Бывают ночи, когда не волки воют на луну, а наоборот.

Джордж Карлин

Непостижимо загадочна и прекрасна зимняя ночь в Пиренеях. Ослепляющая россыпь крупных звёзд вокруг серебряного рожка луны, ветер разносящий странные звуки спящего леса, крики диких зверей – всё это напоминает жуткую сказку услышанную в детстве, в одном из долгих вечером рассказанную кем-то из взрослых, чтобы произвести на тебя впечатление, от которого потом долго ворочаешься в кровати и не можешь заснуть хоть и прекрасно понимаешь, что это всего лишь бурная фантазия рассказчика и местные легенды.

Только в горах и лишь только в них, может быть так темно после заката солнца, даже лунный свет который падая на снег, разбиваясь на тысячи мелких блестящих звёзд разносимый позёмкой, не способен осветить даже маленькую толику ночного леса. Где-то в дали свистит, завывая ветер, качая макушки елей и ветки сосен, ухнул бубня свою песню старый филин наводя в округе кошмар на зайцев и мышей.

Молодой пастух Эдер стоял по колено в снегу и задумчиво смотрел в темноту леса, вчера, его друзья охотники, видели очень крупные следы волка и предупредили его. Очевидно это волк-одиночка, но все равно лишняя предусмотрительность не помешает думал он, закручивая в самокрутку душистого табака, после поднятия цен на сигареты, он как и все остальные курильщики на селе стал курить табак в пачках. За спиной захрустел снег от шагов, он повернулся, она прижалась к нему, обдав ароматом тёплого женского тела и кухни. Вздрогнув от неожиданности, спросил:

– Ты ещё не спишь?

– А ты?-отпарировала она

– Вчера мой друг Сандро видел след волка в лесу, боюсь, что это одинокий скиталец, от него всё можно ожидать

– Дорогой у тебя отара в хлеву, под семью замками, тебе нечего опасаться пойдём домой, нас ждут дети, ты обещал им рассказать сказку про волка, ты не забыл?– не успела она докончить свою фразу как из самого мрака лесной чащи прозвучал душераздирающий вой волка, казалось это было где-то совсем рядом.

– Теперь сказку придётся рассказать в следующий раз – со злостью – отойти пожалуйста, слегка отталкивая её, быстро идя в направлении дома, где в железному шкафу, хранилось оружие, он схватив винтовку вышел во двор и стал как ненормальный палить в воздух, держа как можно дальше от себя ружьё, чтобы не оглохнуть, напугав тем самым жену и детей, которые выбежали вслед за ним, прижались к ней держась за подол длинного платья. Волк, не обращая на выстрелы, продолжал подавать голос, тогда перешагнув через сугроб разъярённый, он направился в прямо в лес, а она бросив детей побежала за ним, повиснув на руке с ружьём, умоляюще смотрела ему в глаза, шепча:

– Умоляю тебя не стреляй, ты убьешь его!

– Что я и сделаю, избавлю всех нас от этого проклятого оборотня – лицо его стало суровым и полное решимости

Из раздвинувшихся, кустов мелкими шажками им навстречу шёл волк, его серые глаза неестественно светились в ночи, Эден мгновенно вскинул ружьё и выстрелил, промазал, хищник неторопливо не обращая на выстрел, продолжал идти прямо на него. Тогда, она властно опустила рукой его ружьё, пошла вперёд, встала между ним волком.

Эдер родился в семье потомственных крестьян, в Пиренеях, его дед, прадед и даже дед прадеда, труженики земли. Он, пятый ребёнок в семье и как многие его сверстники, рано ушёл из дому, покорять Париж. Поначалу жил у старшего брата, с его сварливой женой Эстер, от которой никому житья не было, позднее ушёл от них и стал сам снимать недорогую квартиру, в окрестностях города. Он был коренаст, неплохо сложен, светлыми глазами с проницательным взглядом пиренейского крестьянина, баско-каталанская кровь так и играла в жилах, пышущего здоровьем тела. Вначале он работал помощником водопроводчиках, у пожилого норманна и пристрастился к бутылке calvados, пил с ним, как бездонная бочка, по вечерам после работы. Вскоре трудолюбивого паренька, на фирме заметили и послали учится за счёт предприятия, с условием, что он продолжит работать у них после окончания учёбы. Проработав ещё пару лет и поднакопив деньжат он продолжил учебу в университете, став специалистом в области воды и водных ресурсов.

Иногда с людьми происходят самые разные истории, невероятные приключения, бывает услышишь, что то подобное на стороне, даже засомневаешься в достоверности, спросишь себя, а не ложь ли это? Но когда это случаются именно с тобой, а в её достоверности удивляются теперь другие, тебе ничего не остаётся как попытаться с достоинством выйти из сложившейся ситуации – такова жизнь и её неписаные правила существования.

Тусклый свет неоновых ламп мягко освещал неровности шершавых стен бара, лица людей принимали мягкие очертания и даже те кто был не в восторге от своей внешности становились, временно, красивыми и привлекательными. Волшебные звуки джаза сочно лились из четырёх чёрных динамиков развешанных в разных концах небольшого зала. Эдер сидел рядом с Нилом, напротив стойки изредка перебрасываясь парочкой несущественных слов с толстым барменом, который несмотря на свою тучную фигуру, довольно таки ловко орудовал бутылками и одновременно жонглирую коктейльным шейкером. Бурбон в бокале рокс успел порядком потеплеть, лёд давно уже растаял и он скучным взглядом завсегдатая принялся осматривать знакомый до мелочей интерьер бара, публику заведения, как случайно его взгляд упал на молодую девушку. В ней буквально все было в его вкусе – губы, нос, ямочки на щёчках, длинные тяжелые каштановые волосы до плеч, манера говорить, жестикуляция, смеяться раскатисто-звонко с задорными искорками в зелёных глазах. Моя девушка: подумал Эдер, неплохо было бы с ней познакомиться. Компания друзей где она сидела была слишком большая для такого маленького бара на конце парижской улочки, видимо они попали сюда случайно, человек семь и все, что-то рассказывали ей наперебой закатываясь смехом. Эдер начал пристально смотреть девушке в глаза стараясь поймать её взгляд, чтобы заиметь хоть малейший повод, подойти и познакомиться с ней. Она упорно не смотрела в его сторону словно догадывалась о его намерениях.Так может продолжаться бесконечно, подумал он и повернулся к бармену, чтобы попросить ещё стаканчик Бурбона. После пары глотков, заметил как в нем стала появляться неконтролируемая самодовольная уверенность, очевидно последствие алкоголя. Ещё немного и он бы подошёл бы к ней, но этого не произошло. Лишь по простой причине, пока он разворачивался к бармену за очередной порцией виски и перебросился парой слов с Нилом, их уже не было за столиком. Вся компания выходила один за другим из бара и садились в чёрный отливающий глянцем новенький Renault espace, она поднималась последней, кто-то из машины окликнул её:

– Аида, ты можешь двигаться быстрее?

Она грациозно приподняла юбку из тёмного сукна, оголив точёные лодыжки и села на переднее сиденье.

С нескрываемым разочарованием он смотрел им вслед. Порыв городского ветра хлопнул в лицо дымом от глушителя и машина взревев начинала трогаться набирая скорость, развернулась на противоположенную сторону и понеслась. Во время этого опасного манёвра, опустилось переднее стекло на двери и показалась её голова с развивающимися волосами, она бросила пронзительный взгляд на Эдера и тут же исчезла в глубине темной кабины, он сделал шаг вперёд, и остался стоять на тротуаре в полном смятении.

– Твоя знакомая – спросил Нил?

– Не знаю, нет первый первый раз её вижу

– Так нет или не знаю

– А ты как думаешь?– с недовольством

– Судя по взгляду которым она тебя наградила на прощание, у тебя был с ней когда-то роман и довольно таки серьёзный.

– Ага, роман глазами! Знаю только, что зовут её Аида!

Познакомится с девушкой, для Эдера никогда не представляла проблему, если кто может и стесняется подойти к понравившейся девчонке, заговорить с ней, то робким или нерешительным его не назовёшь, у него это всегда получалось просто. Сказать что нибудь приятное незнакомой девице, не важно как она тебя воспримет, главное сказать, именно сказать, а не съязвить, не сумничать – этого они не переносят, но если тебе удасться ещё вставить пару слов о её красоте или рассмешить, успех почти обеспечен, поверь мне, правда многое зависит от настроения и не только твоего.

Но та встреча, если это можно назвать встречей, навсегда останется в его памяти.Такого ещё с ним не бывало никогда. Не перемолвившись парой слов, не зная её имени, кто она, откуда, её милый образ настолько крепко сядет в его упрямой голове баска, что он навсегда потеряет покой. Неужели я влюбился, спрашивал он самого себя, если да, то в кого? Ха! В прекрасную незнакомку. Её поиски конечно не могли никогда увенчается успехом, в таком мегаполисе как Париж, и он это прекрасно понимал. Это то же самое, что искать вчерашний ветер на улицах большого города – думал он и всё же, каждый день по вечерам прилежно заходил в бар, не оставляя надежды встретиться с ней ещё раз.

В свободное от работы время, молодой деревенский парень Эдер часто бродил по лесу, искал уединение как спасение от повседневности. Он заходил в самую чащу, ложился на траву с соломинкой во рту и подолгу смотрел на небо, наблюдая как плывут в вышине облака. Здесь ему нравилось всё; тишина, столетние сосны, рыжые белки перебегающие от дерева к дереву, сладкая земляника, колючая ежевика. Иногда он засыпал где нибудь под кустом, а проснувшись размышлял, что наверное неплохо живётся орлам, парящими под облаками, ведь только им дано сверху смотреть на мир, а спускаться вниз лишь только для того чтобы отведать свежей зайчатины или скушать зазевавшуюся полевую мышь.

Местная речка, нервно журча, спускалась с горного склона поросшего редкими кустарниками бадана и альпийского мака. Там где заканчивался лес, она текла разливаясь хрустальной чистотой своей прозрачной воды. По берегам с разбросанной цветной галькой, осенью бурная, стремительная от дождей, быстрая на верху, неторопливо спокойная внизу лениво растекаясь под небольшим обрывом, где обычно он отдыхал.

В летний полдень, после работы, жуя свой багет с ветчиной и сыром, прислонившись спиной к вековой сосне, он случайно заметил плескающююся в заводи реки молодую женщину с собранными на голове огненно рыжими волосами. Её одежда лежала рядом на берегу, она плескалась полностью обнажённой. Воздух от полуденной жары, был насыщен маслами и эфиром горных трав, резко пахло смолой от хвойных, вокруг радугой цвели дикие травы, густым ковром ложась под ноги. Всё дышало нетронутой красотой утончённой гармонии невинной природы.

Он сразу узнал её, эта разморенная летней жарой молодая женщину которая решила таким смелым образом прохладиться в речке, недалеко от деревни, оказалась датчницей приехавшей неделю назад с Парижа. Она и её приятель купили большой дом в конце деревне почти у самого леса. Появлялись они в деревне исключительно летом, а по утрам, через день, она заходила к ним на ферму за молоком, поболтав немного с матерью о погоде, брала с собой иногда и свежий сыр с полки задёрнутой белой занавеской, расплатившись, не спеша удалялась незабывая при этом на прощание нежно погладить какую нибудь коровку, которая потом долго мычала ей вослед. Каждый раз выходя из хлева она красиво покачивая бёдрами, грациозно шла по деревне к себе домой здороваясь со всеми по дороге, под восторженные взгляды деревенских ротозеев.

Эдер зашёл за ель в три обхвата и оттуда тайком стал наблюдать за ней, почувствовав как бешено заколотилось сердце готовое выпрыгнуть из груди, к непроизвольно начавшейся эрекции. Вдоволь поплавав, она легла на огромный плоский камень посреди реки, подставив раскрасневшееся от жары лицо солнечным лучам, прищурив глаза от неземного блаженства, её налитые округлые груди сочно выделялись на фоне загорелого тела с слегка расставленными стройными ногами между которых струилась вода. Эдер от рождения был человеком не робким, не лишённый чувства к прекрасного, хоть и был деревенским парнем, но тут, он на какое-то время воспользовавшись возможностью свободно созерцать нагую красоту женского тела, попал в капкан желания, не выдержал и бросился бежать как последний мальчишка застигнутый врасплох, за подглядыванием в замочную скважину за взрослой кузиной.

Утром как всегда она пришла за молоком, странно взглянула на него ничего не сказав ушла к себе, скрипя ручкой эмалированного бидона.

В тот день как обычно до обеда он пошёл в горы, заглянув на речку в надежде увидеть её, но камень на котором ещё вчера лежала она был пуст. Ему стало, тоскливо он вспомнил её белое тело с раздвинутыми ногами в воде и различные эротические картины порождённые его фантазмами возбуждали его молодое воображение. Так незаметно для себя, не соображая, он забрёл так далеко в лес, где раньше ни когда не бывал, вокруг валялись упавшие деревья корнями вверх, прогнившие насквозь покрытые бархатом мха, кусты папоротника по всюду чередовались густыми зарослями ежевики, кроны деревьев настолько сильно переплелись между собой, что свет еле проходил между ними. Так он очутился на поляне где лежала туша мёртвого оленя, стая волков отрывая куски мяса от растерзанного тела спокойно трапезничала. Увидев его они оторвали окровавленные морды от мяса и вопросительно уставились на него, отступать назад было поздно, бежать ещё хуже, он замер в замешательстве, хотел закричать от ужаса но голос пропал, попробовал двинуть рукой-она не повиновалась, обвисла как плеть.

От стаи степенно отделился волк, самый крупный, вожак, смотря ему прямо в глаза он пошёл в его направлении, со взъерошенный от злости холкой и светящимися желтизной зрачками. От волнения Эдер, потерял сознание, рухнул как подкошенный на землю.