Открыла глаза и резко села в постели. Потянулась к телефону, на часах было два ночи третьего января. Палец сам собой нажал вызов последнего пропущенного. Рогозин ответил мгновенно.
– Ты где? – требовательно спросил он.
– А ты не знаешь? – я звучала безжизненно.
– Знаю, – ответил он и замолчал на какое-то время. Я не представляла, что ему говорить, и о чем спрашивать. Просто ждала. – Когда ты приедешь, Юль?
Дима задал этот вопрос с такой интонацией, будто от моего ответа зависела его жизнь. Столько нужды, столько надежды было в его голосе, что на глаза навернулись слезы