Глава 7

Ник

Сегодня был вторник, а это означало лишь одно: ровно через неделю я попрощаюсь с Чикаго. В нём меня ничего не держало, здесь я жил на съемной квартире и управлял своим бизнесом. Конечно, у меня были друзья и коллеги, с которыми можно было выпить пару кружек пива в баре, но больше не было никого, к кому бы мне хотелось вернуться после отъезда.

Погода за окном была дождливой, а на горизонте сегодня меня ждали несколько встреч и много бумажной работы. С момента, как я вышел за порог дома Кейт, я постоянно думал о ней. Ощущение, что меня, словно магнитом, тянуло к ней. И я не мог ничего поделать с этим притяжением. Мне хотелось защитить её, просто обнять и укрыть от всего мира, пообещать ей, что все будет хорошо. Важно, чтобы она в это тоже поверила. Она пережила тяжелую потерю, но ей есть, ради кого продолжать жить дальше.

Зазвонил мой мобильный, и я потянулся достать его с тумбочки.

– Доброе утро, милый! Как погода за 1000 миль отсюда? – Это была мама.

– Доброе утро, мам! Думаю, что ничем не отличается от дождливого Орландо в эти дни.

– Точно! Какие планы на неделю? Я уже жду не дождусь, когда смогу обнимать тебя каждый день!

– О, ты собираешься переехать ко мне, раз желаешь тискать меня ежедневно?

– Нет, милый, я лишь гипотетически рассматриваю эту возможность, раз ты будешь жить совсем рядом. Пожалуй, жить с мамой в 30 лет – плохая идея. Тем более, мне хочется верить, что вскоре твой дом не будет похож на холостяцкую берлогу, – съязвила она.

– Надеюсь, ты не намекаешь, что у какой-нибудь твоей подруги есть одинокая красавица дочь, с которой ты хотела бы меня познакомить? – съязвил я в ответ.

– Как будто я когда-нибудь этим занималась!

– Кажется, ты забыла, тот случай, когда ты притащила Сюзи Мосс к нам домой, чтобы твой сын, наконец, хоть с кем-нибудь начал встречаться, – я припомнил её ошибку восьмилетней давности.

– Давай забудем об этом, Ник! – засмеялась она. – Я думаю, ты сам неплохо справляешься в вопросе отношений с женщинами.

– Точно, мам, оставь это дело на меня.

Она снова засмеялась.

– Ник, может быть, когда ты приедешь в следующий вторник, переночуешь у меня? Наверняка в доме ещё не будет все готово, даже не будет постельного белья.

– О, мам! Спасибо за приглашение. Но Рони слишком хорош в своем деле. Гостиная и спальня будут полностью мебелированы к моему приезду. А гостевые комнаты я оформлю со временем.

– Ладно, ковбой, – хихикала мама, – но, если вдруг соскучишься, я буду дома.

– Спасибо, мам, я это ценю, – искренне произнес я.

Мы попрощались, и я неохотно слез с кровати. Честно говоря, одной ногой я был уже не здесь. Я должен был взять себя в руки и сосредоточиться на работе, но больше всего на свете мне хотелось наступления вторника, когда я окончательно вернусь и буду жить в своем доме в Орландо. Я страстно хотел увидеть Кейт. Да кого я обманываю? Мне до безумия не хватало ее рядом с собой. Дотронуться до ее прекрасного лица, плеч, поцеловать ее в кончик носа, а потом прилипнуть губами к ее мягкой коже… Я отправился в душ, чтобы смыть с себя это возникшее желание, но вода не помогала. Я был возбужден. Встав под душ, одной рукой я оперся на плитку стены, а во второй уже держал свой затвердевший член. Сначала медленно, а потом ускоряя темп, я мастурбировал, думая о ней, представляя ее зелёные глаза, которые смотрят на меня. Шум воды сопровождался хлюпаньем от движений моей руки. Я уперся лбом в стену и продолжал интенсивнее продвигать себя к развязке. Я представлял ее ноги, и покачивающиеся в такт ее шагу бедра, ее сочные губы и даже ее грудь, обтянутую майкой. Все мои мускулы были напряжены, я так отчаянно представлял ее, покрывающей поцелуями мое тело. Я издал рык и кончил, заливая своей влагой стену.

Блаженство. «Спасибо, Кейт!» – слабым голосом произнес я. После освобождения я намылил свое тело и еще минут 5 стоял под струями воды. Мне стало стыдно. Для меня она была невинной, ранимой, а я втянул ее в свои грязные фантазии. Но я нуждался в ней. Отчаянно. Когда это случилось? Может быть я давно мечтал о ней, но никогда не смотрел на нее так, потому что в других обстоятельствах она не могла быть моей. Я не хотел использовать ее уязвимость в своих целях, но мне хотелось быть рядом: дарить ей свою любовь, заботиться о ней и ее дочерях, которые вызывали во мне самые светлые чувства. Я готов быть с ней на любых ее условиях, но при этом не быть заменой, а быть собой, просто потому, что она этого хочет. Но она не нуждалась во мне. По крайней мере, я этого не чувствовал. Мне стало страшно от мысли, если она не почувствует этого никогда.

Глава 8

Кейт

В четверг утром я встала пораньше, чтобы развесить праздничные флажки, украсить комнату и поставить подарок посреди гостиной. Николь исполнялось 9! Моя взрослая девочка. Ей столько пришлось пережить, но сегодня должен быть счастливый день. Я попросила босса освободить меня от работы после обеда, чтобы забрать Николь из школы и провести с ней вдвоем несколько часов. Николь проснулась в прекрасном настроении, Эшли обнимала ее и радовалась, как будто это был ее праздник. Еще сонная, Николь распаковала подарок.

– Вау! Мама, оно потрясающее! – воскликнула она, доставая из коробки платье, которое я купила для нее.

– Загляни внутрь коробки! – В этот момент я снимала видео на свой телефон. Она потянулась внутрь и достала маленькую коробочку. Николь посмотрела на меня воодушевлённым взглядом и открыла ее. Спустя мгновение, она подняла глаза на меня и произнесла:

– Мама…– ее глаза наполнились слезами.  Внутри коробки были серьги, одна из которых была выполнена в виде буквы Н – от первой буквы ее имени, а вторая в виде птицы с маленьким бриллиантом на месте глаза. В том же дизайне был выполнен тонкий браслет, имевший в середине знак бесконечности.

Я могла позволить себе такие подарки, тем более, что они были сделаны специально для моей Николь. Она подбежала и крепко обняла меня. Я выключила камеру и сжала ее в своих объятиях.

– Поможешь надеть?

Эшли кричала от восторга «как же класииииво» и хлопала в ладоши.

Я помогла Николь надеть серьги и застегнула ее браслет на запястье. Она схватила и расправила платье, прижала его к себе и закружилась.

– Мам, ты лучшая! – для меня это были самые важные слова в мире. Этот момент был идеален.

Эшли спросила, где ее подарок. Во избежание слез, я подготовилась. Младшая дочь получила от меня джинсовый сарафан с изображением единорога и набор заколок и резинок для волос, что вполне сделали ее не менее счастливой, чем сестру.

После школы я забрала Николь и предложила ей несколько вариантов. Она выбрала Уолт Дисней парк и большую порцию мороженого. Основной праздник будет в субботу, но мне хотелось устроить имениннице незабываемый день. Три часа пролетели незаметно. По счастливому лицу Николь было понятно, что ей все это нравилось до безумия. Позже мы забрали Эшли из сада, заехали в химчистку и отправились домой. Я планировала заказать пиццу с сыром для нашего праздничного ужина, потом заниматься всякой девчачьей ерундой с девочками до сна.

Когда мы подошли к двери своей квартиры, нас ждала посылка. На полу стояла коробка, а рядом два красивых букета цветов. На коробке лежал конверт, а сверху надпись «Николь». Она схватила конверт и прочитала надпись:

«Для прекрасной именинницы, которая не любит все розовое. Ник.»

– Вау, мам, Ник прислал мне подарок и цветы, – она просияла.

– Даже два букета! – Эшли подошла к одному из них и вдохнула аромат. – Можно этот будет моим?

– Здесь есть записка! – Николь вытащила ее из одного букета.

Она быстро раскрыла бумагу и прочитала: «С Днём рождения, Николь! Эти цветы для тебя». Я потянулась к записке на втором букете, но Николь меня перехватила. Она зачитала текст:

 «А это для твоей прекрасной мамы». – Николь расплылась улыбке.

– Мама, кажется, это тебе!

Неожиданно. Приятно.

Эшли дотронулась до моей ноги и тихо спросила:

– А где мой будет?

Николь засмеялась и напомнила Эшли, что сегодня не ее День рождения.

– Но у мамы тоже нет сегодня дня рождения! А цветы есть! – Она была очень недовольна.

– Эш, я помню, пару дней назад кто-то съел очень, нет, безумно большую порцию клубники, которую Ник привез специально для тебя!

От угрюмого лица до сияющей улыбки Эш, которая вспомнила подарок, предназначавшийся ей, не прошло и пары секунд.  Николь подхватила коробку и потрясла ее. Я предложила девочкам войти в дом, чтобы не стоять на пороге.

Я перенесла букеты в дом и разместила в вазы, а Николь уже распаковывала свой подарок. Внутри были беспроводные наушники желтого цвета, сверху которых были ушки, напоминающие кошачьи.

– Мам, смотри, какие они крутые! – Николь примерила наушники. – Супер, Ник супер! Он знал.

– Что ты имеешь ввиду? Что он знал? – Я сморщила лоб, хмурясь, но меня выдавала улыбка.

– Ничего мама. Я просто очень рада! – Она подбежала ко мне и сковала меня в своих объятиях. Эшли уже потеряла всякий интерес к подарку Николь и убежала в комнату примерить свой подарок.

Эти презенты стали приятной неожиданностью. Я достала телефон и написала Нику сообщение:

Я: «Привет и спасибо. Николь очень приятно. Очень красивые цветы и подарок для нее» 

Ник ответил очень быстро:

Ник: «Привет! Надеюсь, я угадал с цветом. С днём рождения!»

Я: «Она счастлива! И мне тоже приятно. Люблю ирисы» 

Он долго не отвечал. Поэтому я написала снова:

Я: «Откуда ты узнал про наушники?»

Ник: «Нельзя меня оставлять в комнате с девочками наедине. Я могу выведать все тайны». В конце был подмигивающий смайл.

Я улыбалась. Это был прекрасный момент. Мне действительно давно никто не дарил цветы.

Я: «Мы можем привыкнуть» 

Ответ Ника не заставил себя долго дать:

Ник: «Я надеялся на это». 

Я прижала телефон к груди, прочитав его смс, и на моих глазах навернулись слезы. Впервые за долгое время это были слезы счастья. Я чувствовала этот момент.

Мне нравились эти ощущения.

***

Выходные прошли немного напряженно для меня. Утром в субботу приехали родители Райда. Они забрали девочек на пару часов на прогулку, а после обеда наш дом наполнился гостями: первыми были Лора с Рони и Мией, затем приехали наши родители и друзья из школы. Николь блистала в новом платье, никто из родственников не забыл купить подарок и для Эшли во избежание слез, а я носилась по кухне, готовя закуски для праздничного стола.

– Кажется, я отстала от жизни, – играя бровями сказала мне Лора, когда мы остались наедине.

– О чем ты?

– Два шикарных букета украшают ваш дом, а я не припомню, чтобы ты сама покупала себе цветы, – она точно провидица.

– Они от Ника, – мне кажется, я покраснела перед сестрой.

– Ух ты! Видимо твои макароны действительно вкусные! – Она подмигнула.

Я демонстративно закатила глаза и ушла прочь от дальнейших расспросов.

Я подошла к Николь, которая распаковывала подарок от Гарри и Линн Локеров.

С момента его смерти Райда мои разговоры с Линн были очень короткими. Она как будто избегала их со мной. Мы говорили исключительно о девочках и ни фразой больше. Меня это устраивало, потому что обсуждать с ней мне ничего не хотелось. Райд был ее единственным сыном, и у меня было ощущение, что она винила меня в его смерти, как будто это я была за рулем того грузовика, который выехал на встречную полосу и не оставил машине, в которой находился Райд и его водитель, шанса. Тем не менее, мистер и миссис Локер не отказывались от общения с внучками: они приезжали так часто, как могли, а скоро заберут их на пару недель к себе. Николь получила от них новый набор для рисования и была на седьмом небе от счастья.

Лора весь вечер посылала мне недвусмысленные сигналы, подмигивая и направляя взгляд в сторону букетов, я снова и снова закатывала глаза и делала глоток вина, если бокал был в моих руках.

Николь играла с одноклассницами, которые пришли на ее праздник, Эшли пыталась научить Мию крутить обруч, Рони успокаивал свою дочь, потому что обруч ей никак не поддавался, наши с Лорой родители активно участвовали во всех развлечениях. Я поймала себя на мысли, что здесь не хватает Ника. Он так внимательно отнесся ко Дню Рождения Николь и запомнил, что «никакого розового» – закон этой девочки.

Лет с 6 Николь действительно отказалась от всего розового: не дай Бог на ее одежде будет хоть маленькая деталь этого цвета – она не наденет. Она не ела ни еду, которая, по ее мнению, имела розовый оттенок, не принимала розовый декор. Я списывала это на кризис 6 лет. Есть ведь такой? Кризис, кажется, затянулся, поэтому сегодняшний праздничный торт был желто-зеленого цвета, украшенный серебряными звездами. Платье, которое я выбрала в качестве подарка для нее, было нежно фиолетового цвета с серебряными вставками и цепочками сверху. Оно не было «детским», все-таки моей дочери исполнялось 9, и она говорила, что больше не ребенок! Я не хотела доказывать ей обратное. Мне важны были наши с ней отношения: я поддерживала и старалась понимать ее, а в ответ получала уважение и безграничную любовь!

Все собрались в гостиной. Лора помогла зажечь мне свечи. Мы погасили свет, и я вынесла торт. Гости хором пели «С Днём Рождения», Лора снимала видео на телефон, дети завороженно смотрели на торт, звезды на котором переливались от света свечей. Николь зажмурилась и начала загадывать желание. Потом она распахнула глаза и пристально посмотрела в мои. Набрав полную грудь воздуха, она выдохнула, задув свечи. Все радостно захлопали в ладоши! Затем мы разрезали торт и Николь угощала всех. Позже она подошла ко мне и спросила:

– Мам, я могу оставить один кусочек для Ника в благодарность за его подарок?

– Ты могла бы, но, боюсь. до его возвращения торт испортится, – успокаивающе ответила я.

– Жаль. Его сегодня не хватает! – Мысли моей дочери совпали с моими.

Почему всего пара наших встреч и несколько его маленьких жестов так действовали на меня? Может быть, потому, что более полутора лет я не разрешала никому оказывать нам такого внимания. Рони был мужем Лоры, поэтому он был мне как брат, и я не воспринимала его внимание и помощь как-то иначе, нежели как от члена семьи.

Я закрыла в глаза и глубоко вздохнула. «Господи, Кейт, ты не пускаешь никого в свою жизнь. Ты отвернулась от всех своих друзей. Ты не ходила на свидания. Ты не флиртовала. У тебя не было секса полтора года, Кейт! Вот почему коробка клубники, пара букетов и подарок для Николь так взбудоражили тебя. Успокойся. Это ничего не значит». С чего я вообще могла думать иначе? Ник просто проявил немного внимания, а я уже напридумывала себе что-то. Мне нужно было успокоиться.

После торта все стали расходиться по домам. Родители Райда останутся у нас до завтрака, и пока Николь с Эшли распаковывали все подарки, я приготовила для них гостевую комнату.

Сегодня было трудно уложить девочек вовремя, потому что от пережитых эмоций им совсем не хотелось спать. После 11 вечера в доме стало тихо, девочки спали рядом со мной, а я решила написать Нику:

Я: «Привет. Прости, что так поздно. Николь хотела оставить для тебя кусок торта в знак благодарности, но, видимо, тебе просто придется поверить на слово, что он был вкусный!»

Ник: «Клубничный? Привет!» его ответ пришел сразу же.

Я: «О нет, временно в этом доме запрет на клубнику»

Ник: «Там точно не было единорогов, ведь розовый использовать нельзя. Мне нужна подсказка.» 

Я: «Верно подмечено. Луна и что-то блестящее»

Ник: «Голосую за желтый торт и сияющие звезды»

Я: «Очень близко к правде»

Ник: «Эх, действительно жаль, что я не попробую» 

Я зажмурилась, потом открыла один глаз, оставляя второй закрытым и одним пальцем напечатала следующее сообщение, а потом откинула телефон от себя.

Я: «Может быть по приезду мы могли бы… ну не знаю…угостить тебя тортом?»

Мне показалось, что он отвечал вечность. Я посмотрела на экран. Там было всего два слова.

Ник: «Я подумаю». 

Что? Серьезно?

Подумает?

Я как бы могла и обидеться, Ник Торн!!! Поставив телефон на беззвучный, я решила забыть об этом сообщении. Потом посмотрела на своих девочек, мирно сопевших по обе стороны от меня.

«Люблю вас, мои крошки». А потом я провалилась в сон.