2
Ясон

Ясон забрал крупные купюры из керамической кружки, оставив монеты на дне. Голографический прямоугольник чека моргнул и высветил строчку с суммой чаевых. Несмотря на тотальную цифровизацию, в Инсбруке до сих пор остались заведения, где можно было расплатиться только наличными.

Накинув бежевый плащ, Ясон задержался у зеркала. Перехватил взгляд официантки, которая хитро улыбалась, касаясь кружевного воротничка на достойной восхищения груди, потом снова сосредоточился на своем отражении, провел по полям шляпы, придавая им единственно верный изгиб. Яркий, голубино-сизый цвет его глаз стал серым в тени.

Тасуй карты, выкладывай их на стол, и посмотрим, что из этого выйдет.

Снаружи было стыло. Ветер принес запах оттаявшей земли и нагретого солнцем асфальта. Над фасадами цветов пряничной глазури в дымке плыли высотки делового центра «Десять Королевств»: тонны стекла и металла, идеально вписанные в городской ландшафт.

Ясон свернул вглубь квартала от реки и, размашисто шагая, чтобы не замерзнуть, наконец оказался у галереи «Арго».

В холле царил приятный полумрак. Из-за стойки справа выпорхнула Джанис:

– Доброе утро, шеф!

– Доброе! – Ясон отдал ей пальто и поправил пиджак. – Как обстановка?

– Марк помогает Елене. Он миляга!

– Вот как.

Со стороны выставочного зала раздавались голоса. В дверном проеме было видно, как двое рабочих пронесли фотографию шахты, выдержанную в суровой желто-серой гамме; потом появилась Елена. Она, как всегда, выглядела безупречно: сегодня на ней было нечто темно-серое и привлекательное даже со спины.

Джанис снова заняла свое место, развернула вирт-экран и погрузилась в чтение.

– Еще вопрос. – Ясон облокотился на стойку и погладил сувенирный маленький красный шлем пилота «Формулы 1» с логотипом Ferrari. – Домработница, которую ты мне нашла, сегодня шептала по телефону, что работает у бандита. Не знаешь, почему?

– С вашим-то прошлым, шеф? – протянула Джанис. Она выделила несколько строчек и скопировала их в другой файл. Вирт-панель отозвалась тихим «клик-клак». – «Трез Колорез», Миллионная, цифровые наркотики…

– Не думаю, что она сама рылась в Сети, чтобы узнать, на кого я раньше работал.

Клик-клак. Клик-клак.

Он выжидал, разглядывая ее майку с иероглифами. Познаний в японском не хватало, чтобы распознать надпись, но смотреть было все равно приятно. Джанис вздохнула и наконец подняла подведенные черным карандашом и оттого еще более голубые глаза на Ясона, а потом наклонила голову на бок:

– А вам нужно, чтобы она хорошо к вам относилась или хорошо у вас убиралась?..

Ясон хмыкнул, слегка хлопнул по шлему, вызвав недовольное фырканье помощницы, и отправился в выставочный зал.

Картину повесили неровно. Молодой парень с копной светлых кудрявых волос рванулся к стене, но Елена остановила его:

– Марк. Если ты будешь таскать картины вместо того, чтобы делать свою работу, я позабочусь, чтобы твоя зарплата этому соответствовала.

Стажер застыл на середине шага и как в замедленной съемке вернулся назад. Посмотрел на Елену, она коротко кивнула в сторону рабочих.

– Извините, – Марк прочистил горло. Смуглый, в тонком свитере поверх белой рубашки он напоминал серфера, которого суровые родители послали на учебу в Гарвард. – Будьте добры, правый край выше. Еще выше, а левый зафиксируйте…

– Не забудь, что выше надо выставить свет, – заметила Елена.

Решив не вмешиваться процесс муштрования, Ясон двинулся в свой кабинет.

Длина коридора – восемь шагов. Когда он впервые вошел в помещение, где теперь находилась «Арго», здесь не было ничего: только покрытые побелкой стены, взвесь пыли в воздухе и запах мела. Ясон измерял пространство шагами, бродил из угла в угол, как робот-пылесос, выстраивающий карту уборки. Задевал ведра, гладил стены, и в итоге – закрыл глаза и обошел помещение, ни разу не натолкнувшись на препятствие, представляя элегантную линию стойки на входе, теплое дерево кабинетной двери и тихое жужжание люминесцентных ламп подсветки.

В его кабинете было светло и довольно душно. Ясон открыл окно, снял пиджак и движением ладони развернул вирт-панель. Значок Virtual Sky Corp. с глазом Гора сменил однотонный рабочий стол, почтовое приложение оповестило о наличии десятка непрочитанных сообщений.

Галерея была верхушкой небольшого бизнеса Ясона. Он одним из первых уловил перспективы использования голограмм и вместе с другом, Коллином, вложился в новую технологию. Первый миллион они заработали на рекламах мойки машин, беззастенчиво эксплуатируя образы сексапильных девиц с пенными губками и фонтанирующими шлангами. Пришлось полгода питаться консервами, зато полученный стартовый капитал позволил Ясону создать архитектурно-дизайнерское бюро, а потом открыть галерею «Арго», которая специализировалась на современном искусстве. Коллин, программист по профессии, купил мастерскую «Q» и официально занимался печатью эксклюзивной и бесконечно дорожающей бумажной продукции, а еще – оказывал услуги в части программного обеспечения. В том числе, помогал Ясону раздобыть хайтек.

Потом были три дня Блэкаута, после которых мир начал незаметно, но неизбежно меняться.

Расправившись с первой порцией документов и звонков, Ясон набрал сообщение Елене:

«La Mer, 8 вечера?».

Этот ресторан – беспроигрышный вариант, особенно если им захочется продолжить ужин у него дома.

«Да».

Ближе к шести Ясон наконец-то выпроводил из кабинета расстроенного дизайнера, смету которого порядком почеркал и отправил на доработку, и уже заканчивал разбирать последнюю на сегодня пачку писем, когда ему позвонила Джанис.

– Шеф, к вам двое посетителей. Извиняются, что не смогли уведомить о своем визите заранее, и просят принять их сегодня. Хотят поговорить о работах Айрис Мур.

Высокопарная речь Джанис отдавала сарказмом.

– Работах кого? – переспросил Ясон.

– Айрис Мур. Говорят, вы знаете это имя.

Единственная Айрис, которую он знал, не была художницей. Насколько ему было известно.

Ясон взглянул на вирт-браслет: полчаса на короткую встречу, а потом нужно заехать к себе переодеться.

– Проводи их ко мне. И подай кофе, будь добра.

– Хорошо, – ответила Джанис и чуть тише продолжила. – Елена с Марком застряли у поставщиков и уже не вернутся, а я сегодня хотела уйти пораньше, чтобы посмотреть спринт… Нужно остаться?

– Нет, без проблем. Справлюсь сам.

Когда дверь в его кабинет распахнулась, Ясон понял, что разговор будет чуть сложнее, чем он рассчитывал.

Первый мужчина был невысокого роста и азиатской наружности – и не имел никакого отношения к миру искусства. Он протянул Ясону руку:

– Здравствуйте, господин Ховард. Прошу прощения за неожиданный визит. Меня зовут Хайон Су Ким.

В круглой роговой оправе очков его черные глаза были похожи на точки в центре мишени.

– Мой коллега, Ксавьер Версандез.

Второго мужчину, грузного и широкоплечего, можно было принять за телохранителя, если бы не отменного качества костюм из дорогой шерсти.

Ясон предложил гостям присесть. Можно было бы предположить, что разговор пойдет о продаже галереи Louvre Corporation или Poly International. После Блэкаута-2025 корпорации активно поглощали независимые бизнесы и сохранять независимость становилось все сложнее.

– У вас интересная коллекция, господин Ховард, – заметил Ким, закидывая ногу на ногу. За его спиной переливалась праздничной эмалью серия работ Рихтера^[4] «Аладдин», на которую он даже не взглянул.

– Спасибо, – ответил Ясон.

В кабинет вошла Джанис и аккуратно выгрузила чашки с подноса на стол, пока Ким выдал еще пару ничего не значащих замечаний. Его спутник разглядывал Ясона – похоже, с интересом, однако из-за нависших век его выражение лица казалось скучающим. Закрывая дверь, Джанис махнула рукой на прощение, Ясон кивнул в ответ.

Ким наконец решил перейти к делу.

– Господин Ховард, я бы хотел поговорить о работе нашей общей знакомой, госпожи Айрис Мур.

– Господин Ким, я не уверен, что понимаю, о ком вы говорите. – Ясон покачал головой, откинулся в кресле и сцепил пальцы рук. – Она точно мой клиент? Художник, фотограф?..

– Я думаю, вы хорошо понимаете, о ком я говорю. – Ким говорил дружелюбно, но его улыбка казалась наклейкой, некстати прицепившейся к лицу. – Вы встречаетесь с ней регулярно. Например, вчера. На Миллионной.

– Я понял вас. – Отпираться было бессмысленно. – У госпожи Мур какие-то проблемы?

– Господин Ховард, госпожа Мур вам что-нибудь передавала?

– Нас связывают деловые отношения, поэтому да, конечно. Она передавала мне деньги. – Ясон сохранял расслабленную позу, но его мозг работал на всех оборотах, пытаясь вычислить причину визита. Айрис с ее темпами употребления «цифры» могла влезть в долги, но эти посетители мало походили на коллекторов.

– Деньги за что, господин Ховард?

Этот кореец и его манера улыбаться начинали раздражать.

– Господин Ким, я не планирую разглашать суть моих конфиденциальных отношений с клиентом.

Ким сделал глоток кофе, Ясон повторил его движение. В руках Версандеза темно-синяя с золотым кантом чашка казалась совсем маленькой. Молчаливый спутник корейца в разговоре не участвовал и с заметным интересом следил за маленькой работой Хокни^[5], где на айпаде снова и снова рисовывалась сельская дорога.

– Нравятся старые шедевры? – поинтересовался Ясон.

– Давно искал Хокни, – ответил Версандез.

По крайней мере, кто-то из этой парочки разбирался в искусстве.

Спутник Кима продолжил:

– Жаль, что вы вряд ли его продадите.

Ким почувствовал, что беседа свернула не туда, и решил натянуть леску потуже:

– Господин Ховард, вы знакомы с работами госпожи Мур? Например, с «Расплавленным солнцем»?

Ясон поставил руку на подлокотник и почесал подбородок, потом пристроил его на ладонь.

– Нет, господин Ким. До сегодняшнего дня меня не интересовали ее художественные таланты. У нас с ней, знаете ли, вполне плотские интересы. – Он перевел взгляд на Версандеза и продолжил. – Не продам. Но, возможно, сумею достать другую работу Хокни из этой же серии. Оставьте мне свои контакты.

– Не вводите меня в заблуждение, – произнес Ким. Он поставил чашку на стол, кинул в нее два кусочка сахара и начал размешивать. Ложка слегка поскрипывала по донышку. Где-то на улице взвизгнули шины, раздался треск, а потом вой полицейской сирены.

Раздражение Ясона нарастало.

– Господин Ховард, не вводите меня в заблуждение, – повторил Ким и постучал ложкой по краю чашки. – Я точно знаю, что вы встречаетесь с госпожой Мур не ради того, чтобы весело провести ночь. Я точно знаю, что вы отдаете ей, и я бы хотел точно знать, что она отдает вам.

Последний раз давить на Ясона пробовали свежеиспеченные бандиты из верхнего Инса. В центре груди копошился азарт: тело послушно заготовило заряд адреналина.

– Вы не против, если я закурю? – спросил Ясон.

Кореец поморщился:

– Ваше право.

Версандез пожал плечами, развернул панель своего вирт-браслета. Над циферблатом часов Ясона развернулся вирт-экран, появилась электронная визитка. Он кивнул Версандезу. Щелкнул зажигалкой, вызывая пламя, затянулся.

Ким ждал: он явно привык запугивать, и манера Ясона игнорировать накапливающееся напряжение выводила его из себя.

– Господин Ким, наш разговор зашел в тупик. Я очень рад, что у вас такие широкие познания о моей частной жизни. Надеюсь, вам также известно, где в моей галерее находится выход.

Ким протянул Ясону белый прямоугольник бумаги:

– Господин Ховард, у меня есть к вам настойчивая просьба. Если госпожа Мур снова позвонит, пожалуйста, сообщите мне.

Ясон взял архаичную визитку левой рукой. Довольно редкий по нынешним временам кусок картона: имя, номер телефона – и никакого логотипа корпорации. Левый край визитки тяжелее правого. Микросхема или датчик.

– Не очень понимаю, господин Ким.

– Это моя просьба, господин Ховард. Настойчивая просьба назначить встречу с госпожой Мур и сообщить мне время и место.

Ясон покрутил визитку в руках, затянулся и потушил сигарету в пепельнице.

– Хорошо, господин Ким. Я обдумаю ваше предложение. – Он встал, но посетитель остался сидеть. – Теперь, если позволите, у меня назначена другая встреча…

– Не уверен, господин Ховард, что я точно выразился. Мой акцент, знаете ли… А мне бы хотелось, чтобы вы меня однозначно поняли. Это не предложение. Это настойчивая просьба. Версандез сейчас повторит это для вас еще раз. Он у нас прекрасный переводчик.

Ясон потянулся к верхнему ящику стола, но Версандез был быстрее. Ясон почувствовал руку у себя на воротнике, оказался посреди комнаты и тут же напоролся на удар Версандеза. Дыхание перехватило. Ему удалось увернуться от удара по печени, врезать противнику под ребра и заставить его сделать шаг назад.

– Мне кажется, вы не понимаете, господин Ховард. – Ким говорил спокойно и неспешно, как автоответчик. – На вашем месте я дал бы высказаться господину Версандезу. Чем быстрее он закончит, тем быстрее мы разойдемся.

Следующий удар отбросил Ясона к стене, прямо на «Аладдина». В голове некстати мелькнула мысль, что он не зря потратился на дорогую защитную силовую линзу вокруг рихтеровского стекла, иначе сейчас мог бы одновременно потерять и картину, и глаз.

Еще несколько тычков под ребра и один точный удар в основание шеи свалили Ясона на пол. Дальше он мог только вспоминать опыт уличных потасовок и старательно напрягал мышцы пресса, чтобы защитить внутренности. Версандез бил технично, явно контролируя силу, чтобы не убить и особенно не покалечить.

Долго. По-крайней мере, так казалось.

Версандез последний раз двинул Ясону ногой по ребрам. Что-то хрустнуло, боль иглой прострелила руку до предплечья, и он стукнулся затылком об стену, пытаясь сдержать стон. Чашка звякнула о блюдце, и в пределах видимости показался Ким.

– Господин Ховард, благодарю, что уделили нам время, – сказал он с легким поклоном.

– Всегда к вашим услугам, – прохрипел Ясон и закашлялся.

Версандез пропустил Кима вперед и закрыл дверь.

Ясон лежал на полу, слушая удаляющиеся шаги. Потом аккуратно, держась за стену, встал, стер рукавом смачный кровавый след с линзы над картиной Рихтера и какое-то время рассматривал сине-желто-зеленые разводы эмали под стеклом. Они казались бархатными на ощупь. Боль в левой руке пульсировала, разгораясь, свет ламп превращался в пытку. Ясон оторвался от стены, неспешно добрался до стола, открыл ящик с помощью отпечатка пальца и вынул «зиг-зауэр». Потом развернул на вирт-панели охранную систему галереи, включил сигнализацию, заблокировал входную дверь и выключил освещение. Сияние с логотипом Riarden Industries, корпорации-производителя охранных систем, вспыхнуло и погасло.

В желтом свечении уличного фонаря Ясон открыл дверь в комнату отдыха, упал на диван и засунул пистолет под подушку.

Трель телефонного звонка вырвала его из полусна. Не открывая глаз, он провел пальцем по вирт-браслету и услышал озадаченный голос Елены:

– Ясон, с тобой все в порядке? Я жду тебя полтора часа.

– Елена, – в горле пересохло, и ему пришлось прокашляться, – Елена, прости, у меня образовалось срочное дело. Не смогу сегодня приехать. Прошу прощения, что не предупредил. Обещаю загладить свою вину.

Она промолчала. На заднем плане кто-то – вероятно, официант, осведомился, все ли в порядке. Елена заказала кофе. Затем спросила:

– Джанис сказала, вечером у тебя были гости. Срочное дело связано с ними?

– В точку, – хмыкнул Ясон.

– Мне нужно приехать? Или прислать к тебе Марка?

– Нет, я справлюсь, нет проблем. Спасибо.

Закончив вызов, он уронил руку на диван. Тело отозвалось болью.

Как удачно, что Елена не любит пользоваться видеосвязью. Необыкновенная женщина. Ни скандалов, ни претензий. Допьет кофе и перейдет из обеденного зала в застекленный скай бар, где уже наверняка играет небольшой джаз-бэнд. Если у нее будет настроение, к ней кто-нибудь подсядет, если нет – она с удовольствием проведет вечер одна и уйдет ровно на две композиции раньше, чем закончится выступление…

Мысли разбегались, по-прежнему болела голова. Ясон снова поднял руку и развернул панель вирт-браслета. Голубое свечение резануло по глазам, он убавил яркость до минимума, затем нашел телефон Айрис и нажал кнопку вызова… и даже не слишком удивился, когда ничего не произошло.

Повторный набор пробудил к жизни электронный женский голос, который сообщил, что номер набран неправильно.

Вот как.

Он с трудом встал с дивана и дополз до ванной. Синяк на лице налился синевой, глаз начал заплывать. Ясон осторожно снял безнадежно испорченную белую рубашку и кинул ее на пол, полюбовался на алые пятна на ребрах, залез в душ и сначала просто стоял под водой, а потом помылся, стараясь как можно меньше задевать левую руку.

В пустынном шкафу обнаружились джинсы и аптечка. Ясон выкопал пару блистеров обезболивающего и снотворного, запил их водой из-под крана, доковылял до дивана и через пару минут снова погрузился в приятное забытье.