь, и кто я такая, чтобы читать ей нотации.

– Девочки, – Инесса вышла нас встречать в шелковой шали и цветастом платье, – как я рада вас видеть. – Каждая из нас получила объятья поцелуй в обе щеки. – А я сварила борщ.

– Класс! Мама, ты лучше всех, – Катя рассмеялась и потащила сумки с продуктами в дом.

– Ты как? – Инесса обняла меня за плечи и внимательно заглянула в глаза.

– Лучше, – я переступила с ноги на ногу, – наконец, поняла, кто такой Борис, и пяти лет не прошло.

– Боря этот твой козел и дурак, – Инесса нетерпеливо подхватила меня под руку и потащила в дом. Слышать такие уничижительные слова от учителя русского языка немного забавно и непривычно. Обычно она никогда не выражается.

– Упустил тебя, и поверь, будет еще локти себе кусать.

– Он уже кусает, – я устало села на стул на кухне, – не отпускает от себя, уволиться не дает и жить нормально тоже.

– Вот сволочь, – маленькая женщина уперла руки в боки, – знала я, что все его сладкие речи пустое. Не может мужик быть таким идеальным.

– Вы правы, – я невольно улыбнулась, – я тоже когда-то считала его идеальным и вот, что вышло.

– Не раскисай, ты сильная и умная. И главное не поддаваться, я-то знаю, как сладко мужчины умеют петь. У меня у самой так Катя появилась, – она хохотнула, – но я не жалею. Смотри, какая девочка выросла.

– Согласна, все к лучшему. Давайте я салат нарежу, – чтобы занять руки и отвлечься от неприятного разговора, я занялась огурцами и помидорами.

Инесса накрыла стол в небольшой беседке за домом, Катя пожарила шашлык в электрошашлычнице, а я гордо поставила на стол большую тарелку салата.

– Пьем вино и остаемся на ночь, – Катя разлила алкоголь по бокалам. – Завтра утром я отвезу тебя домой переодеться перед работой.

– Хорошо, – я расслабленно закинула ноги на маленькую табуретку рядом со столом и укрылась пледом.

Вечер обещал быть теплым, так что уезжать совсем не хотелось.

– Ань, расскажи, может, у Кати кто-нибудь появился? – Инесса с надеждой обратилась ко мне, попивая прохладное белое вино. – У меня не получается вытащить из нее ни слова.

– У меня тоже, – я только беспомощно пожала плечами. Что происходит в Катиной личной жизни, для меня тайна за семью печатями.

Я не уверена, что с ее работой у Кати она вообще есть.