Кажется, что-то в конечном итоге порвалось. Ткань ночнушки на моих запястьях так точно. На пике моего блаженства раздался характерный звук, который даже стоны не перекрыли. Столь сильного оргазма я не получала ни разу за свою очень скромною и спокойную жизнь. И, черт возьми, как же я была этому рада! Мне хотелось, чтобы так было только с Максимом. Вся я, и лишь для него. Я только потянулась к нему уже освободившимися руками, как он снова прижал меня к постели, с тревогой рассматривая мои покрасневшие запястья.
– Ира! – укоризненно произнес он и взглянул на меня как на провинившуюся школьницу. Густо покраснев, я попыталась спрятать лицо в подушках. И вовсе не за порванную ночнушку мне было неловко. Максим сначала зацеловал места будущих синяков на моих руках, а потом выбросил все подушки за борт и нашел мои губы.
– И что мы бабушке скажем? – спросил он спустя мгновение. – Ты должна была лежать смирно.
– Издеваешься?! Какое тут смирно?