– Нам не нужно входить внутрь, – Марфа улыбнулась. – Серафима встретит нас у воды, на небольшом пляже возле северного бастиона. Там есть скрытый от посторонних глаз уголок.

Они обогнули Петропавловскую крепость по набережной и действительно обнаружили узкую полоску песчаного берега в тени массивных стен. Место было скрыто от посторонних взглядов выступом стены и группой старых деревьев.

Марфа достала из своей неизменной сумки небольшую шкатулку, открыла её и вынула то, что показалось Анне обычной колодой игральных карт.

– Это особые карты, – пояснила она. – Мой подарок Серафиме на двухсотлетие. Они сделаны из особого водостойкого материала.

– Ей двести лет? – тихо удивилась Анна.

– Двести восемьдесят шесть, если быть точной, – ответила Марфа. – Она была здесь ещё до основания города, когда на этих берегах стояли лишь рыбацкие деревушки.

Она расстелила на плоском камне у кромки воды платок и разложила карты для пасьянса:

– А теперь нам остаётся только ждать. Серафима никогда не опаздывает к началу игры.

И действительно, когда первый луч солнца коснулся шпиля Петропавловского собора, вода у берега пошла рябью. Сначала появилась рука с длинными пальцами и перепонками между ними, затем голова с длинными зеленовато-серебристыми волосами, и наконец, из воды до пояса поднялась фигура.

Серафима была одновременно похожа и не похожа на русалок из сказок. У неё действительно было женское тело до пояса, плавно переходящее в рыбий хвост, но на этом сходство заканчивалось. Её кожа имела лёгкий серебристо-зелёный оттенок и была покрыта мелкими чешуйками, едва заметными в утреннем свете. Глаза – большие, с вертикальными зрачками – отливали золотом. А волосы, казалось, жили собственной жизнью, извиваясь вокруг её головы подобно водорослям, хотя на воздухе.

– Марфа, моя старая подруга, – голос Серафимы был мелодичным, с необычными модуляциями, словно журчание воды. – Я уже думала, что ты не придёшь.

Она заметила Анну и прищурилась:

– А это кто? Твоя новая ученица?

– Это Анна Воронина, потомок Алексея Воронина, – представила её Марфа. – Анна, познакомьтесь с Серафимой, старейшей из русалок Невской губы.

Серафима внимательно изучала Анну своими странными глазами:

– Воронина… Я помню этот род. Алексей был хорошим человеком, для своего времени. Помог мне однажды, когда рыбаки едва не поймали меня в сети.

Она грациозно подтянулась на руках, устраиваясь на большом плоском камне у кромки воды:

– Итак, что привело вас ко мне в такой ранний час? Я чувствую, что это не просто дружеский визит и карточная партия.

– Вчера на нас напал Охотник, – без предисловий сказала Марфа. – Мирон убил его, но мы уверены, что это только начало.

Глаза Серафимы расширились:

– Охотник? В Петербурге? Это… тревожно. Они редко приходят в этот мир без особого приглашения.

– Именно, – кивнула Марфа. – Кто-то целенаправленно хочет помешать Анне выполнить её миссию как Ключницы.

Русалка перевела взгляд на Анну:

– Так ты новая Ключница? Неудивительно тогда, что они охотятся за тобой. Особенно сейчас, когда Завеса истончается.

– Ты знаешь об этом? – спросила Анна, удивлённая осведомлённостью русалки.

– Конечно, знаю, – Серафима насмешливо изогнула бровь. – Мы, водные жители, ощущаем колебания Завесы сильнее других. Вода – великий проводник между мирами.

Она провела рукой по поверхности Невы, создавая круги на воде:

– Я чувствую, как что-то давит с той стороны, пытаясь прорваться. Что-то тёмное и голодное.

– Нам нужна твоя помощь, Сима, – Марфа придвинулась ближе. – Кто из обитателей водных глубин мог призвать Охотника? У кого достаточно сил и связей с Нижним Пределом?

Серафима задумчиво перебирала свои живые волосы:

– Таких немного. Старый Водяной предпочитает не связываться с другими мирами. Лихо слишком безумно для таких сложных планов. Остаётся…

Она внезапно замолчала, словно прислушиваясь к чему-то в воде.

– Что такое? – напряглась Марфа.

– У нас гости, – тихо произнесла русалка. – Не двигайтесь.

Поверхность воды в нескольких метрах от берега начала странно пузыриться, словно закипая. Затем из глубины медленно поднялась фигура – человекоподобная, но полупрозрачная, словно сотканная из самой воды.

– Водяной страж, – прошипела Серафима. – Он не должен был появиться здесь в такое время.

– Они ищут меня? – шёпотом спросила Анна.

– Нет, меня, – ответила русалка. – Кажется, моя помощь вам не осталась незамеченной.

Водяной страж, полностью поднявшись из реки, застыл на поверхности воды. У него не было чётко выраженных черт лица – лишь намёки на глаза и рот на водянистой головеподобной массе. Он повернулся в их сторону и издал низкий, булькающий звук.

– Он передаёт сообщение, – перевела Серафима, прислушавшись. – Говорит, что я нарушила договор, общаясь с воздушными жителями о делах глубин.

– Какой ещё договор? – нахмурилась Марфа.

– Новый, – мрачно ответила Серафима. – Заключённый месяц назад между водными обитателями Невы и… пришельцем из глубин.

Она повернулась к стражу:

– Передай своему хозяину, что я не признаю его власти над свободными водами! Я была здесь задолго до его появления и буду здесь, когда он уйдёт.

Страж издал ещё один булькающий звук, более угрожающий, и двинулся к берегу.

– Он не уйдёт без меня, – Серафима обернулась к Марфе и Анне. – Мне придётся отправиться с ним, иначе он нападёт на вас, а я не могу этого допустить.

– Но мы даже не успели поговорить, – возразила Марфа. – Серафима, ты не можешь просто уйти!

– Могу посоветовать только одно, – быстро проговорила русалка, уже соскальзывая обратно в воду. – Ищите Камень Равновесия в месте, где Пётр впервые ступил на землю будущей столицы. Там, где началось всё, должно начаться и возрождение.

С этими словами она нырнула в воду. Водяной страж завис ещё на несколько секунд, словно предупреждая их не следовать за русалкой, а затем тоже погрузился в глубину.

– Что это было? – выдохнула Анна, когда поверхность воды успокоилась.

– Подтверждение наших худших опасений, – мрачно ответила Марфа, собирая карты. – Кто-то из-за Завесы уже установил контроль над водными путями города. Это очень тревожный знак.

– А что за подсказка про место, где Пётр впервые ступил на землю? Это можно как-то определить?

– Есть несколько версий, – Марфа задумчиво смотрела на воду. – По одной из легенд, он впервые сошёл на берег на месте нынешней Стрелки Васильевского острова. По другой – это было возле будущей Петропавловской крепости. Есть и третья версия – первая высадка произошла на месте нынешнего Летнего сада.

– И как нам узнать, какое из этих мест имела в виду Серафима? – спросила Анна.

– Только одним способом – проверить их все, – Марфа решительно поднялась. – Но сначала нам нужно вернуться и рассказать обо всём Мирону. Мне не нравится, что происходит с обитателями водных глубин.

Они покинули пляж, на котором уже играли первые солнечные лучи, и направились обратно в "Серебряное Слово". По дороге Анна размышляла о том, что сказала Серафима. Если прищелец из глубин захватил контроль над водными путями города, это серьёзно осложняло их задачу. Ведь вода в Петербурге была повсюду – реки, каналы, Финский залив… Они нигде не могли чувствовать себя в полной безопасности.

Когда они вернулись домой, Мирон уже ждал их в библиотеке. Он выглядел гораздо лучше, чем вечером – раны затянулись, оставив лишь серебристые шрамы, а глаза снова сияли внутренним светом.

– Как прошла встреча с нашей водной приятельницей? – спросил он, отрываясь от изучения какой-то древней книги.

Марфа кратко пересказала всё, что произошло на берегу Невы. Мирон слушал молча, но с каждым словом его лицо становилось всё более обеспокоенным.

– Это хуже, чем мы думали, – сказал он, когда Марфа закончила. – Если существо из глубин контролирует водные пути, нам придётся быть вдвойне осторожными.

– Ты знаешь, кто это может быть? – спросила Анна.

Мирон обменялся взглядом с Марфой:

– У меня есть подозрения. Существует несколько древних созданий, обитающих в глубинных водах между мирами. Одно из них – Страж Глубин, хранитель затонувших знаний.

– Он опасен? – Анна присела на край стола, чувствуя, как от усталости и информационной перегрузки начинает кружиться голова.

– Сам по себе – не очень, – ответил Мирон. – Но если он заключил союз с кем-то из Нижнего Предела…

– Давайте не будем забегать вперёд, – прервала его Марфа. – Сначала нам нужно проверить подсказку Серафимы. Если Камень действительно спрятан в месте первой высадки Петра, мы должны найти его как можно скорее.

– И с чего мы начнём? – спросила Анна.

– Со Стрелки Васильевского острова, – решила Марфа. – Это самая распространённая версия места первой высадки. Но прежде чем отправиться туда, нам нужно лучше подготовиться. После встречи с водяным стражем я не сомневаюсь, что за нами следят.

Она повернулась к Мирону:

– Мы можем рассчитывать на помощь других Хранителей?

– Я уже связался с несколькими из моего клана, – кивнул он. – Но многие залегли на дно, почувствовав нарушение равновесия. Хранители не любят рисковать без крайней необходимости.

– А что насчёт руны уз? – Марфа говорила быстро, словно время поджимало. – Ты показал их Анне?

– Нет ещё, – Мирон перевёл взгляд на Анну. – Но думаю, сейчас самое время. Она уже достаточно увидела, чтобы понять важность таких мер.

– Руны уз? – переспросила Анна. – Что это?

– Древний способ связи между Ключником и Хранителем, – объяснил Мирон. – Своего рода магический контракт, обеспечивающий взаимную защиту и поддержку. Ваш предок, Алексей Воронин, и мой предшественник, первый Хранитель вашего рода, создали его почти три века назад.

Он закатал рукав, обнажая предплечье, на котором проступала странная руническая вязь – не вытатуированная, а словно светящаяся изнутри его кожи.

– Эта метка связывает меня с родом Ворониных, – продолжил он. – Если вы примете узы, такая же появится и на вашей руке. Это позволит нам чувствовать присутствие друг друга на расстоянии, передавать мысленные сообщения в минуты опасности и, что самое важное, делиться энергией в критической ситуации.

– Звучит серьёзно, – Анна неуверенно посмотрела на светящиеся руны. – Это какой-то магический брак или что-то в этом роде?

Марфа усмехнулась:

– Не совсем. Скорее, это военный союз. Каждая Ключница или Ключник вашего рода заключали такой договор со своим Хранителем. Это древняя традиция, призванная обеспечить выживание обеих сторон в опасные времена.

– И эти времена определённо пришли, – добавил Мирон. – Но решение за вами, Анна Алексеевна. Узы должны быть добровольными, иначе они не сработают.

Анна задумалась. Всё это по-прежнему казалось сюрреалистичным – магические контракты, древние традиции, существа из других измерений… И всё же после всего, что она видела за последние дни, сомневаться в реальности происходящего было глупо.

– Что мне нужно сделать? – наконец спросила она.

– Для начала – быть уверенной в своём решении, – серьёзно ответил Мирон. – Узы нельзя разорвать по желанию. Они останутся с вами до конца жизни… или до моей смерти.

– И как долго живут Хранители? – поинтересовалась Анна.

– Очень долго, – уклончиво ответил он. – Достаточно, чтобы увидеть несколько поколений Ключников.

Анна глубоко вздохнула. Она чувствовала, что решение, которое ей предстоит принять, изменит её жизнь навсегда. И всё же, что-то внутри неё – возможно, та самая интуиция Ключницы, о которой говорила Марфа – подсказывало, что это правильный путь.