Читать книгу «Небесный щит. Часть 1. Спутник» онлайн полностью📖 — Алексея Суконкина — MyBook.

После прихода к власти «выдающегося миротворца» Михаила Горбачева, а с ним и более поздних политиков, считающих, что угроза миру исходила только от крайне милитаризованного Советского Союза, тему ядерных фугасов рассекретили. После получения этой информации американцы пребывали в шоке. Они поняли, что в их руки попал козырь, в мгновение создавший беспрецедентный перевес в былом ядерном паритете. Обе страны приложили огромные силы, чтобы в прессу об этом факте не просочилось никакой информации. Наивные американские налогоплательщики так и не узнали, что на территории их могучего «непотопляемого авианосца» более десяти лет в режиме полной готовности находились советские ядерные фугасы. По договору фугасы были сняты и возвращены в СССР, кроме одного, который «обнаружить не удалось». Скандалить было некому…

В это время американские ученые изменили принцип противоракетного перехвата – они осознали, что успешно сбивать баллистические ракеты можно, лишь выдвинув позиции ракет-перехватчиков как можно ближе к районам старта. И бить баллистические ракеты на восходящей траектории, пока еще виден форс пламени разгонных двигателей. Эксперименты быстро подтвердили правильность теоретических выводов, и программа СОИ заработала с новой силой. Американцы начали поговаривать о выходе из Договора по ПРО, так как понимали, что вплотную приблизились к реализации возможностей по перехвату баллистических ракет.

Разница в подходе к противоракетной обороне заключалась в том, что повторить снова фокус с закладкой фугасов возле ракетных шахт российский спецназ при всем желании уже не мог, а создать систему, которая могла бы перехватывать баллистические ракеты, американцы могли.

В 1996 году один из сотрудников Космического командования ВВС США, который являлся завербованным агентом «глубокого залегания» и должен был использоваться только в военное время, сам вышел на связь с оперативником посольской резидентуры ГРУ и предоставил материалы, свидетельствующие о начале работ по созданию в США орбитального разведывательно-ударного комплекса нового поколения. Этот комплекс способен был самостоятельно обнаруживать старт баллистических ракет из любой точки земного шара, и наводить на них с земли ракеты-перехватчики. Элементная база спутника и всех его блоков состояла из сверхбыстродействующих процессоров, которые в одну секунду решали миллиарды задач. Разработки находились на таком уровне, что специалисты дали однозначное заключение о возможности создания полноценно действующего противоракетного комплекса. Через год АНБ вскрыло факт утечки информации, и агент пропал без вести при невыясненных обстоятельствах. ГРУ, полагая, что американцы задействовали программу защиты свидетелей, быстро вывело с территории США оперативного офицера, с которым контактировал агент.

Дальнейшие попытки проникновения в круг лиц, посвященных в создание противоракетного комплекса, были сорваны спецслужбами США. АНБ установило небывало жесткий контрразведывательный режим на исследовательских и испытательных объектах. В результате практически полностью был закрыт доступ к информации по новым разработкам, а так же американцы провели мероприятие по запутыванию схемы распределения информационных потоков и кооперационных связей предприятий и организаций, интегрированных в процесс создания орбитального разведывательно-ударного комплекса. Попытки ГРУ проникнуть на объект через Интернет тоже не увенчались успехом. Так же решающую роль в срыве добывания информации сыграло резкое снижение финансирования деятельности российской разведки.

В девяностых годах российская разведка уже и мечтать не могла о подкупе интересующих источников, и вся работа строилась в основном благодаря техническим средствам съема информации. Агентурная работа была сведена к нулю, или носила поверхностный характер. Это и погубило дело…

А создание противоракетного комплекса шло своим чередом. Через несколько лет уже были готовы первые космические аппараты, которые прошли все испытания и были приняты на вооружение. В течение трех лет на орбиту было выведено тринадцать спутников, которые получили красивое название «Небесный щит». Запуски осуществлялись с восточного испытательного космодрома, который соседствовал с космодромом NASA на мысе Канаверал.

Космическое Командование ВВС привозило на космодром космический аппарат, готовило его запуск, и выводило спутник на орбиту. Соединенные Штаты Америки получали очередное усиление национальной противоракетной обороны, и все были довольны.

Все, кроме ГРУ.

* * * * *

После того, как машина адмирала миновала ворота контрольно-пропускного пункта, на немой вопрос водителя, Льюис ответил направленным взмахом ладони. Водитель погнал машину к стартовому столу, куда остальным машинам путь был заказан.

Установленная на стартовом столе ракета-носитель «Titan-4» была видна издалека. Адмирал невольно залюбовался изящным серебристым монстром, установленным в переплетении поддерживающих и коммуникационных мачт. Ракета всем своим стремительным видом будто просилась в небо. Льюис много раз выводил корабли в космос, и много раз наблюдал незабываемо-красивое зрелище, когда в чудовищном грохоте ракетных двигателей и бескрайнем море яркого огня, уходят в бездонное небо рукотворные метеоры…

Но последние три дня погодные условия препятствовали успешному запуску. Крайняя метеосводка вселила надежду, что задавшийся день будет решающим – ведь это был четырнадцатый запуск космического аппарата серии «Небесный щит». Запуск являлся завершающим в создании на орбите специализированной спутниковой группировки, которая являлась основным элементом национальной противоракетной обороны США. Надежность созданной группировки уже была продемонстрирована в ходе нескольких боевых испытаний, и Льюис откровенно радовался тому, что он являлся «отцом» противоракетного щита, призванного защитить самое могучее в мире государство от вполне возможной атаки со стороны завистливых стран второго плана: России, Британии, Франции и Китая или стран третьего мира, которые имели возможности создать и применить баллистические ракеты против США. Хотя, по данным разведки, возможность последнего была крайне низка, но Льюис знал, что время сильно меняет расстановку сил на политической арене, и что невозможно сейчас, будет вполне возможно через несколько лет.

Поэтому «Небесный щит 09» контролировал не только российский космодром «Свободный» и 27-ю российскую ракетную дивизию на Дальнем Востоке, но и ракетный испытательный полигон в Северной Корее. «Небесный щит 04» висел над Пакистаном и севером Индии, а так же, контролировал Иранские ядерные объекты. «Небесный щит 14» планировалось вывести в район над Гвианой, чтобы иметь возможность контролировать там французский космодром Куру.

Водитель резко утопил педаль тормоза, и флоридская пыль, мягкой пеленой обогнала мощный внедорожник. Адмирал, прихватив кейс, вышел из машины. Тут же к нему подскочил дежурный офицер, отрапортовал о проведении штатных работ и почтительно отошел в сторону, открывая адмиралу путь. Льюис направился к бункеру управления стартом. Водитель рванул с места – даже машине адмирала здесь не положено было находиться долго.

Льюис повернулся и глянул на удаляющийся джип – словно метеор уносилась машина в сторону контрольно-пропускного пункта.

Вот так же скоро понесется ввысь последний «Небесный щит». Четырнадцатый по счету.

Адмирал про себя усмехнулся: на испытательном полигоне истинное назначение спутника, находящегося под головными обтекателями изящного «Титана», знало только несколько человек. Безопасность спутника обеспечивалась охраной космодрома в обычном режиме, хотя при определенных условиях адмирал по одному звонку со специального мобильного телефона мог привлечь к выполнению задач по охране (и даже эвакуации спутника) роту воздушной кавалерии, которая находилась в непосредственной близости от космодрома, и была готова к самым решительным действиям. Вертолеты этой роты осуществляли облеты границ Восточного Испытательного Космодрома и испытательного комплекса на мысе Канаверал в целях защиты этих стратегически важных государственных объектов от атак террористов, реальность которых недавно была наглядно продемонстрирована на примере башен-близнецов.

Все до единого запуски «Небесного щита» проводились под прикрытием. С этой целью в СМИ указывалось, что на орбиту выведен дополнительный спутник системы сотовой связи, или навигации, или метеонаблюдения. В какой-то мере это соответствовало действительности, ибо «Небесный щит», в рамках своих боевых задач, выполнял все означенные функции. На этот раз на самой ракете красовалась яркая надпись «Landsat», которая должна была дать понять об исключительно гражданском назначении космического аппарата. Эта надпись никакого излишнего внимания к себе не привлекала.

Адмирал, полюбовавшись ракетой, занял свое место в центре управления запуском. Погодные условия установились на возможном минимуме, и поэтому начался шестичасовой предстартовый отсчет. Адмиралу принесли чашку кофе. Оставалось только ждать. Через пять с небольшим часов «Titan-4» поднимет спутник на орбиту, и тогда можно будет немного расслабиться – миссия адмирала на этом будет считаться выполненной.

* * * * *

Командир дивизии контроля космического пространства Военно-космических сил России подкатил на «Волге» к зданию штаба. Что-то вдруг подсказало генералу, что день сегодня не задастся. Надежды генерала оправдались с началом доклада оперативного дежурного центра управления:

– В настоящее время мы принимаем информацию с двенадцати спутников радиоэлектронной разведки, трех спутников фоторазведки и двух разведывательных спутников специального назначения. Вчера нами было получено задание на сопровождение старта американской ракеты-носителя «Титан» с космодрома на мысе Канаверал. Задача выполнялась одним спутником радиоэлектронной разведки, который снимал данные телеметрии, идущие с борта ракеты в центр управления. После старта полет ракеты-носителя некоторое время проходил в заданном режиме. Угол запуска как обычно, находился в пределах девяносто семи – ста двух градусов, но через двенадцать минут после старта, ракета изменила траекторию по направлению в целом на три градуса, снизила скорость, после чего началось падение – это установлено нами по данным её телеметрии. Объект разделился – это четко зафиксировано разведывательным спутником. По всей видимости, носитель разломился на фрагменты, или произошло отделение головной части. По нашим данным элементы ракеты-носителя и спутника упали в район с координатами десять градусов восточной долготы и восемь градусов северной широты.

– Это где? – спросил командир дивизии, потянувшись к карте.

– Юго-Западная часть Африки. Возможно, Либерия.

– Район густонаселенный?

Дежурный достал атлас:

– Это северная часть Либерии. Судя по карте, район малонаселенный. Хотя, кто их там когда считал…

– Ясно, – генерал поблагодарил оперативного дежурного, и дал указание шифровальщикам готовить сообщение в Центр.

* * * * *

Это была катастрофа.

Адмирал Льюис пустыми взором смотрел на огромный плазменный экран, отражающий состояние спутниковой группировки «Небесный щит». На экране ярко-голубыми точками светились отметки тринадцати боевых спутников. Четырнадцатого не было. И уже быть не могло.

Льюис держался руками за голову. Вся драма заняла не больше десяти-пятнадцати минут. Все было кончено. Это было ясно и понятно без дополнительных объяснений. Вопреки планам Космического Командования ВВС США, «Небесный щит 14» перестал существовать.

Десяток минут назад данные телеметрии, поступающие с борта взлетающего носителя, показали возникновение на борту ракеты серьезной нештатной ситуации. Следующие семь минут управляющий персонал Центра пытался выправить ситуацию, но все попытки были тщетны. Мгновенно принимались десятки решений, вводились в действие мероприятия, отработанные по специальным планам нештатных ситуаций, адмирал буквально чувствовал, как по секундам утекает в песок отпущенное время…

Ситуация развивалась вопреки устоявшимся сценариям. Изменения в программе полета были быстры и катастрофичны. Операторы запуска посылали на борт ракеты необходимые для таких случаев команды, но ситуация менялась только в одну сторону – в худшую. На исходе третьей минуты стало понятно, что это – катастрофа. На исходе седьмой минуты операторы отдали команду на отделение спутника от головной части носителя и введение в действие системы спасения. Эту команду отдали минуту назад и буквально через несколько секунд поток поступающей телеметрии прекратился. Это означало только одно – во многих тысячах милях от стартовой площадки «Titan-4» вернулся на землю. Успела головная часть отделиться от ускорителя? Этого никто сейчас сказать не мог. Ответ со спутника не пришел…

Адмирал раскачивался на стуле, не способный даже говорить. Его мелко трясло. Тринадцать запусков прошли удачно, как по маслу. Он откровенно боялся за тринадцатый – цифра негожая, как-никак, и когда тринадцатый прошел в штатном режиме, адмирал успокоился. Но кто бы подумал на четырнадцатый?

Что это было, сейчас уже не было так важно. Специалисты обязательно разберутся в причинах катастрофы. Рано, или поздно – но разберутся. Главное сейчас – знать, где упал спутник, успел ли он отделиться от головной части ракеты, если успел отделиться, то успел ли раскрыться парашют, сработала ли реактивная система торможения перед посадкой? Но главное – где он упал! Если в океан, то это одно. Но если совершенно секретный спутник упал на материковой части планеты, то это влечет за собой уже другие решения и другие меры…

Пересилив себя, адмирал дотянулся до трубки телефона:

– Место падения установлено?

Ответственный за наблюдение уже принимал доклады, и практически сразу отозвался:

– Восточная часть Атлантики, или западная часть

Стандарт

4.44 
(64 оценки)

Небесный щит. Часть 1. Спутник

Установите приложение, чтобы читать эту книгу