Алия Чех

ЛГАТЬ ЗАЩИЩАТЬ ФИБИ

СЕРИЯ Освобождение

Книга первая

Глава 1

Фиби

Выпускаю клуб дыма и закрываю глаза, отчаянно пытаясь выдуть из себя всю боль.

Не помогает. Ком стоит в горле. Он поселился там, кажется, уже много лет назад, и я всё никак не могу его проглотить. Потому что привыкла молчать и держать в себе. Но так больше продолжаться не может.

Делаю ещё одну затяжку, наслаждаясь, как растворяется моя сигарета, наполняю свои легкие ядовитым дымом и снова выпускаю.

- Пошло все к чёрту, – говорю в пустоту вечернего города, наблюдая за звёздами с балкона. В квартире сегодня слишком тихо, а мне хочется кричать. Размышляю о своей жизни, затягиваясь так глубоко, что жжёт пальцы. Делаю последнюю затяжку, думая о том, что я слабачка, раз не могу бросить курить. Не знаю, когда успела так привязаться, но дым меня успокаивает, а одиночество становится слишком давящим. Тушу и бросаю окурок в импровизированную пепельницу – цветочный горшок, который мы со Стейси никогда не использовали по назначению.

В голове снова вертятся слова обвинителя по делу, но я стараюсь отодвинуть все мысли в сторону. Глупо гонять одни и те же тезисы по кругу, как будто от этого ситуация разрешится сама собой.

- Хочу напиться, - снова говорю сама с собой. Завтра выходной, а прошедшая неделя меня порядком измотала.

Отправляю Стейси смс, что ухожу тусоваться и буду слишком поздно. Мое отсутствие даст ей с Брайаном время провести вечер наедине. У неё дома. Это же её дом. Все равно я не лучшая компания на сегодня. В последнее время я ни для кого не лучшая компания. Все это просто отстойно.

Открываю шкаф в надежде найти что-то приличное, чтобы напиться текилы в баре в гордом одиночестве, но меня бесит всё, что я вижу. Часть моей одежды кажется мне такой серой и безжизненной, а остальная – неподходящей. Жаль, что в бар не принято ходить в футболке оверсайз и штанах для йоги. Опускаю взгляд на свои короткие джинсовые шорты и льняную рубашку.

- Подойдёт! – заключаю в ту же секунду, чтобы не мучить себя сборами.

Хватаю сумку с комода и роюсь в ней, пересчитывая наличные, затем снова выхожу на балкон, чтобы забрать ненавистную пачку, без которой не могу. Обуваю свои грубые ботинки у выхода и закрываю за собой дверь.

В Нэшвилле слишком жарко для середины мая. Но я привыкла к аномалиям, ведь они являются частью моей повседневности. Добравшись до бара в конце улицы, забегаю внутрь и сразу смотрю в сторону барной стойки. Слава Богу, там никого. Плюхаюсь на стул и бросаю сумку на соседний. Это место слишком большое для всего нескольких посетителей. Всё-таки среда – не самый хлебный день у бармена, который сразу же подходит ко мне.

- Добрый вечер, леди. Что желаете? – этого тяжеловесного парня вижу здесь впервые. Несмотря на татуировки, покрывающие его руки и шею, он выглядит вполне добродушно.

- Эмм…- задерживаюсь я. - Открой мне счёт. Я буду текилу. Много текилы. Но следи, чтобы я не потратила больше 150 баксов.

- Будет сделано, мисс. – После этой фразы он разворачивается и начинает работать над моим заказом.

Оглядываюсь вокруг, рассматривая посетителей, коротая время до того, как первая порция текилы обожжёт моё горло. Это место выглядит достаточно новым, отчасти лофтовое, но с большим количеством постеров комиксов про супергероев. Я прихожу сюда примерно раз в месяц, когда мне просто нужно пожалеть себя, заливая мысли алкоголем, либо в компании со Стейси, когда она не хочет давать мне напиться в одиночку. Произвольно хватаюсь за сумку и достаю свои сигареты, чтобы снова ослабить нервный узел в своём теле.

- У нас не курят, – бармен ставит передо мной стопку, щедро обсыпанную солью и накрытую долькой лайма, глядя на сигарету между моих губ.

- Чёрт, - бормочу себе под нос, запихивая яд обратно в пачку. Об этом недостатке бара я забыла. Мысль свалить и переместиться туда, где нет запрета на курение, выходит на первый план. Обычно это места, пропахшие выпивкой, с липкими столами и настырными мужиками, пускающими клубы дешевого дыма из всех щелей. Меня догоняет моя усталость. Если уйду отсюда, то только домой.

Бросаю пачку обратно и разглядываю свой безликий напиток. Как я докатилась до момента, когда пить в одиночестве посреди недели стало нормой?

Смачиваю губы языком и подношу стопку к губам, держа между большим и указательным пальцами лайм, высовываю язык и слизываю соль. Меня немного передёргивает от предвкушения, и в следующий момент я опрокидываю содержимое в рот. Даю жидкости полностью опуститься в желудок и только тогда вгрызаюсь в лайм. Первая стопка всегда идёт тяжело. Думаю об этом так, как будто текила – моя назойливая подружка, с которой в последнее время я встречаюсь слишком часто. Небрежно и звучно ставлю стопку на барную стойку и восклицаю:

- Повтори, пожалуйста.

Вижу лёгкую ухмылку на лице татуированного, но он не говорит ни слова, снова приступая к выполнению моего заказа.

Мысль о том, что прямо сейчас мне хочется сделать затяжку, навязчиво вылезает вперед. Поднимаю голову к пыльным лампам, гордо освещающим барную стойку, зажмуриваю глаза и прошу себя перестать.

Сижу так несколько долгих секунд, и другие непрошенные мысли начинают проникать в мой мозг. Нужно срочно переключиться на выпивку. Делаю несколько глубоких вдохов через нос, выдыхая ртом, пытаясь поймать тот момент, когда голова будет пуста, как это бывало на практиках, которые я забросила полгода назад. В этот момент чувствую, как будто больше не наедине сама с собой. Кто-то явно пытается вторгнуться в моё пространство. Открываю глаза и бросаю презрительный взгляд на бармена, который, как полагаю, пялится, но его вообще нет за стойкой. Лёгкий холодок бежит по моей спине от непрошенного вмешательства. Пытаюсь понять, что так взбудоражило моё тело. Оглядываюсь по сторонам, но не вижу никакого раздражителя. Я медленно сканирую помещение глазами и мгновенно врезаюсь…

Первое, что замечаю – взгляд, устремлённый прямо на меня. Поза его тела скучающая, но его глаза скользят и проникают. Не могу оторваться, пытаясь прочитать послание, которое он даже с такого расстояния передаёт моему телу, как вдруг передо мной возникает бармен и ставит новую порцию. Когда он отходит в сторону, а я благодарю, на месте, где стоял мужчина, наблюдавший за мной, пусто. Моё тело выходит из оцепенения, и я начинаю озираться по сторонам, но его нигде нет. Напряжение, которое взбудоражило меня, исчезает.

- У тебя уже галлюцинации, - бормочу себе под нос.

- Вы мне? – откуда-то сбоку окликает меня бармен.

- Ой, нет, - мямлю ему в ответ.

Музыка в баре играет совсем негромко, наверное, поэтому парень в татуировках, подающий текилу, так легко меня услышал.

Вновь повторяя процедуру с солью, текилой и лаймом, ставлю пустую стопку на стойку. Чувствую, как приятное тепло разливается по венам. Хочу напиться, чтобы хотя бы на одну ночь забыть обо всём, что меня ждёт впереди. Очевидно, другие методы успокоиться я похоронила.

Холодок снова пробегает по моей спине, когда чувствую тот же магнетизм, что и в первый раз. Поднимаю взгляд из-под своих пышных ресниц, но там, где он стоял, облокотившись на стену, никого. Ясно ощущаю нефизическое проникновение в своё пространство. Все мои рецепторы как будто ищут связь с обладателем этих сигналов, настраиваясь на волну посылаемых флюидов. Я немного выгибаю спину, чтобы вернуть комфорт своёму телу, и расправляю плечи. Это не работает.

Слегка поднимаю руку, чтобы напомнить бармену, что моя стопка пуста, а пауза слишком затянулась:

- Ещё порцию, - произношу я.

- Я угощаю, - звучит глубокий рокочущий голос за моей спиной.

Замираю, потому что всё моё тело как будто обволокло невидимыми шёлковыми нитями. Чувствую, как учащенно начинает биться мой пульс, наращивая бит. Краем глаза вижу, как мужчина облокачивается обеими руками на барную стойку. Волна его одеколона проникает в мой воздух. Дышу короткими вздохами и медленно направляю взгляд вправо, одурманенная его появлением. Это нечестно.

Приоткрываю рот в лёгком шоке, как будто увидела суперзвезду из какого-нибудь фильма, где главный герой настолько горяч, что даже пули отскакивают от его блестящей кожи, и даже армия врагов с большими пушками не может остановить его мощь.

- Уф, - звучно втягиваю воздух.

Мужчина ухмыляется. Кажется, его гримаса снова производит нужный эффект, потому что мне хочется дотронуться до его лица и провести ногтями по скуле, оставив следы.

- Я Джеймс, - произносит он хрипловатым голосом, пока я пялюсь, и протягивает мне ладонь.

Никогда раньше я не чувствовала такого притяжения. Не могу оторваться от его почти черного взгляда с густыми бровями. Он приподнимает одну из них, забирая на себя всё моё внимание. Бармен прочищает горло прямо над моим ухом, выводя меня из гипноза, ставя на стол две порции текилы.

- Сиара, - представляюсь я не своим именем. Наверное, просто потому, что слушала альбом этой певицы на прошлой неделе.

- Сиара, - повторяет он на выдохе, пробуя имя на вкус, пока его глаза изучают мое лицо.

Я так и не протягиваю ему ладонь, заторможенная его аурой, поэтому он кладёт её обратно на стойку. В следующий момент хочу признаться и сказать своё настоящее имя, но не успеваю. Он встряхивает голову, разрывая такой мощный зрительный контакт.

- Что мы сегодня отмечаем? – почти веселясь спрашивает он в следующую секунду, беря лайм левой рукой, а правой цепляется за стопку.

Моё сознание как будто затуманено, но я знаю, что это не от двух предыдущих порций текилы.

Мотаю головой из стороны в сторону.

- Мы просто напиваемся, - негромко, но чётко произношу я.

- Мне подходит, - ухмыляется он, обнажая свою белоснежную улыбку.

Хватаю свою дольку и текилу. Пытаюсь отрезвить свой разум, отворачиваясь от своего искусителя и сильно выдувая воздух, как обычно все делают перед тем, как залить внутрь обжигающую жидкость, но мужчина рядом останавливает меня своим взглядом.

Он высовывает язык, чтобы слизать соль с краев, и я повторяю его движение, но задерживаюсь, чтобы насладиться тем, что вижу. Мы не отрываем взглядов друг от друга, воздух между нами наэлектризован. Смотрю, как движется его адамово яблоко, когда он глотает содержимое стопки, а затем вгрызается в лайм, даже не сощурившись.

- Твоя очередь, Сиара, - самодовольно говорит он.

Быстро проклинаю себя за то, что назвала ему вымышленное имя, а затем высовываю язык, чтобы окунуть его в соль. Он наблюдает. Смотрю на него исподлобья и закрываю глаза, вслед опустошая свою стопку, после чего смакую лайм.

- Чёрт, ты делаешь это так сексуально, - его голос такой порочный, что отдаёт возбуждением внизу живота. Слегка ёрзаю на стуле и ухмыляюсь. Он явно отвлекает меня от негативных мыслей.

- Потанцуй со мной, Сиара, - нежно просит он, протягивая руку, вопросительно приподнимаю брови. Я не сказала ему и больше двух фраз, но мне явно нравится наш «диалог».

- Выбери любую песню, - продолжает Джеймс.

Мотаю головой. Хочу, чтобы выбрал он.

- Хорошо, - соглашается мужчина. – Пусть будет мой выбор.

Он жестом зовет татуированного. Тот наклоняется к Джеймсу. Они обмениваются несколькими репликами, которые я не могу расслышать, а затем бармен уходит. Через несколько секунд свет переключается. В центре импровизированного зала начинают мигать разноцветные лучи, освещая небольшую площадку и игриво распространяясь по стенам, а из динамиков начинает звучать лёгкая мелодия. Это блюз. Джеймс протягивает мне руку, и я не могу не улыбнуться. Танцы – это моя жизнь! Я живу, потому что я танцую. Вкладываю руку в теплую ладонь Джеймса, и он тянет меня на танцпол.

Мы движемся очень медленно, даже не попадая в такт музыки. Одна рука Джеймса на моей талии, а во второй он держит мою ладонь на уровне груди между наших тел. Почему-то моё дыхание неровное, но я как будто нахожусь под его защитой, потому что он кажется таким большим и сильным по сравнению со мной. Это нетрудно, учитывая, что я тощая. Не худая, я просто палка. Чересчур тонкая. В последнее время еда абсолютно не лезет в меня. Зато алкоголь – как в сухую землю.

- Сиара, - произносит мой партнер сухим голосом, а до меня не сразу доходит, что Сиара – это теперь я.

Чёрт!

Я поднимаю взгляд к его красивому лицу и глубоко вдыхаю аромат. Разве можно быть таким дерзки очаровательным и вкусно пахнущим вечером в среду?

- В этом баре обычно не танцуют в будни, - почти шепчу ему.

- Для меня они сделали исключение, - ухмыляется мой партнер.

Приподнимаю вопросительно бровь.

Такие привилегии могут быть только у…

- Моя сестра владеет этим местом, - заканчивает он мое невысказанное предположение.

- Очевидно, ты пользуешься родственными связями не в первый раз, - заключаю я.

Он резко останавливается и смотрит мне прямо в глаза:

- Можешь не верить, но это впервые.

Отворачиваюсь в сторону, не веря ни единому слову.

Просто среда. Просто бар. Просто брат владелицы пытается подцепить нетрезвую цыпочку.

- Думаю, что сегодня я нашел ту, с кем мне захотелось танцевать почти впервые в своей жизни, - шепчет он мне на ухо, а от его голоса по моему телу пробегают мурашки, будоража мой центр.

Мне хочется сказать, что это типичный прием для пикапера, но моему телу настолько нравится его присутствие рядом, что стараюсь выкинуть мысль, что я «одна из», из своей захмелевшей головы.

Его рука, до этого покоившаяся на моей талии, медленно ползёт вверх, и я сжимаю его бицепс своей рукой. Не смотрю в тёмные глаза, но чувствую, как он буравит меня взглядом. Мне должно быть неуютно, но это не так.

Музыка заканчивается, но Джеймс не отпускает меня. Его рука обхватывает мою шею сзади, и я поворачиваю голову и приподнимаю подбородок. Он глубоко дышит, глядя на мой рот, а затем слегка приоткрывает свой и облизывает нижнюю губу.

- Я хочу поцеловать тебя, Сиара, - произносит он.

В миллионный раз проклинаю это имя!

Тем не менее, я тоже хочу его поцеловать.

Закрываю глаза и слегка подаюсь ему навстречу, а через мгновение его теплые губы касаются моих. Медленно он изучает мой рот, а моё сердце ускоряет бег. Ловлю волну и открываюсь ему всё больше. Поцелуй становится глубже, и в дело вступают наши языки. Меня не волнует, что мы стоим в центре бара на виду у немногочисленной публики. Меня волнует, что я не была готова к такому сокрушительному поцелую. Всё моё тело вспыхивает. Мой мозг бежит вперед событий, а тело просится оттолкнуться от земли и обвить ногами его бедра. Он сильнее надавливает на мою шею, притягивая к себе и пожирая меня.

Свист и возгласы прерывают момент. Отрываюсь от Джеймса, оглядываясь в сторону звуков, но легким движением руки мужчина возвращает мой взгляд на себя.

- Нам нужно ещё немного текилы, - бормочет он, тяжело дыша, как и я. Его голос такой низкий и хриплый, что мне трудно устоять на своих обессилевших ногах. Он опускает наши сплетённые руки вниз и тащит меня в сторону бара.

- Басти, - шлепает он ладонью свободной руки по стойке, - налей нам.

- Будет сделано, су-шеф, - татуированный делает акцент на последнем слове.

Запрыгиваю на стул, забирая свою руку из его хватки.

Неловкий момент, потому что не знаю, что сказать после того самого горячего поцелуя в моей жизни. Несомненно, он стал возглавлять список «самых-самых поцелуев». Не то, чтобы у меня таковой был, но всё же мужчина определенно владеет языком убеждения.

- Что привело тебя сюда? – спрашивает незнакомец Джеймс, губы которого ещё привлекательнее после нашего поцелуя.

Не хочу говорить ему правду. Запретная территория.

- Просто тяжёлый день, - отвечаю первое, что пришло в голову.

- Засчитывается, - его улыбка растягивается, не касаясь глаз. Он все ещё стоит рядом, а не сидит на стуле, вероятно, потому, что моя сумка занимает соседнее кресло. Тянусь за ней, чтобы убрать, но упираюсь макушкой в живот Джеймса. Он не сдвигается с места, а я цепляюсь за ручку сумки и рывком стягиваю её со стула, подмечая упругость его пресса.

- Садись, - выдыхаю, приводя свою спину в вертикальное положение.

Бармен тут же ставит нам по порции текилы, как будто держал их наготове, зная, что они точно понадобятся.

Джеймс снова пожирает меня взглядом, потирая указательным пальцем свои губы, которые ещё минуту назад целовали мой рот. Мне нравятся черты его лица. В этот момент пытаюсь оценить его возраст. Он явно старше меня.

- Сегодня ты проведёшь со мной ночь, – заявляет он, отчего мой мозг вспыхивает возмущением.

Отворачиваюсь и мотаю головой. Господи, он так банален, но, сука, так сексуален для моих нательных вкусовых сосочков, что моё тело готово отдаться ему на барной стойке, а татуированному даже будет позволено «держать свечку». Но факт остается фактом: я уйду отсюда одна. Никакой ночи не будет. Я его едва знаю. Я завязала с этим. Точка.

***

Примерно через час мы покидаем бар. Вместе. Джеймс выводит нас на улицу через запасной выход, наши руки переплетены. Как только дверь за нами захлопывается, он прижимает меня к стене и снова целует, не давая мне понять, что происходит.

- Малышка, я буду идиотом, если отпущу тебя, - шепчет он, облизывая и покусывая мою шею.

Мне так хорошо, что я не могу противостоять своёму телу. Моя нога задирается вверх, прижимаясь к его бедру. Руки Джеймса блуждают по моим изгибам, а я впиваюсь пальцами в его мускулистые плечи. Его эрекция упирается мне в живот, в то время как моё тело уже ищет освобождения, сильнее извиваясь на его бедре.

- Чёрт, - резко останавливает он нашу прелюдию, отрываясь от меня. С недоумением смотрю на него, пока он озирается. - Дай мне минуту, - мужчина берёт меня за плечи, - только оставайся здесь и не двигайся.

Ошеломлённая, я просто киваю. Джеймс оставляет на моих губах быстрый поцелуй, делает несколько шагов к двери бара, набирает код, а затем скрывается внутри. Дуновение ветра настигает меня врасплох, и мне резко становится холодно. Обнимаю себя, укрываясь, и накидываю сумку на плечо. Мне кажется, что прошло уже много времени, а я стою на месте.

Он бросил меня вот так? Узел образуется в моем животе, и рука машинально тянется к пачке сигарет. Рыскаю ещё несколько секунд в поисках зажигалки, а затем прикуриваю. Делаю глубокую затяжку и выдыхаю дым в прохладную ночь.

- По крайней мере сэкономила 150 баксов, - говорю сама себе, и делаю ещё затяжку. Оборачиваюсь на дверь в надежде, что она сейчас откроется, затем разворачиваюсь и иду. Я такая дура.

- Сиара, - слышу знакомый голос позади, а после звук захлопывающейся двери, - я же просил тебя оставаться на месте!

Поворачиваюсь на каблуках, чтобы снова посмотреть на этого мужчину. В одной руке он держит пиджак, а в другой – новую бутылку текилы. Его взгляд медленно ползет вниз, останавливаясь на моей руке.

- Выброси это, - указывает он на тлеющую сигарету в моих пальцах.

Вместо его приказа я делаю ещё одну затяжку.

- Прошла не минута, а целая вечность, - громко защищаюсь я, выдувая дым.

- Пришлось уговаривать Басти дать нам это, - он приподнимает бутылку и направляется ко мне.

Я смеюсь, и Джеймс ухмыляется мне в ответ. Но как только он достигает меня, улыбка стирается с его лица. Джеймс быстро накидывает мне на плечи пиджак, а в следующий миг вырывает из моих рук сигарету, бросает на землю и топчет.

- Только не при мне, - сердито цедит он.

Мой рот складывается в букву «о» от его категоричности.

- Ты не можешь мне указывать, - сопротивляюсь я.

- Тогда считай, что это была большая просьба, - серьёзно отвечает он, а затем берет меня за руку. – Давай прогуляемся, - предлагает он уже более мягко.

Мы идем вниз по улице в противоположную сторону от места моего жительства. Джеймс выпускает мою руку, чтобы открутить пробку.

- Расскажи мне о своём тяжёлом дне, - просит он, протягивая мне пьянящую жидкость. Я знаю, что и так выпила слишком много, но хватаю бутылку и делаю глоток. У нас нет лайма или соли, так что я просто зажмуриваюсь, пытаясь проглотить текилу. Завра я буду её ненавидеть так же сильно, как и себя.

- Моя начальница - сука, - выкрикиваю на всю улицу. Это не истинная причина тяжёлого дня, на самом деле, но мой босс действительно не даёт мне расслабиться. Никогда.

- Интересное начало, - смеётся Джеймс, делая глоток из бутылки.