Граф Марвин Валадэр спал. Нализавшись по обыкновению до бровей, его светлость мирно посапывал в плену старого теплого пледа, милостиво позволив брату взвалить на себя проблемы большие и малые и полностью погрузиться в контроль над Цаплиным Холмом. Лорд Морган же наоборот походил на стальной прут, волею высших сил обращенный в человека: холодные глаза вгрызались в доставленный Ыбы документ, брови грозно сдвинулись, тонкие губы сжались в узкую ленту. Внезапно оживший взгляд обежал присутствующих, задержался на старом норне, меланхолично ковыряющем под ногтями подобранным с письменного стола гусиным пером, и вновь вернулся к бумагам.

– Тяжелые времена. – Пробормотал управляющий замком, вставая с жесткого дубового стула. Подойдя к камину, он бросил письмо в огонь и несколько секунд наблюдал за пожирающем добычу пламенем.

– Тяжелые времена. – Повторил он, возвращаясь к рабочему месту. – А тяжелые времена требуют тяжелых решений… Прежде всего, Ирвин, мальчик мой, ты обеспечил приватность?

– Так точно, милорд. – Отрапортовал рыцарь, непроизвольно вытягиваясь. – С обоих концов коридора стоят по солдату с приказом не пускать ни одну живую душу.

– И Касиан ни разу не пытался прошмыгнуть?

– Пытался, – осклабился капитан стражи, – но я пригрозил ему отстранением от тренировок с мечом.

– Славно. Неокрепшему юноше не стоит сталкиваться с ужасами войны… По моему скромному мнению, с ними не стоит связываться вообще никому, – продолжил лорд Морган, игнорируя недовольное хмыкание северянина, – но война сама стучится в дверь… Я – не полководец. Моя стихия – экономика, если всем вам знакомо это слово. А потому спрошу прямо: какие у нас шансы?

– Милорд, – деликатно кашлянул волшебник Дион, – быть может сначала вы изложите, что было в сообщении от лорда Ригера?

– Как пожелаете, посвященный. – Произнес Морган. – Герцог любезно сообщил, что к нашей крепости движется орда вудвосов. Не менее тысячи по донесению разведчиков. Возможно больше. В помощь нам отправлен отряд опытных воинов. Основные силы сюзерена в настоящий момент отправлены к Серебряному Холму, где намечается всем вам известное противостояние, а значит они никак не успеют добраться раньше последних дней весны.

– То есть никогда. – Пробормотал сир Ирвин, хмурясь.

– То есть никогда. – Подтвердил управляющий. – Даже пошли он гонца…

– В этом нет смысла, ваша светлость. – Вздохнул капитан стражи, неосознанно разводя руками. – Пещерные люди не станут держать осаду, как это сделали бы мы. Если за пару суток не ворвутся внутрь, то разойдутся по своим делам.

– Если насадить на кол голова их вожак, то разойдутся раньше. – Уверенно заявил Эгиль. Послюнявив перо, он принялся ковыряться в правом ухе, абсолютно не переживая о порче письменного инструмента. Казалось, подготовка к битве для здоровяка-наемника – часть унылых серых будней, а не серьезное испытание, требующее полной концентрации и грамотной подготовки.

– Это невозможно, любезный. – Подал голос Кот, пристроившийся в дальнем углу комнаты и слившийся с обстановкой до такой степени, что прочие участники совещания невольно дернулись, услышав его мягкую речь. – Даже отправь мы небольшой отряд, способный тайно проникнуть в лагерь, как опознать вождя, если он вообще существует? И кто отважиться на самоубийственную вылазку? Смею заверить, вудвосы всенепременно линчуют храбрецов…

– Склизские улитки… – Начал было норн, но лорд Морган с силой саданул кулаком по столу.

– Хватит! – Рявкнул он, прерывая зарождающийся спор.

Спящий граф нервно дернулся, неразборчиво забормотал и, перевернувшись на бок, довольно захрапел, а военный совет вернулся в прежнее русло.

– Вернемся к завтрашней осаде. Ирвин, на что мы можем рассчитывать?

– Не на многое. – Виновато вздохнул рыцарь, словно скудное финансирование было его личной ошибкой. – Три десятка северян, полсотни обученных местных, плюс люди герцога.

– Сотня с небольшим. – Подытожил управляющий замком. – Можно ли вооружить чернь?

– Сеньор, – грустно улыбнулся Кот, – мы непременно так и сделаем. Но пускать мирян в первую линию обороны – весьма сомнительная затея. Не умеющий пользоваться мечом на узкой стене создаст больше проблем, чем пользы. Крестьяне составят основу резерва.

– Посвященный, – хмурясь обратился к волшебнику лорд Морган, – что скажете вы?

– Ваша светлость, – забормотал Дион, – честно говоря, я не имею ни малейшего понятия, стоит ли выдавать землепашцам оружие…

– Магия, посвященный. – Подсказал сир Ирвин, зная привычку колдуна бесконечно нести околесицу. – Можно ли улучшить ситуацию с помощью магии?

– Конечно, конечно… Магия позволяет неподвластное ничему другому. Например, Товальд Невысокий триста лет назад сумел…

– Ближе к теме, посвященный. – Закрыв глаза ладонями, перебил управляющий. Дрожа всем телом, он очевидно давил раздражение, вызванное нерадивым советником, но даже его железной выдержки не хватало полностью унять ищущий выход гнев. Окажись здесь Стальной Бык, и на несчастного чародея обрушился бы настоящий шквал ругани и криков, но к счастью для последнего, собравшимся на совет хватало мозгов не давить на седого старика, спутывая мысли последнего еще сильнее.

– При определенных условиях, я могу создать ловушку у ворот и атаковать нелюдей под стенами. – Резюмировал наконец волшебник, и лорд Морган истерично захохотал.

– Дион, скажи честно, ты получаешь золотой за каждое невысказанное слово? – Поинтересовался мужчина, справившись наконец с собой.

– Что вы имеете ввиду?

– Перечисли условия, нужные для твоей проклятой ловушки. Все и сразу.

– Кровь. – Потупил взгляд волшебник. – Много крови. Лучше человеческой, но в крайнем случае подойдет любая другая.

– В тюрьме заперт узник… – Выдавил сквозь сжатые губы Ирвин, понимая, что подписывает кому-то смертельный приговор. Кидать преступника на жертвенный алтарь в угоду предстоящей битве казалось верхом циничность, но альтернативы представлялись еще хуже. Жизнь одного, не самого добропорядочного оборванца в обмен на жизни десятков солдат и сотен обывателей. Хороший выбор, зайди речь о торговля картошкой, крест до конца дней на совести и чести… Тяжелые времена требуют тяжелых решений.

– Приговор вынесен? – Спросил лорд Морган. Медленно протянув руку к основательно осушенной храпящим лордом бутылке, он излишне резким движением наполнил бокал и, вертя его в тонких пальцах, уставился на подчиненного.

– Никак нет.

– Каков его грех? Или это тот самый?

– Он. – Кивнул рыцарь. – Изнасилование и, если не ошибаюсь, что-то мелкое вдогонку. Перевернув вверх дном его хижину, стражники нашли свидетельства воровства. Или не воровства… Не помню, если честно, но в изнасиловании он сознался.

– Что ж… – Вылакав вино в один могучий глоток, управляющий скривился. – Пусть послужат нашей победе. Никто не прольет о нем слез.

– Его мать…

– Ей надо было думать до того! – Рявкнул лорд, с силой опуская кулак на столешницу. – Никто не заставлял брать девок силой! Пусть отвечает за поступки! Нам нужна кровь, и у нас есть преступник. Пары литров должно хватить, правильно я понимаю, посвященный? Можете не отвечать, просто кивните, если я прав, и мы вернемся к основному вопросу.

– Все верно, ваша светлость. – Подтвердил Дион, энергично мотая головой.

– Замечательно. Ирвин, что скажешь по плану обороны?

– Начали оповещать крестьян, завтра к полудню загоним всех в крепость. – Отчитался капитан. – Детей оставим на первом этаже, взрослых во внутреннем дворе. Патрули усилены вдвое, остальная солдатня отсыпаются и завтра будет готова к бою. За пьянство, мародерство в покинутых домах и прочее обещано рубить голову. Народ, конечно, бухтит, но куда он денется-то?

– Что с охраной графа и наследников?

– Думаю, оставим сира Фергуса и еще одного-двух человек. Хромулю и Карла. Того пухлого, а не лукаря.

Забарабанив пальцами по столу, управляющий уставился в серый потолок, закинув голову назад.

– Мало. – Резюмировал он после короткого раздумия. – Что если десяток вудвосов прорвется наверх? Я не готов рисковать династией.

– Сеньор, вы не правы. – Вновь влез в разговор Кот. – Нет необходимости оставлять хороших солдат в тылу. Они будут нужны лишь для успокоения его светлости, но сломай лесовики линию обороны, и все усилия станут тщетны. Увы и ах.

– И тем не менее, я не хочу рисковать. – Отрезал лорд Морган. – Нас будут охранять все три рыцаря.

– А кто будет командовать обороной? – Воскликнул Ирвин, но нарвавшись на ледяной взгляд, замолк.

– Я не закончил. – Невозмутимо продолжил брат графа. – Помимо вас личная стража включит пару солдат сюзерена, а также двух норнов, одним из которых я хочу видеть Эгиля. Возражения заранее отклоняются, считайте это прямым приказом.

– Крэйково отродье. – Прорычал наемник. Смачно харкнув под ноги, он затопал к двери и, не дожидаясь конца собрания, покинул помещение, бормоча что-то на своем варварском наречии.

– Боюсь, наш косматый друг весьма опечален подобным решением. – Вздохнул эгериец. Переглянувшись с Ирвином, он пожал плечами и картинно закатил глаза, то ли выказывая отношение к подобным нарушениям дисциплины, то ли реагируя на внезапный каприз начальства. – Полагаю, он надеялся первым встретить неприятеля.

– Меня не волнуют его надежды. – Парировал лорд, поднимаясь со стула. – Каждый из вас присягнул Марвину и будет повиноваться, либо болтаться на виселице. Вопросы?

– Да, господин. – Тихо произнес Ирвин. – Кто будет руководить сражением, если рыцари останутся охранять вас?

– Тысячник с идиотским именем. – Не задумываясь ответил управляющий замком. – Осаду стоило поручить ему, даже торчи вы трое снаружи. В письме уверялось, что прибывшие ригерцы обучены подобному и имеют некий опыт. Хотя ума не приложу, где они могли его приобрести. Если вопросов больше нет, то все свободны. Дион, будь другом, вели торчащим снаружи дуболомам оттащить моего любимого братца в спальню.

– Конечно, милорд. – Поклонился волшебник, выходя в коридор.

– Ирвин, Рамон, – бросил Морган в спину последовавшим было за ним воинам, – задержитесь еще на некоторое время. У меня к вам серьезный разговор.

***

Первые вудвосы показались незадолго до полудня. Сперва дозорные заметили непонятное мельтешение среди далеких деревьев, затем самые смелые дикари, издавая громкие похожие на собачий лай звуки выбрались из-под защиты молодой листвы, а когда солнце оказалось в зените, орда медленно поползла к брошенной деревне. Воспользовавшись расплывчатым требованием лорда явиться на самый верх Сторожевой башни к ночному штурму, Ирвин наблюдал за копошащимися у частокола пещерными людьми. Никогда в жизни ему не приходилось видеть таких армий. Если глаза не обманывали рыцаря, то даже столичные праздники не собирали подобных скопищ в одном месте, да и стоило ли вообще сравнивать сотни подвыпивших обывателей с тысячами злобных тварей, мечтающих порвать врага на мелкие клочки и освободить родные просторы от незваных гостей?

Впрочем, воина волновало совсем не вторжение, а предложенный вчера управляющим план дальнейшего развития. План амбициозный, способный принести провинции заметные бонусы, но и стоящий не меньше.

– Все еще не решились, друг мой? – Поинтересовался облокотившийся на крепостную стену сир Рамон, трактующий приказы столь же вольно, как и собрат по оружию. Хрустя утащенной с кухни редькой, он отбивал ладонью какой-то веселый ритм, не выказывая ни грамма беспокойства. Ирвину оставалось лишь завидовать выдержке друга.

– Куда там… – Вздохнул он.

По-своему интерпретировав диалог, наблюдающий за врагом Ыбы довольно ухмыльнулся. Под светом солнца сотник оказался обладателем не только абсурдного имени, но и редкостного уродства. Сверкающая лысина мужчины обрамлялась торчащими во все стороны копнами рыжих волос, вздернутый шнобель нес следы парочки жутких переломов, а белки раскосых черных глаз покрывала сеть лопнувших сосудов, точно солдат не спал несколько недель подряд. Дополнялся образ щербатой улыбкой, достойной появления в ночных кошмарах.

– А ты думай поменьше, братка. Наше дело дубиной махать, а думать пусть лошадь думает. У ней голова большая.

– Понеслась, кажись… – Добавил он, натянув на голову кожаную шапку со смешно болтающимися ушками. Трусцой побежав вдоль укреплений, ригерец на ходу проверял посты и отдавал последние приказы. Оставалось лишь надеяться, что герцог прислал достойного командира.

– Иди к его светлости. – Велел Ирвин эгерийцу, глядя на решившихся пересечь границу давно вырванного из земли частокола вудвосов. – Я удостоверюсь, что тут все хорошо и догоню.

– Слушаюсь…

Состроив многозначительную физиономию, Кот покинул передовую, и капитан стражи остался один. Солдаты сновали по каменным стенам, изредка постреливая во вторженцев, те медленно продвигались по поселку, прячась за оставленными домами, а рыцарь замер, отрешенно рассматривая поле неминуемой бойни.

Пробная атака пещерных людей захлебнулась, едва начавшись. Сотня тварей, потерявших последние крупицы рассудка, вооруженных лишь дубинами, не ищущих укрытия и надеющихся то ли на звериный напор, то ли на панику в стане защитников, первыми познакомились с мощными луками осажденных. В лучах умирающего солнца падение агонизирующих тел в пыльную землю могло показаться красивым и артистичным, но рвущие уши крики сжимали душу точно пресс, вырывая из плавного потока событий и выбрасывая куда-то на самую границу сознания, где происходящее казалось безумной шуткой. На короткий миг реальность замерла, а затем колесо времени вновь раскрутилось, толкая врагов навстречу друг другу и неминуемой смерти.

Основная масса лесовиков двинулись вперед, прикрываясь убогим подобием гигантских вытянутых щитов, смахивающих на перевернутые лодки. С их стороны уже не слышалось громогласных выкриков, доносилось лишь приглушенное, не обещавшее ничего хорошего рычание и короткие обрывки команд. Похоже, вожди все же имели некий план и не собирались складывать головы просто так.

– Милорд! Милорд! – Раздалось снизу. Запыхавшийся мальчонка лет десять настойчиво дергал рыцаря за рукав, пытаясь привлечь внимание последнего.

– Там этот назначенный командовать хочет деревню жечь! Наши сказали вам сказать и назвать его дураком.

Троллья… – Зарычал Ирвин, но сдержавшись в последний момент, оставил в памяти зарубку – найти придумавшего использовать детей в качестве посыльных урода и хорошенько объясниться с ним. За пригорком без рубах, как выражалось мужичье.

– Пусть сжигает, но не переусердствует, так и передай. – Как можно спокойнее произнес он, стараясь не пугать мальца. – Деревню восстановим, но вели этому назначенному гнать всех детей в замок. Скажи, мой приказ. Если увижу через пятнадцать минут хоть одного ребенка – отрублю виновным ноги.

– А если кто-то сам захочет остаться?

– А если кто-то сам захочет – выдам розг. И оставшимся и тем, кто не прогнал. Все понятно?

– Угу.

Насупившись, парнишка побежал назад, а капитан стражи в последний раз осмотрел поле боя.

Яростный штурм затухал, едва начавшись.

Мигом вспыхнувшие хижины отпугнули вудвосов, лучники порядком поубавили число наиболее отчаянных, а не уступавшие лесным людям в животной ярости обитатели северных островов с нескрываемым удовольствием вырезали чудом ухитрившихся забраться на стену счастливчиков.

Осада переходила в фазу выжидания, а значит завершалась уверенной победой. И без того сомнительные шансы осаждавших таяли словно последние капли света в стремительно темнеющем небе, триумф приближался, но у сира Ирвина оставалось еще одно незаконченное дело. Пошатываясь, словно больной холерой, он направился на самый верх крепости. Не такой долгий путь, если разобраться, но время тянулось бесконечно медленно, каждый удар сердца растягивался на часы, и несколько сотен шагов, да считанные пролеты поскрипывающей лестницы заняли тысячелетия. Потерянный в собственных мыслях капитан бы не удивился, обнаружь в назначенном месте десяток давно истлевших скелетов, но, увы, проблемы не решались так просто.

– Опаздываете, сир. – Желчно прокомментировал лорд Морган, едва дубовая крышка люка тяжело хлопнула за спиной вошедшего. – Потрудитесь объясниться?

– Вы велели охранять во время ночного штурма. – Прошептал мужчина. – Ночь только наступила, а до того я был волен исполнять свой долг, и мое место было внизу.

– Замечательно. И что теперь?

– Теперь… – Сжав ладонь на рукояти меча, рыцарь обвел взглядом присутствующих. Граф пребывал в легкой растерянности, его старший сын казался безразличным к грохочущим снизу звукам войны, младший наоборот дергался словно на иголках, пытаясь разглядеть любую подробность. Сир Рамон точил клинок, сир Фергус тяжело сопел, исподлобья глядя на норнов, те замерли по углам грозными статуями, а солдаты герцога Ригера нервно переминались с ноги на ногу.

– Теперь самое время начинать. – Решительно заявил Ирвин и, дождавшись короткого кивка управляющего, резко выхватил оружие из ножен, стремясь первым же движением снести голову ближайшему северянину.

Пожалуй, наемники не зря получали за службу целую гору золота. Успев подставить под удар защищенное кольчугой предплечье, здоровяк мгновенно атаковал в ответ, и наверняка достиг бы цели, но узкая полоска стали впилась в его горло за секунду до того. Донна Чума, а может Донна Холера, как любезно именовал клинки Кот оказалась чуточку быстрее, и молодой варвар рухнул на деревянный пол. Какое-то время он пытался ползти, но не знающий жалости эгериец завершил начатое, и несгибаемая воля уступила хрупкой человеческой природе. Поверженный воин замер, и Ирвин, пользуясь моментом, повернул голову к Лорду Моргану нависшему над корчащимся братом, из чьей спины торчала рукоять ножа.

– Ничего личного. Все во благо будущему. – Донеслось до капитана стражи. Стоило отдать должное беспощадности нового графа.

Рядом сир Фергус буквально выдавливал Касиана через перила. Мальчишка ожесточенно сопротивлялся, цепляясь за ограждение, но не было никаких сомнений – не озаботившийся своевременно подготовить оружие дуболом дожмет противника. Двухкратное превосходство в габаритах и грубой силе прощало изъяны навроде слабоумия.

Главная проблема заключалась, как и следовало предположить, в Эгиле. Закинув Ариана в угол, он закрыл наследника тушей и, ловко орудуя двуручной секирой, отбивался от ригерцев, а вернее это они отбивались от выверенных выпадов старика. Ну какого тролля потребовалось тащить его наверх?!

Хекнув, норн перехватил топорище поудобнее, стремительным движением отмахнулся от атакующих, и один из них лишился шестопера, а второй замертво рухнул с расколотым надвое черепом.

– Остался пятеро! – Расхохотался древний монстр, безошибочно деля присутствующих на своих и чужих, но прячущийся за широкой спиной юноша ухитрился перекричать даже безудержный смех телохранителя:

– Зачем? Зачем? Зачем? – Верещал он, глазами полными ужаса взирая на происходящее.

– Зачем, зачем… – Передразнил Рамон, смещаясь вбок, чтобы наемник не загораживал прямую линию между ним и целью. – Да за просто так!

Выкинув вперед правую руку, он с быстротой молнии отправил меч в полет и тот, обернувшись в воздухе несколько раз, вонзился точнехонько в сердце парню. Отшатнувшись, Ариан тяжело охнул и повалился назад, а Эгиль с диким ревом ринулся к убийце. Блокируя выпад Ирвина, он на полной скорости врезался в эгерийца и, игнорируя вошедший куда-то в область колена клинок, заехал Коту локтем в челюсть.

Тяжело дышащий после драки с ребенком Бык бросился добивать северянина, но присланный его родичем солдат оказался шустрее. С разбегу запрыгнув на спину старика, он замолотил того кулаками. Секунду куча-мала шаталась из стороны в сторону, а затем все трое вывалились наружу, словно стремясь догнать Касиана. Раздался громкий плеск, и шум драки сменился далекими отзвуками потрескивающей в огне деревни.

– Вы в порядке, ваша светлость? – Пробормотал Ирвин и лорд выдавил вялую улыбку:

– Более или менее…

– Значит дело сделано. – Кивнул рыцарь. – Жаль Рамона… Пусть Двуликий будет к нему благодушен…

Дрожа всем телом, капитан стражи отворил люк и медленно спустился вниз, туда, где все еще имелись враги: настоящие и выдуманные. На негнущихся ногах дойдя до ближайшего балкона, он набрал полную грудь воздуха. В перевороте оставалось поставить жирную точку.

– Норны убили графа! – Заорал он что есть мочи. – Норны убили графа! Смерть предателям! Убить всех норнов!