Напоминаю, что антагонист не может быть внутренним голосом человека, только если он не материализован, как в «Бердмене», антагонистом может быть только одушевленное существо.
По опыту скажу, что даже используя нестандартный рекурсивный нарратив (например «Моменто» или «Бойцовский клуб») карточки остаются в той же последовательности. Потому что это скорее способ раскатывания историй, психологическая последовательность поднимаемых перед зрителем тем, цепочка излагаемых фактов, а вот сами события карточек могут происходить в разное время.
И он понял, что есть только два решения. Первое решение показать как Бэтмен не был героем и стал героем. Второе решение – это как Бэтмен был героем и перестал быть героем.
Но есть гениальное решение, которое создал Кристофер Нолан, гениальное оно по своей простоте. Он взял героя и стал разбираться, а что сделать с Бэтменом, которого все прекрасно знают на протяжении 50 лет? Несколько поколений зрителей с ним знакомы от рождения. И как сделать Бэтмена снова интересным?
В случае, если вы пишите драму, если ваш фильм про то, как герой проиграл или выиграл, как герой изменился в борьбе со своей внутренней проблемой, то отсутствие 3 акта приведет вас к абсолютной недосказанности, как это сделано в «Бердмане». Такие решения открытого финала нужно принимать только осознанно, если вы действительно хотите не сказать зрителю, проиграл он или выиграл в борьбе.
Представьте, что ваши зрители – это миллионы гусениц, люди, которые хотят стать лучше, но не знают как. Расскажите им историю, про то как стать бабочками. Что будет происходить в коконе для того, чтобы они стали бабочками?
И, конечно, вы уже догадываетесь: во втором акте мы за этими изменениями и наблюдаем. Наиболее современная структура для кассового аттракционного кино это максимум изменений, максимально большой второй акт и максимально маленький первый и последний акт.
Третий акт про то, каким персонаж стал после того как с ним произошли эти события, либо про то, каким мир стал, после того, как произошли глобальные изменения.