...будем уважать патриотизм, даже когда он заблуждается.
Культ родины вовсе не исключает культа любви; наоборот, одно подчиняется другому
У меня знаменательное событие! Я прочитал еще одну хорошую книгу. На этот раз – всемирного классика. Сие событие ждало этого дня двадцать с лишним лет, и подсуетись я вовремя, сейчас закрыл бы ее в «Долгострое». Ну да ладно, лучше поздно, чем никогда, и написать отзыв на «Шевалье» гораздо проще, чем проследить судьбу 10-килограммового тюка макулатуры, в обмен на который у меня эта книжка в свое время и появилась.
Не то, чтобы я хорошо был знаком с творчеством Александра Дюма, но пара-тройка прочитанных произведений и еще несколько, содержание которых я знаю по фильмам и по учебнику истории зарубежной литературы, а также сам факт, что Дюма в литературу вошел на веки вечные, дали мне неделю назад четкую уверенность в том, что я прочитаю хорошее произведение. Так и получилось, хотя «Шевалье де Мезон-Руж» стал первой книгой, читая которую я несколько раз «ходил к тете Вике» (обращался к Википедии), чтобы разобраться, что к чему в той эпохе – эпохе Великой французской революции, описываемой в романе.
Да простят меня социалисты, коммунисты и просто сочувствующие, но я уже давно для себя определил, что революция – это плохо, это страшно, это жестоко и не гуманно, и что прав был Федор Михайлович Достоевский, не принимавший ничего подобное, если цена тому – слезы ребенка. Ну а как, скажите мне на милость, принять революцию, из-за которой головы с эшафота летят сотнями и тысячами, где смертная казнь применяется только за одно уже подозрение к нелояльности Революционной идее и, к слову, вообще является единственным видом наказания за любое инакомыслие? Как следует из Википедии, в годы Великой французской революции погибло и было казнено по разным сведениям до двух миллионов человек.
Когда теряют убежденность, теряют и верность.
Так вот, читаю я «Шевалье де Мезон-Ружа», постигаю все эти тонкости революционной борьбы с аристократами, все эти безумства, а в голове одна мысль – «они ничего не поняли»!
«Они» - это я имею в виду наших революционеров, российских, начиная с народников, и заканчивая большевиками. И думаю – то ли за чтением Маркса у них не было времени читать прочую литературу, вроде Александра Дюма, то ли считали его буржуазным писателем и поэтому не читали из принципа… Но неужели ни у одного не екнуло в сердце, не засосало под ложечкой от описания этих бессмысленных убийств, этих гонений, ком подвергали не только аристократию, но и всех «подозрительных»?
А где-то в середине книги наступил перелом восприятия.
Снова идем к «тете Вике». Что такое Великая французская революция? Это «крупнейшая трансформация социальной и политической систем Франции, произошедшая в конце XVIII века, в результате которой был уничтожен Старый порядок и Франция из монархии стала республикой де-юре свободных и равных граждан» (а кто не захотел быть свободным и равным, пожалуйте свою голову в гильотину, - это уже моя ремарка – serovad) Ну, и копнув немножко глубже, совершив кратко-беглый экскурс в историю Франции, убеждаемся, что, во-первых, французский абсолютизм действительно привел страну к социальному, экономическому, политическому, национальному и прочим кризисам. И что избавляться от абсолютизма надо было во что бы то ни стало. Ну а как от него избавиться, если не путем революции. Тем более, что первая попытка – сделать из абсолютной монархии конституционную – успехом не увенчалась, и король Людовик XVI продолжал гнуть свою линию (за что в конце концов и получил ножом гильотины по шее). Все логично – добровольно ни одна власть никогда, ни за что не признает ошибочность своего курса, и будет бороться за себя и за свою кормушку до последнего. До победного. До финальной капли крови своего заключительного сторонника. И вывод начинает потихоньку напрашиваться – чтобы построить новое общество, общество равных, общество свободных, иными словами общество граждан, пусть даже и такое примитивное общество, какое получилось во Франции в конце XVIII века, надо было… всем аристократам пустить кровь через сонную артерию?
О, Боже мой, до чего я дошел! Начал сомневаться в своих антисоциалистических убеждениях!
*****
Александр Дюма – гениальный писатель. Редко кому удается соединить в одном произведении исторический роман и любовный сюжет, да так, что одно от другого не отделимо. Хотя с исторической точки зрения автор все-таки местами нагрешил. Например, что приговоренная к смерти королева сама себе обрезала волосы, а не палач сделал это после оглашения приговора. Или что сын казненного короля был отдан сапожнику Симону на перевоспитание до казни королевы Марии-Антуанетты – если верить историческим данным, сначала казнили королеву, потом ребенка отдали сапожнику. Ну и так далее.
Ну да ладно, не будем придираться – Дюма наверняка хотел сделать свою сюжетную линию более стройной, героев – более героическими (или трагическими – это где как). Мне все-таки кажется, что Дюма был не очень сторонником революции и сочувствовал тем, кто выступал против революционных порядков (кстати, ему явно повезло родиться после революции, а то буквально не сносил бы своей головы). И вот он пишет чудеснейшую историю любви двух людей – любви, ставшей в конце концов роковой для обоих. Франция, Революция, король казнен, королева еще нет, преданный делу Морис влюбляется в заговорщицу Женевьеву, дело которой – вместе с мужем Диксмером и шевалье де Мезон-Ружем – помочь бежать королеве из тюрьмы. Женевьева не может долго противиться этой любви, да и разворачиваемая драма сама толкает ее в объятия Мориса. Ну а потом заговоры, погони, месть мужа, принесшего Женевьеву в жертву несостоявшемуся спасению Марии-Антуанетты… События увлекают в гибельный омут Мориса и его лучшего друга, и втроем – с Женевьевой – они погибают на гильотине. Но все же
Есть вещи, к коим смертный час рождает высшее почтение.
...и финал книги - именно такой.
Страшно? Интересно? Страшно интересно! Особенно еще и потому, что до второй части романа шевалье де Мезон-Руж является как бы отсутствующим персонажем. Он лишь упоминается в книге под этим именем, и хотя он участвует в действии, но только как химик по имени Моран (впрочем, я вскоре догадался, кем Моран является на самом деле!). В общем, снова была мысль – ну вот, сначала мне попалась «Дочь Монтесумы», в которой не очень про дочь Монтесумы, потом «Асканио», где не совсем про Асканио, и «Оцеола, вождь семинолов», где Оцеола не главный герой. И тут получилось так же, с той лишь разницей, что во второй части книги шевалье де Мезон-Руж все же вышел на первый план и почти отодвинул Мориса с Женевьевой на второй. И теперь мы видим человека, фанатично преследующего одну цель, спасти королеву, невзирая на то, что его попытки рушатся она за другой, что жертвами его усилий становятся неповинные люди.
Есть в романе еще один персонаж. Это толпа. Преимущественно революционно настроенная. Появляется редко, но метко и затем, что в очередной раз показать, что толпа – это страшно. А беснующаяся толпа – это очень страшно.
Роман увлекает, захватывает, хотя и делает из большинства персонажей стереотипных героев. Морис излишне красив, могуч и благороден, а Женевьева настолько великолепна, что ее образ невольно соединяешь с образом своей подруги из глубин молодости – очень мимолетной подруги, не успевшей себя ничем запятнать. Зато главным человеческим качеством, которое Дюма воспевает в книге, является человеческое достоинство. С ним королева живет последние дни, не без него тюремщики относятся к ней с сочувствием. И наоборот, без него оказывается Диксмер, сапожник Симон и другие персонажи.
Есть люди, недостойные имени человека. Есть трусы, которые отроду не сражались, и им необходимо мучить побежденных для того, чтобы убедить самих себя в том, что они победители.
*****
Я прочитал замечательную книгу. И сделал тем самым себе же отличный подарок к году своего присутствия на ЛайвЛибе.