Издеваетесь, да? – Чуть-чуть, – признался магистр. – Совсем чуть-чуть. – Голос его был удивительно нежен, даже ласков. – Ты так забавно сердишься, я каждый раз не могу удержаться
Райлин?.. Что случилось, девочка моя? Что с тобой? Не успела ничего ответить, Тейдж всмотрелся в мое лицо и совсем помрачнел. – Откуда у тебя этот синяк? – Его взгляд почти ощутимо, щекотно пробежался от лба до скулы. – И тут… И здесь… – Брови мужчины грозно сдвинулись. – На тебя напали? Покушались?! Где?! Кто пос-с-сме
он, мой шанс. Соскользнула на пол, на цыпочках прокралась к креслу, схватила плащ, поспешно закуталась. Прочь отсюда – из этой спальни, от этого непонятного магистра с его расспросами, обнюхиваниями и странными кошачьими зрачками. И плевать, что он красивый и у него такая фигура, и мышцы, и пресс, и кубики эти… Да пусть
Или хотя бы оденьтесь, наконец, – вырвалось у меня против воли. О Создатель! Надеюсь, это не то, о чем я думаю?Да я и не думаю об этом вовсе.Не думаю, я сказала! – Какая забавная, робкая, очаровательно-стеснительная адептка мне попалась, – лениво мурлыкнул наставник. – Увлекательная охота нынче предстоит.
Мама? – Уголки чувственных губ чуть заметно дрогнули. – Считаете, нам уже пора приглашать родителей? Не рано ли? Я всего лишь предложил доставить друг другу немного удовольствия, а не заключить помолвку. По-моему, вы слишком торопитесь, адептка.
Ма… ма… – пискнула отважно. – Мама? – Уголки чувственных губ чуть заметно дрогнули. – Считаете, нам уже пора приглашать родителей? Не рано ли? Я всего лишь предложил доставить
Мама? – Уголки чувственных губ чуть заметно дрогнули. – Считаете, нам уже пора приглашать родителей? Не рано ли? Я всего лишь предложил доставить друг другу немного удовольствия, а не заключить помолвку. По-моему, вы слишком торопитесь, адептка. Еще и издевается, мерзавец.Вспыхнувшая в душе злость вытеснила минутную растерянность и помогла собраться. – Магистр, – четко выговорила я ставшее ненавистным слово. – Спасибо за… гм
… Потемневший взгляд метнулся к моим губам, задержался там, вызывая странную щекотку и покалывание, и ощутимо потяжелел. А сам наставник вдруг как-то хищно подобрался, наклонился еще ниже, и его ноздри затрепетали, жадно втягивая воздух.