Цитаты из книг автора «Алина Ермолаева»

Мне без тебя больно Я бы могла сказать тебе, что я соскучилась, но мне не нравится это выражение – «Я по тебе скучаю». Скучают, когда скучно, а мне, к примеру, продохнуть за целый день некогда, так моя жизнь насыщена, заполнена работой, которую я просто обожаю, разными событиями. «Мне тебя не хватает» – тоже не то. Это значит – человек просто недостающая часть для того, чтобы счастливая картина мира была целостной. Нет, я абсолютно счастлива. Но ты и есть мой мир. Если бы ты спросил меня, что я испытываю, когда тебя нет рядом, я бы сказала: «Мне без тебя больно», и это было бы правдой. Как бы я ни была занята, захвачена временем, людьми и событиями, как бы радостно мне ни было, что-то

Просто ты перестал тонуть во мне, а я слушать тебя с придыханием сердца. Мы близкими такими были, что ближе не бывает. Но перестали однажды. Или всё-таки нет?

Потому что к любимым не возвращаются. Все пройдет

прямо в постели, а потом позвонить давнему приятелю и договориться встретиться в центре города примерно через час, прилететь туда на такси и, бросившись ему на шею, поцеловать прямо в губы. И всё это просто потому что захотелось. – Ну эти вещи вовсе не дурацкие. На таких вещах счастье и строится. Это, скажу я тебе, вообще в жизни самое главное – делать то, что ты хочешь прямо сейчас.

Дурацкие вещи Знаешь, я поняла, что иногда нужно совершать дурацкие вещи.– Дурацкие? Это какие? – Съесть, к примеру, мороженое в 12 ночи

Я тебя никогда не любила. Я даже не знаю, что это за штука такая – любовь. Я просто увидела тебя в тот день и поняла, что вот этому я бы подчинилась, ушла бы с ним хоть на край света, не думая о последствиях, убежала бы, если бы позвал, заботилась бы о нём, исполняла бы все его прихоти и готовила бы по утрам блинчики. Я тебя не люблю. Я просто за тебя очень переживаю, молюсь и желаю счастья. И ещё ты мне снишься. А так, нет, конечно во мне никакой любви. Жизнь отдала бы, сказал бы мне замолкни – замолчала бы, умри – умерла бы. Но не люблю. Я тебя никогда не любила. Всё это игры для маленьких, а мы с тобой давно взрослые люди, которые ни в какую любовь не верят. Я тебя не люблю… Я

Мы прошли все круги ада любви. Мы познали её со всех сторон. От жгучей страсти, до ядовитой ненависти. Мы испытали нежность, плавящую наши сердца, словно олово в огне, и ярость на грани помешательства. Мы хотели друг друга так, как ни одно живое существо не хочет другое. Наша ревность превращала нас в непримиримых врагов, а после кидала в объятия друг к другу. Мы ломали свою гордость, мы ползали на коленях в пыли, чтобы поднять с дороги своё достоинство. Мы познали эту любовь, испили её до дна – осушив нашу чашу, решили, что настал её конец. Мы отдалились друг от друга и даже почувствовали себя счастливыми, вдохнув полной грудью свежий и прохладный воздух свободы. Насладившись этой жизнью, испробовав на вкус чужие губы, мы поняли, что без любви нам гораздо легче.Мы успокоились и даже решили остаться хорошими друзьями. А потом вдруг взяли и, не сговариваясь, влюбились друг в друга снова…

Ты спросил меня однажды, почему я так люблю лето. Я тогда пожала плечами – странный вопрос, кто же его не любит? Да и что ответить, банальное: «Обожаю солнце, море, тепло»? А сейчас задумалась, и знаешь, наверное, лето я люблю не только за возможность просто сидеть на земле, вдыхать аромат трав и получать ровный красивый загар, доверчиво подставляя свою кожу солнцу. Я так люблю его, потому что летом у меня душа меньше болит…

Признайся, ты же не мог долго вытерпеть меня хорошую. Хватало тебя дня на два, на три, максимум. А дальше начиналось: не то сказала, не так оделась, плохо смотришь и смотришься. Сначала я изо всех сил старалась быть ещё лучше, занималась самокопанием, задавая себе бессмысленные вопросы: «Что я сделала не так?» и «Почему он снова недоволен?». А потом начинала злиться. Что-то там внутри меня настолько было несогласно с несправедливостью по отношению ко мне, что превращало меня в настоящую стерву, бестию, колкую и язвительную. Затем мне становилось на тебя как-то болезненно всё равно, и плевать я хотела на твои придирки. Я говорила, что думала, называя вещи своими именами, я делала, что хотела, и вела себя с тобой не только естественно, но вообще развязно и даже нагло, совсем не заботясь о том, что могу обидеть или разозлить. И о чудо. Отношение твоё резко менялось. Я видела угасший, уже было, огонёк в твоих глазах. Ты хватал меня резко, жадно впиваясь губами в мои, ты брал меня грубо, дерзко, но с таким желанием, с такой страстью, как будто до меня у тебя не было ни одной женщины. После чего укутывал меня такой нежностью, словно я была не чертом с тобой, выматывающим твои нервы, а ангелом во плоти.

Мне всегда нравились карие, но когда ты впервые посмотрела на меня своими бесовскими, матовыми, я понял, что отныне зелёный мой любимый цвет. Я всегда ценил женскую привлекательность, и для меня важны были ноги, попа, грудь. Ты была прекрасно сложена, но я смотрел на тебя и видел только твои глаза. Этот взгляд, в котором секса больше, чем даже в самом сексе – в нем вся ты. Смесь наивности и порока. Серьёзности, даже какой-то неземной мудрости и абсолютного легкомыслия, неприспособленности к окружающей действительности. Иногда ты была словно добрая фея, хрупкая такая, что тебя хотелось защитить от всего и всех, но порой я ловил себя на мысли, что хочу придушить тебя, когда в тебе просыпалась ведьма – злая, холодная, мстительная. Глаза твои меняли оттенок – от мятного, лесного, до цвета морской волны. Я пытался прочесть твоё настроение по ним, но оно так внезапно менялось, что я не успевал поймать его. Ты всегда была одно сплошное противоречие. Ты путала следы, словно хитрая лиса, подкрадывалась незаметно, как кошка и могла ужалить, подобно ядовитой змее. Со временем я устал тебя разгадывать. Я перестал пытаться переделать тебя, подавляя в тебе всё дурное, потому что понял, без плохого в тебе, не было бы так притягательно хорошее.