Логичен ли подвиг

Иралия Моисеенко

– Мамулечка, что такое подвиг?

– Я думаю, когда ты делаешь до конца что-то через большое усилие, очень важное для тебя или для людей. Бывают ещё героические подвиги. А почему ты спрашиваешь, дорогой?

– Нам задали сочинение на тему «Логичен ли подвиг?»

– И что ты думаешь об этом?

– Я размышляю.

«Что есть подвиг? Для каждого он разный. Кому-то посидеть в тишине именно сейчас, это подвиг. Для кого-то подвиг бросить курить, пить. Для кого-то сейчас трудно не заглядывать туда, откуда он ждёт сообщений, кому хочет писать, кого любит. Может быть, это маленький подвиг. Логичен ли он?

В одной из своих книг В. Фромм сравнивает человека, находящегося в концентрационном лагере, с тем человеком, который осуждён на десять лет и находится в заключении. Осуждённый может отсчитывать годы, месяцы, дни, делать зарубки и знать, что придёт конец срока и он будет освобожден. Он совершает подвиг над собой, хотя перед этим он совершил преступление.

Жизнь в концлагере ежедневный подвиг, не добровольный, человек не знает своего срока, не знает, будет ли вообще свобода у него. Может быть, это последнее в жизни, что у него есть, ведь тех, кто находится рядом с ним, периодически сжигают в печи.

Подвиг не впасть в апатию, подвиг не стать безразличным. Фромм описывает случаи, когда находившиеся в концлагере становились настолько безразличными ко всему, что не выходили на построение, где раздавали наряды на работы, не принимали пищу. Они полностью теряли смысл жизни. В тех условиях стремиться выжить, иметь цель действительно был подвиг. Логичен ли он? Разумен? Думаю, да. Цель: выжить и не деградировать.

Подвиги бывают разные. И ценность у них разная. Совершаем подвиги, о которых пишут, за которые дают награды, а простое прощение человека, заставить его улыбнуться, обнять его – иногда тоже подвиг.

Да, наша жизнь состоит из подвигов. Для некоторых, даже если это и звучит как ирония, утром подняться с постели – подвиг.

Когда человек теряет смысл жизни. Когда он встает и знает, что его ждёт бой, или, когда он встаёт и знает: его ничего и никто не ждёт.

Наша жизнь сама по себе подвиг. Только каждый совершает свой подвиг.

Дотянуть на горящем самолёте до реки, чтобы он не взорвался над городом, это подвиг.

Мой дядя при взятии Будапешта совершил подвиг. Побежал с гранатой навстречу пушке, которая постоянно стреляла из арки на площади. Войска не могли пройти. Дядя побежал. Одновременно выстрелила пушка, и он бросил гранату. Пушка замолчала, город взяли. А дядя очнулся в Москве в госпитале глухой, слепой и парализованный на одну сторону тела. Это тоже подвиг. Об этом написали. Ему дали Героя. Логичен ли был этот подвиг? Разумен?

А разве не подвиг для мальчишки совершить какой-то рискованный шаг перед девочкой? Прежде ради любви отказывались от короны, начинали войны.

Подвиг дойти до конца, не бросить начатое дело. Написать диплом, защитить его. Начать тренировки, получить результат, закончить музыкальную школу.

Все ли подвиги победные?

Когда маленький ребенок подчиняется взрослому, иногда для него это подвиг.

Можно построить АЭС, БАМ и это тоже подвиг. Но прийти на ликвидацию последствий после взрыва на этой атомной станции победный подвиг.

Да, скажете вы, что-то много подвигов, Подвиг, это то, что подвигает нас что-то делать. Вор, который решился что-то украсть, пошёл, украл, ему удалось. Да, для него это был своего рода подвиг. Логичен ли он? Разумен? Не каждый подвиг приводит к победе.

Люди поют себе дифирамбы, превозносят себя, строят и разрушают. Теория эгоизма, даже если не провозглашается открыто, работает, она живет в сердцах людей.

Кому-то подвиг принять ребенка, подвиг потом его терпеть, он не вписался в те рамки, которые ему были уже заранее поставлены. Он не такой, как ожидалось, нужно напрягаться, нужно любить, когда злишься. Нужно терпеть, когда не хочется, а хочется осуждать, когда нужно похвалить, идет непринятие вместо любви.

Когда берёшь сироту, калеку, больного, инвалида, это начало подвига. Но когда потом любишь все его дурные привычки, любишь его таким, каким ты взял: кривым, косым, обозлённым, эгоистичным и гордым, и ты продолжаешь его любить-это подвиг. Когда ты не выкладываешь фотографии в социальные сети на весь мир какой ты добрый. Ты еще не взял, а тебя уже хвалят. И победить в этом себя это тоже подвиг.

Подвиг жить, когда вас много в семье и нужно приспосабливаться к каждому, или когда пытаешься выжить в трудных обстоятельствах. И подвиг одиночества.

И кто-то ночь не спал, пёк куличи, это тоже подвиг.

Боль. Больница. На операцию. Ты был всё время с родителями, а тут тебя на каталке везут одного и принимай решение: терпеть, реветь и нет никого рядом. Тяжело учиться подвигу.

Встать на колени перед Богом и сказать, что ты грешник, попросить прощения, когда ты знаешь, что ты жил хорошо, ничего плохого и не делал. Это подвиг! Логичный. Потому что приводит к победе.

Но он бы ничего не стоил, если бы не совершился главный подвиг во вселенной.

На Кресте. Когда Христос пришел и сказал: «Я вас так сильно люблю, идите ко Мне, Я столько в вас вложил сил, любви, творчества… Вы уникальны. Таких, как вы, не было никогда и не будет больше. Я вас очень люблю. Не погибайте!»

Его подвиг был победным!

Господь всё испытал: и одиночество, и принял нас как сирот, усыновил, совершил подвиг красоты, совершил подвиг справедливости и не только горящий самолёт над городом отвёл, над всей землёй страшную беду отвёл от погибели вечной. Он сделал всё, что было нужно.

Нет ничего более великого и сильного, чем сила любви. Эта сила Его воскресила.

Он воскрес! Он победитель! Единственный победитель! И это логично!»

– Мамочка, я написал. Тебе нравится?

День в скафандре

Алла Кучер

«Пошли, скрипач, в открытый космос…»

«Кин-дза-дза!»

Вы любите Космос? А что вы знаете о нем?

Странный вопрос, наверное. В наше-то время, когда « космические корабли бороздят» и так далее. Когда интернет всегда под рукой, а мы нашпигованы информацией так, что через край…

Это уже банально. И даже запредельно далекое кажется здесь, рядом, под рукой.

Я не знала, как подойти к такой красивой, но специфической для меня теме.

А потом просто надела скафандр.

И понеслось…

Признаюсь, за последние непростые годы я это делала уже не один раз.

Я о скафандре…

Надеваю скафандр, когда хочу отгородиться от чужой глупости, назойливости или просто побыть одна.

В своем Космосе.

На самом деле Космос и я созвучны. Многомерность и завораживающая бесконечность меня притягивают и долго не отпускают. Я часто занимаюсь поиском чего-то, о чем ничего не знаю и куда не попасть просто так.

На моей тумбочке в спальне уютно пристроилась книга.

Это «Вселенная» Стивена Хокинга.

О, там много о чем можно узнать: пространство и время, черные дыры и новые Вселенные. Не то чтобы я эту книгу старательно читаю, но периодически заглядываю. Открываю иногда наугад – что там сегодня? О, это же пророчество:

«Однако, в конце концов у Солнца кончится ядерное топливо. Этого не случится ещё примерно пять миллиардов лет, так что можно не спешить заказывать билет на другую звезду».

Отлично, мне это подходит. Можно даже сказать, дает силы и вдохновляет на завтрашний день.

Книжная чёрная обложка с белыми буквами напоминает тот самый Космос. Великий и необъятный мир.

А недавно я узнала о таком явлении, как Сопряжение Сфер. Но это уводит мысли еще дальше, в другие миры, наполненные магией, фантастическими существами и другими смыслами. Поэтому сегодня смиренно пройду мимо.

Кроме книги у меня есть персональный гид по звездному небу. Проверенный годами и временем. Мой муж умеет «идти по звездам», полагаясь на врожденное чувство пространства и штурманский опыт. А мне достаются облегчённые версии экскурсий среди звёзд.

Пояс Ориона и Дельфин, Альфа Лиры с ярким Сириусом, Кассиопея и Полярная звезда. Я привычно поднимаю голову в далеких странах и пытаюсь найти хотя бы то, что знаю. Свою маленькую точку опоры в чужом месте. А как интересно сравнивать звездное небо северного и южного полушарий.

Однажды занесло на мыс Канаверал во Флориде, А там…

Ну, да, там же Космодром NASA!

Конечно, я для себя нашла оправдание – надо же сыну показать ракеты и космические корабли. Мы на космодроме пошалили, забираясь внутрь ракет, бегая внутри и заглядывая в таинственные отсеки. Я все ждала, что мой сын скажет, что хочет быть космонавтом. Но нет, не сказал. А вот про летчика задумывался.

Там же, во Флориде, состоялся семейный «полет на Марс».

О, Боже! Если эта коротенькая имитация полёта задаёт такие ощущения перегрузок, эмоций приземления, взлёта, то что ж там на самом деле происходит! А этот гул двигателей и дребезжание, и понимаешь, что такое «земля уходит из-под ног». И выходим из космического корабля, пошатываясь, под суровую героическую музыку, такие почти астронавты. Настолько эпично и захватывающе! Это невероятно, но с тех пор я думаю, что на Марсе уже побывала.

Один далекий друг называет меня «инопланетянкой». Это смешно, ведь по знаку я Дева, земная и прагматичная. Но, возможно, он считает это оригинальным комплиментом.

Только иногда он говорит, что смотрит на звезды и думает обо мне. И даже передает какое-то мысленное послание. Вот тут я теряюсь и не знаю, что сказать. Но, если честно, приятно быть для кого то не такой, как все. Пусть даже чуть-чуть «инопланетянкой».

А однажды дело было под наркозом. Отключившись, я попала в лапы страшных видений и думала, что нахожусь среди пришельцев. «Пришельцами» были люди в белых халатах и масках, и мне очень хотелось отбиться от их рук. Но под наркозом не отобьешься. Пришлось терпеть.

А через 5 лет я случайно узнала, что у меня только одна доля щитовидной железы. Врачи озадачены. И я в недоумении. И только муж пошутил по этому поводу: «Может, инопланетяне похитили?»

Вот дела, не знаю. И, кажется, это не смешно. Так и живу, не понимая, куда подевалась половина нужного органа.

А как быть с моей подругой Лунной Кошкой? Уж в её существовании я не сомневаюсь. Эта Кошка знает тайные дорожки среди Звездного неба. Легко прыгает ночью между Вселенными и Мирами. А утром не добудишься, и не потому, что она лентяйка.

Но я в скафандре долго гулять не приспособлена. Не привыкла ещё. Пора снимать и возвращаться домой.

Потому что здесь у меня тоже звездопады с загаданными желаниями или с теми, что пока не успела загадать. И звездная пыль, брошенная маленькой феей Динь Динь, падает на бумагу, осыпается звёздами, и мне опять блуждать среди них бессонными ночами.

И чувствую я себя вечным странником в бескрайнем мире, где каждый стремится отыскать свою звезду.

За все надо платить или самаркандские страсти

Альфия Мансурова

В августе 1973 года, махнув на прощание любимой Казани новеньким дипломом химика, мчусь на отработку практики в центральные Кызыл-Кумы. Есть среди друзей и такие, что крутят пальцем у виска в мою сторону.

Рейс отправляется с большой задержкой, пара часов в Ташкенте, и вот уже сижу в прохладном салоне новенького Як-40.

Через час полёта над пустыней садимся на маленьком пятачке затерявшегося в песках аэропорта. Город-оазис Навои встречает пеклом в 44°С.

На выходе из самолёта колючий ветер обжигает лицо – невольно прикрываю глаза, на зубах скрипит солоноватая песчаная пыль.

Так начинается моя новая эпоха в древнем Туркестане – государстве Саманидов, которая продлится ни много, ни мало, тридцать два года.

Исмат – молодой специалист, стажёр аммиачного производства. Самаркандский таджик. Крепкого телосложения, смугл, вальяжен. Чёрные лоснящиеся волосы прилизаны набок, небольшие глазки слегка прикрыты, нижняя губа оттопырена. Женат.

Закрепили его за опытным аппаратчиком – яркой, острой на язычок, статной блондинкой, Галиной Колесник.

Он не сводил с неё восхищенных глаз – похоже, влюбился не на шутку,

Но «женатику» не повезло – Галина невзлюбила и беспощадно гоняла новичка:

– Почему до сих пор кислород не в лаборатории?

Исмат багровел, швырял все, что под руку попадало:

– ПАчИму я, специалист с высшим образованием, должен носить эти прАклятые вёдра с жидким кислородом?!

Восток – дело, может, и тонкое, но предсказуемое.

Исмат пригласил Галину в путешествие по античной Согдиане, ныне Самарканд – он родом оттуда.

– Повезло, – завистливо мелькнуло у меня в голове.

– Одна не поеду, – отрезала Галина.

На самаркандский вокзал Исмат приехал на чёрной «Волге» с другом Рузи. Друг, понимаю, был предназначен для меня. Ну, спасибо!

Рузи – черноглазый, худощавый самаркандский таджик с весёлыми внимательными глазами. Историк и гид с торопливой русской речью.

С первого взгляда влюбилась я в тебя, Самарканд – один из древнейших городов мира с множеством сногсшибательных объектов ЮНЕСКО!

Великолепная площадь Регистан, легендарная обсерватория Улугбека, средневековый мавзолей Шахи-Зинда – росписи на резном мраморе, мавзолей Гур-Эмир, где под нефритовыми надгробиями покоятся жестокий завоеватель Тамерлан – Хромой Тимур, его сыновья и внуки.

Мавзолей на холме Афросиаб окутан легендами. Там, по преданиям, покоятся мощи библейского пророка Даниила. Ходжи Данияр, называют его мусульмане. Античные мечети и храмы – все эти шедевры покорились нам в этот волшебный день, который завершился бесшабашным ужином в популярном узбекском ресторане.

Андижанскую польку выплясывали под всеобщие аплодисменты и плотоядные взгляды местных джигитов на мою яркую подругу Галинку.

Шурпа из молодой баранины с шалганом и зеленью, знатные шашлыки, бордовое узбекское вино, терпкий зелёный чай.

Ферганский плов с ачик-чучуком так и остался скучать нетронутой янтарно-жемчужной горкой.

Такси. Апартаменты.

Заранее было решено, что мы ночуем одни, но парни напросились на «чай».

Дубовые двери, высокие потолки, дорогая уютная мебель, изобилие курпачей и нарядных плюшевых подушек – чьё же это жилище?

Осмотрев комнаты, Галина приняла решение:

– Будем спать в зале.

А парни и не думали покидать квартиру – обманули, но поклялись не беспокоить.

Исмат попытался поцеловать Галину, но она увернулась, перевела попытку в шутку.

Разошлись по комнатам. Тишина.

Мы наскоро помылись. Прислушались. На цыпочках прошмыгнули в свою комнату.

У Галки сильные руки: ножка стула намертво воткнулась в позолоченную рукоятку двери.

Я вылупила на неё глаза:

– Гал, порядочные парни…

Она усмехнулась:

– За все надо платить, дорогая.

Осторожно волокли мебель, строили баррикаду.

Спать легли вместе на пузатом диване, укрылись курпачами.

Проснулись одновременно, как ошпаренные.

Скрипела дверь – её раскачивали с другой стороны.

Галка сжала мне руку:

– Не бойся! Мы в безопасности.

Движение за дверью усилилось:

– Галина Григорьевна! Альфия! Откройте, по-хорошему!

Голос Исмата менялся, просьбы, требования чередовались с ругательствами, дверь трещала, стул зловеще подскакивал.

Ни один Галин мускул не дрогнул.

Я мелко постукивала зубами – мне было что терять.

Часа полтора парни пытались выдавить дверь.

Упрашивали открыть. Уговаривали, обещали.

Уходили посоветоваться и возвращались. Требовали, угрожали.

Я пыталась образумить Рузи – он был трезвее и спокойнее Исмата.

Облом, мальчики!

В конце концов возня за дверями прекратилась.

– Пфух – выдохнули мы с Галиной и, обессиленные, упали на диван. Проспали до полудня, когда добралось сквозь окно до нас слепящее южное солнце, обещая новый день. Другой.