И я уж точно побила все собственные сексуальные рекорды. Девять оргазмов. Секс в душе. Секс в ванной. Секс на барной стойке. Секс на шкурке у камина. Экстремальный секс на балконе. И много-много орального секса.
Она была одета с иголочки, корча из себя аристократку. Она не знала, что я хранила фотку из далеких девяностых, где она стояла у дерева с кудрявыми волосами и в ужасных бесформенных джинсах с высокой посадкой. Тогда она была просто Лизи, а сейчас только Элизабет. И это звучало, как диагноз.
Это опасно. Я понимала, что играла с огнем. Знала, что нужно немедленно прекратить это и прогнать его. Можно было и дальше продолжать обманывать себя и убеждать, что у меня просто шок. Но Эрик-то ни в чем не повинен. Я давала ему ложные знаки. Он ненормальный и слишком напористый, но не дурак. Мы не сможем быть вместе. Слишком разные.
“Пофигин”, казалось, действовал совсем не в том направлении. Не спорю, он приглушал чувства, да. Совесть, здравомыслие и самосохранение крепко дрыхли на задворках моего сознания.
ника можно убить таким образом. Наши каменные сердца магически подпитывают тело и быстро восстанавливают его, – беззаботно ответил Гвоздь, продолжая сидеть на мне.
Я вспомнила, зачем он делает это. Я вела себя жестоко и неадекватно. Даже мои мысли были переполнены ненавистью.
– Ну вот, – вздохнул Гвоздь, когда мой подбородок задрожал. – Ничего, Дел. Ты многое пережила.