Глава 2

Века пролетели для неё, словно мимолётные тени. Древний Чосон, с его деревянными домами, запахом рисовых полей и шёпотом легенд, растворился в клубах промышленного дыма, уступив место сверкающему, шумному, безумному Сеулу. Кумихо – теперь её звали Сон Ми – прекрасно вписалась в этот новый мир, хоть и прилагала сознательные усилия, чтобы не слишком выделяться. Её красота была неоспорима, но она научилась приглушать её, избегать излишнего внимания, используя неброский макияж и повседневную, ничем не примечательную одежду, которая скорее скрывала её стройную фигуру, чем подчёркивала её. Она меняла имена и места жительства каждые несколько десятилетий, создавая легенды о далёких путешествиях или “наследстве предков”, которые позволяли ей сохранить прежнее состояние и избежать вопросов о её нестареющем облике. Она предпочитала держаться в тени, вести скромный образ жизни, работая, например, фрилансером или дистанционным консультантом, чтобы минимально взаимодействовать с людьми. Она жила в комфортной, но не броской квартире с видом на раскинувшийся город, мерцающий миллионами огней, словно звёздное небо на земле. Автомобили, как жуки, ползли по дорогам, а человеческие голоса, смешанные с бесконечным гулом технологий, создавали какофонию, совершенно не похожую на тихий шелест леса.

И всё же, несмотря на века адаптации, её ненависть к людям никуда не делась. Она была глубоко запрятана, под слоем холодного презрения и безразличия, но иногда вспыхивала – при виде брошенного животного, при чтении новостей о бессмысленной жестокости, при каждом напоминании о том роковом дне в лесу. Она питалась энергией страха и иногда – восхищения, но эти чувства были лишь кормом, не затрагивая её истинного я. Лишь животные вызывали в ней отклик. Она могла часами кормить бездомных кошек под мостом или жертвовать огромные суммы на приюты, всегда анонимно.

Сегодняшнее утро не предвещало ничего необычного. Сон Ми направлялась в одну из элитных клиник для животных, чтобы проведать своего давнего подопечного – старого, беспородного пса, которого она спасла от усыпления. Она вела скромный, но надёжный седан, который не привлекал лишнего внимания, плавно лавируя в потоке машин. Её привычка двигаться по городу быстро, но незаметно, была отточена до совершенства.

Она вырулила из пробки и привычно превысила скорость на одном из поворотов, уверенная в своей реакции и возможностях машины. Внезапно из-за припаркованных фургонов на дорогу выскочил пёс. Сердце Кумихо, если бы оно билось по-человечески, ёкнуло, а время словно замедлилось. В древнем Чосоне она уже была бы рядом, но здесь, в этой махине из металла, её возможности были ограничены. Она резко выкрутила руль, вдавила тормоз до упора, пытаясь избежать столкновения. Визг шин разрезал воздух.

В тот самый момент, когда её автомобиль почти замер в сантиметрах от испуганного животного, из переулка, как выстрел, вылетел другой человек, с невероятной реакцией. Он бросился к животному, не задумываясь. Сон Ми тоже выскочила из машины. Её инстинкты, отточенные веками, взяли верх. Она двигалась быстрее, чем могла бы двигаться смертная женщина в таких каблуках. Она почти добежала до пса, когда почувствовала сильный удар. Не по телу, а по голове. Резкая боль от столкновения. Она инстинктивно отшатнулась, прижав ладонь ко лбу.

–Осторожнее! – вырвалось у неё, но не гневным рыком Кумихо, а резким, недовольным человеческим восклицанием.

Они столкнулись. Столкнулись лбами. Он, молодой человек, чуть выше неё, с растрёпанными тёмными волосами и пронзительными глазами, полными такой искренней тревоги, что это даже задело её. Он тоже потирал лоб, но его взгляд был устремлён на собаку, которая, к счастью, отделалась лишь испугом, а теперь дрожала, прижавшись к его ногам.

–Простите! Вы в порядке? Я… просто не глядя бросился к собаке.– он говорил сбивчиво, его голос был глубоким, но с нотками неловкости. Он наконец перевёл взгляд на неё. Его глаза, прежде полные одного лишь беспокойства за животное, расширились. Он видел перед собой женщину в самой обычной, даже мешковатой одежде – тёмных брюках и свободной толстовке, скрывающей фигуру, но даже это не могло полностью утаить её неземную стать. Её длинные тёмные волосы были собраны в небрежный пучок. На её лице, несмотря на минимальный макияж, было что-то невероятное: фарфоровая кожа, безупречные черты лица, полные губы. Но больше всего его поразили её глаза – бездонные, чуточку раскосые, казалось, они видели слишком много, а их взгляд был настолько острым, что пронзал насквозь. Она была воплощением восточной грации, отточенной веками, но всеми силами старавшейся затеряться в толпе. И именно это её стремление к незаметности парадоксальным образом привлекало внимание.

Сон Ми лишь пожала плечами, раздраженная такой человеческой неловкостью.

–Собака? – спросила она, игнорируя его попытки извиниться и его очевидное замешательство. Её голос был низким, мелодичным, но с металлической ноткой.

–Вроде бы цела… просто испугалась. – он осторожно погладил пса. – Но, наверное, стоит показать ветеринару. На всякий случай.

Сон Ми кивнула.

–Я везу её в клинику. Садитесь.– Она подошла к собаке, и животное, которое только что дрожало от страха, спокойно приняло её прикосновение. Она подняла пса на руки, и он доверчиво прижался к ней, уткнувшись носом в изгиб её шеи, словно узнав родственную душу.

–В смысле, я? – Дохён был явно ошеломлён её прямотой. Он не ожидал, что эта удивительная женщина так запросто пригласит его в свой автомобиль, который, хоть и не кричал о роскоши, явно был дорогим.

–Или вы хотите оставить её на дороге? – её бровь слегка приподнялась, и в её голосе скользнула нотка холодного недовольства, которая могла бы отпугнуть кого угодно, но Дохёна, почему-то, лишь ещё больше заинтриговала. В её манере был вызов, который не оставлял места для отказа.

Дохён, всё ещё потирая лоб, но очарованный её решимостью и этим невероятным спокойствием животного на её руках, поспешил вслед за ней. Он открыл заднюю дверь седана, а она, небрежно, но с удивительной лёгкостью, усадила собаку. Пёс сразу же устроился поудобнее, словно Сон Ми была его хозяйкой уже много лет.

–Я Дохён. – попытался представиться он, когда она садилась за руль. Его слова прозвучали в тишине салона слишком громко.

–Мне неинтересно. – отрезала она, не глядя на него, и машина, словно хищный зверь, беззвучно тронулась с места, плавно набирая скорость. Дохён замолк, но внутри у него боролись смущение, удивление и, как ни странно, лёгкая улыбка. Она была невероятной. Едкая, невоспитанная, но такая притягательная. Он чувствовал, что эта встреча не была просто случайностью.

Поездка заняла всего несколько минут. Тишина внутри салона была оглушительной, прерываемая лишь равномерным гулом шин по асфальту. Сон Ми вела машину уверенно и плавно, словно она была продолжением её самой. Дохён украдкой поглядывал на неё. Её профиль, чёткий и безупречный, выглядел так, будто был высечен из камня. Её руки на руле были тонкими и изящными, но движения – точными и сильными. Вся она была неким парадоксом: скромная одежда, полное отсутствие желания привлечь внимание, но при этом невозможно было отвести от неё взгляд. Она была как драгоценный камень, скрытый под слоем пыли – даже так он сиял.

Они остановились у входа в современную ветеринарную клинику, облицованную свежим стеклом и бетоном. Сон Ми тут же вышла из машины, вновь демонстрируя ту нечеловеческую грацию, с которой двигалась.

–Ждите здесь. – бросила она сухо, прежде чем исчезнуть внутри с собакой на руках.

Дохён остался один. Его мобильный телефон завибрировал в кармане, напоминая о неотложных делах: совещание по новым моделям смартфонов, звонок от отца, который, несомненно, снова будет давить по поводу его “бесполезных увлечений”. Он мог бы просто уехать. Но что-то держало его. Не только вежливость или беспокойство за собаку, но и необъяснимое любопытство к этой странной, прекрасной, отстранённой женщине.

Он прождал около получаса. Его терпение, обычно небезграничное, сегодня было поразительно растяжимым. Наконец, двери клиники распахнулись, и Сон Ми вышла. Она шла одна.

–Собака в надёжных руках.– сообщила она, на её лице не дрогнул ни один мускул. – Серьёзных травм нет, но ей нужен отдых и наблюдение.

Дохён почувствовал облегчение.

–Спасибо. Спасибо вам большое. Я тоже беспокоился.– Он ожидал, что она просто повернётся и уйдёт, но на её лице возникло выражение, которое он не сразу понял. Что-то похожее на… лёгкую улыбку? Очень редкую, почти неуловимую.

–Зачем вы бросились? Могли пострадать. – вдруг спросила она, и в её голосе, к его удивлению, проскользнула нотка… любопытства. Дохён пожал плечами.

–Не мог пройти мимо. Она же беспомощна. Разве вы могли бы оставить её там? Сон Ми пристально смотрела на него. Её взгляд был проницательным, изучающим, словно она видела его насквозь. Некоторое время она просто молчала, а затем кивнула, будто что-то для себя решив.

–У вас такие же глаза, как у него. – пробормотала она.

–У кого? – Дохён нахмурился, не понимая. Но Сон Ми уже отвернулась.

–Неважно. До свидания, Дохён.– Она стремительно направилась к своей машине.

–Погодите! – он поспешил за ней.

–Мы… мы ещё встретимся? Ну, по поводу собаки? Или… вы не хотите дать мне ваш номер?– Она уже открывала дверь машины. Обернулась. Её глаза чуть прищурились.

–Вы найдёте меня, если вам это действительно нужно.– С этими словами она села за руль, и на этот раз не дала ему и шанса на продолжение разговора. Машина тронулась и быстро скрылась за поворотом.

Дохён остался стоять посреди тротуара, ощущая пустоту там, где секунду назад стояла она. Он не получил её номера, даже не узнал её имени. Но он знал, что обязательно найдёт её. В его голове роились вопросы: кто она? Почему так себя ведёт? И почему, чёрт возьми, она сказала про “такие же глаза”? Он достал свой телефон и набрал контакт помощника.

–Отмени все встречи на оставшуюся половину дня. Мне нужно кое-что найти. Очень важное.– В его голосе звучала решимость, которую он сам не мог до конца объяснить. Это была не просто интрига, это было предчувствие чего-то значимого.