Глава 2

Лора громко гавкнула, призывая нас не ругаться. Подбежала ко мне, к Андрею и, размашисто виляя хвостом, гавкнула снова. Я прошла мимо мужа в комнату. Складывалось ощущение, что это всё дурной сон, и я вот-вот проснусь. У моего мужа любовница в два раза младше меня. Беременная любовница, у которой он собрался отобрать ребёнка!

В голове не укладывалось такое!

Лора забежала за мной, беспокойно прикусила рукав и потянула обратно.

– Отстань, – отдёрнула руку. – Не до тебя сейчас.

Она отошла. Я в жизни на неё голос не повышала и чувствовала себя виноватой. Но в комнате появился Андрей.

– Ты же хотела ребёнка.

– Не я хотела, а мы! Мы, Андрей! Только не все желания сбываются! А для тебя, как оказалось, это не проблема! Боже…

Ужас происходящего обрушивался не сразу – он окутывал постепенно, наносил удар за ударом по всему, во что я верила. Сметал надежду, веру, любовь.

– Я больше не мог ждать. Ты не хотела…

– Что я не хотела?! Я предлагала тебе взять ребёнка из детского дома! Это ты не хотел!

– Да, не хотел! – вдруг заорал он. – Я хотел свою кровь! – ударил себя кулаком в грудь. – Свою, а не чью-то!

– Отец не тот, кто запустил сперматозоид в яйцеклетку, а тот, кто воспитал! Кто дал дом, заботу, любовь!

– Какая, к чёрту, забота?! Я говорю тебе про конкретные вещи! Я хочу оставить после себя свою плоть и кровь, понимаешь?! Хочу, чтобы нить тянулась!

– Вот ты её и протянул!

– А чего мне было ждать?! Когда ты согласишься на суррогатную мать?!

– Я бы никогда на это не согласилась! Чтобы какая-то женщина вынашивала моего ребёнка, рожала его, а я в свидетельстве о рождение мамой была записана… – я отчаянно помотала головой. – Ни за что!

Муж стиснул зубы, на его скулах выступили желваки. Лора бегала между нами и уже не лаяла, а поскуливала.

Суррогатная мать?! Для меня даже разговор об этом был неприемлем. Ко мне на приём каждый день приходили беременные женщины. Многих я вела всю беременность и видела, как округляются их животы, видела, как крошечный эмбрион превращается в маленького человека. Да как я могла называться мамой, если бы мою кроху выносил кто-то чужой?! Я не представляла этого. Мне понятнее было взять ребёнка, оставшегося никому не нужным и подарить ему счастливую жизнь. Только Андрей был против. Две попытки ЭКО ни к чему не привели, и вот итог: мне сорок пять, мужу сорок семь, и у нас есть всё. Всё, кроме нашего продолжения. Хотя эту проблему он, оказывается, решил, пусть и без меня.

– Я подаю на развод, – сказала жёстко.

– Аня, – Андрей схватил меня за предплечье.

Я отдёрнула руку.

– Я всё тебе сказала.

– Развод ты не получишь! Из-за какой-то шлюхи… – он выругался сквозь зубы.

– Из-за этой шлюхи ты пустил всё под откос! Ты перечеркнул семнадцать лет брака! А теперь ты говоришь, что не позволишь мне семью разрушить?! Да это не я её разрушила, а ты!

– Я не дам тебе развод, – повторил он жёстко. – И поставить под удар свою репутацию я тебе не позволю. Забудь о Лене. Она родит и напишет отказ. На этом всё, Аня. У нас будет ребёнок. Мы об этом мечтали. Ань…

– Я не об этом мечтала, – процедила сквозь зубы. – Пойдём, Лора, – обратилась к собаке. – Гулять. Пойдём гулять, девочка.

В коридоре я схватила поводок и, пропустив вперёд собаку, вышла на лестничную клетку. Мне нужно было подышать воздухом – хоть несколько глотков воздуха, иначе бы я задохнулась от боли. Лора крутилась рядом, поддевала мою безжизненно висящую руку мокрым носом, а я глотала слёзы. Только бы не встретить по пути в парк никого из знакомых. А там… Там много безлюдных дорожек, где мои слёзы никто не увидит. Я была уверена, что Андрей меня любит, что мы – семья, а на деле… Небо рухнуло мне на плечи и придавило свинцовой тяжестью. Если бы не мокрый собачий нос я бы, наверное, потеряла связь с реальностью. Посмотрела на Лору.

– Вот так рушится жизнь, малышка, – прошептала срывающимся голосом, погладив собаку по мягкой шерсти.

Видимо, молитвы мои были услышаны, и мы скрылись в тени аллеи никем не замеченные. Я опомнилась, поняв, что всё ещё сжимаю поводок, а Лора идёт рядом без него и услышала вибрацию телефона в сумке. Андрей? От мысли о муже слёзы снова застлали глаза. Телефон замолк, но через минуту снова завибрировал. Я всё же достала его. Оказалось, что звонят из клиники.

– Слушаю, – ответила я, придав голосу спокойствие.

– Анна Викторовна, добрый вечер.

– Добрый.

– Это Мария – помощница главного врача. Можете завтра зайти к Геннадию Петровичу перед работой?

– Да, конечно. А в чём дело?

– Он с вами хотел поговорить насчёт новой клиники в Санкт-Петербурге.

– Если это касается предложения о переходе… – Я повернулась к Лоре, резко замолчав.

Она беспечно носилась по дорожке, радуясь прогулке, как трёхлетний ребёнок. Я явственно вспомнила, как мы с мужем забирали её у заводчицы – она была самая пухленькая из всех щенков. Мы вошли в комнату, и она побежала к нам, переваливаясь на маленьких лапках. А потом посмотрела мне в глаза, словно спросила: «ты моя мама?». И сердце растаяло. Я точно знала, что эта малышка должна уехать с нами, хоть изначально мы планировали взять мальчика.

– Я завтра зайду к Геннадию Петровичу, – сказала глухо.

– Спасибо, Анна Владимировна. Хорошего вам вечера.

– И вам, Мария.

Медленно дойдя до скамейки, я обессиленно присела на неё. Лора ткнула мне в руку найденной палочкой. Я не взяла. Она ткнула снова. И тут меня окончательно прихлопнуло. Обхватив её за шею, я уткнулась в шёрстку и заплакала. Да, Андрей хотел ребёнка, и я хотела. Но как он мог? Поступить с нами так?!

– Она же ему в дочери годится, – всхлипнула я. – И не любит она его, Лорка. Она же… не любит. Я его люблю, а она из-за денег.

Собака заскулила и лизнула меня, но от этого я заплакала только сильнее.

Столько раз слышала про измены от других, а теперь это коснулось меня. Как же больно и противно!

Я отпустила Лору.

– Ничего, – смахнула слёзы. – Я с этим разберусь. Я всегда его проблемы решала, и эту решу, – сказала, и Лора опять лизнула мою руку, а потом положила на колени палочку – уже не требуя играть, а словно бы делясь тем ценным, что у неё было, чтобы утешить меня. Жаль, но это было не в её силах.