0,0
0 читателей оценили
193 печ. страниц
2016 год

Пересекая параллели
Алексей Понтус

© Алексей Понтус, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Замечательное утро. Прекрасное. Хоть сегодня у меня и отсутствовал сон, я чувствовал себя невероятно бодрым и воодушевлённым. Примерно через час я должен выйти на ненавистную работу, но даже это меня ничуть не волновало. Я провёл потрясающую, долгожданную ночь, которую могу назвать одной из лучших ночей в жизни, и которая будет воодушевлять меня ещё не один месяц.

Я был в таком хорошем расположении духа, что даже не поленился приготовить себе изумительный завтрак. В своей кулинарной книге, которую мне хочется открывать пару раз в год, мне приглянулось нечто под названием «Тибон стейк в ароматном маринаде из кинзы и чеснока». Волей случая всё необходимое оказалось под рукой, кроме отвратного чёрного перца, но мясо итак получилось наивкуснейшим. Под гарнир лучшим образом подошёл рис, и, с большим удовольствием отзавтракав, я начал собираться на работу.

Собираться, наверное, сильно сказано, так как я уже был практически одет, кроме верхней одежды, потому после посещения ванны и туалета я только накинул куртку и зашнуровал ботинки, а, спустя пару минут, уже находился на улице.

Сегодня мне захотелось поехать на общественном транспорте. Откровенно говоря, у меня и выбора-то не было, так как вчера я вынужден был оставить машину возле работы. Но и без этого я отказался бы от неё. В подобные дни это являлось чем-то вроде ритуала. Я находился в слишком приподнятом настроении, и мне почему-то хотелось посмотреть на мрачные толпы людей, спешащих на работу, и, возможно, даже поделиться с ними своей радостью. Однако создавалось ощущение, что мои весёлые глаза, жизнерадостное лицо и приветливость скорее всех раздражали, но мне было настолько на это плевать, что на моё настроение это никак не влияло. Доехав до своей станции и улыбаясь всем вокруг, я вышел на аллею и направился прямиком к офису, не обращая внимания на притупленные, с некоторой долей усталости и гнева, глаза.

Работал я экономистом в крупной адвокатской конторе «Твой шанс». Явно не мой. Заканчивая престижный юридический факультет, я не думал, что последующие десять лет буду заменять калькулятор. Мой босс, Виктор Горн, с которым я вместе окончил наш университет, благодаря смерти папочки получил сразу высшую должность в «Шансе» и стал после этого втройне мерзким типом. Когда мы с ним учились, все знали его как зануду, который всегда не прочь позлорадствовать, или же подставить кого-нибудь. Тройную концентрацию этого коктейля даже не хочется описывать. Суть в том, что он всегда был не против прилюдно унизить меня и показать мою никчемность и ненужность. Хотя, должен отдать ему должное, так он поступал практически со всем персоналом, кроме его любимчиков и друзей его покойного отца.

И Лизы. Лиза была единственным человеком, которого я видел восемь часов и пять дней в неделю, и при этом мог её выносить. Это очень симпатичное юное личико, была приветлива и общительна со всеми, и даже иногда казалось, что со мной чуть больше. Стоит ли говорить, что при этом она была достаточно умна, чтобы отшивать Виктора и игнорировать его дешёвые попытки заполучить её. Ах, Лиза.

Извините, но я начал неправильно. Пока я ещё не научился делиться подобным, так что, пожалуй, начну заново. Забудьте всё, что было сказано. Это не важно. Рутинная работа, мерзкий начальник, симпатичная коллега. Аналогичная ситуация знакома многим представителям нашего жалкого вида и, вероятно, вам в том числе. Если вы захотите послушать нытьё о серой жизни, можете обратиться к очередям в магазинах в предвечернее время или же к никому не нужным сотрудникам никому не нужного офиса. Я уверен, они смогут рассказать вам куда больше и в куда более ярких подробностях с тусклым оттенком. Я же не хочу, чтобы у вас сложилось ложное впечатление обо мне, поэтому забудьте. Всё. Забыли.

Начнём с чистого листа. Привет, я убиваю людей. Систематически. Можете довериться газетам и назвать меня убийцей, серийным маньяком или даже повысить меня до психопата. У меня даже есть таблоидное прозвище. А у вас есть таблоидное прозвище? Вряд ли, но, в общем, не суть. Эти тщеславные продажные ублюдки прозвали меня «кровавым художником». Господи, «кровавым художником». Звучит словно злодей из комиксов про Бэтмена. К тому же, мне кажется, это долбаное прозвище меня полнит. Я не знаю, какой, по их мнению, мой внешний вид, но мне на «кровавого художника» в мысли приходят только лысые особи мужского пола с лишним весом и почему-то с банкой клубничного варенья. Ненавижу клубничное варенье.

Значит, я убиваю людей. Снова же, можете верить кому угодно, но поскольку вы решили узнать мою историю, давайте представим, что я прав. Так вот, я не серийный и уж тем более не маньяк. Да, после некоторых моих контактов с людьми не все могут поделиться впечатлениями от встречи со мной. Но я хочу, чтобы вы поняли саму суть. Я не убийца, я творец. Да-да, именно творец. Я творю. Понимаете, у меня нет осознанной жажды убийства, я не коллекционирую фаланги моих жертв, и не занимаюсь прочими подобными фетишами. Давайте оставим это истинным психопатам. Более того, я питаю только самые нежные чувства к моим, так называемым, жертвам и очень их люблю. Я преподношу им великий дар, благодаря которому их жизнь в кои-то веки обретёт высший смысл, а не просто сведется к циклу удовлетворения собственных нужд до самой естественной смерти. И после такого везения – быть выбранным мною, лишение нескольких бессмысленных лет жизни – слишком малая цена. Но я добр и щедр, потому я ничего не требую. К тому же, убийства как таковые удовольствия мне никакого не доставляют. Я хочу, чтобы вы это поняли. Знаете, почему-то, мне важно ваше мнение. Хотя, если честно, мне на него плевать. Продолжаем.

И так, убиваю я не со зла и не из-за психических отклонений. Возникает резонный вопрос, зачем человеку без явных проблем, с довольно-таки популярным жизненным циклом заниматься подобными вещами. Если вы позволите, я на секунду обнажу свое истинное самомнение и признаюсь вам. Я – гений, я – мессия, созидатель, хрен с ним, «Кровавый Художник», но я, при всей скромности, велик. Мои работы, мои жертвы – это истинные картины, новый шаг, новый виток в искусстве, шедевры воплоти, это достояние человечества воочию и, что не может не радовать, меня признают. Всё, что я сделал, это нонсенс, это вам не обычное убийство проституток, это не убийство ради пары лишних долларов, это то, чего никогда не было. То, чего, возможно, многие в своих страшных мечтах желали, но боялись воплотить. Разница между ними и мной лишь в том, что я не боялся. Чего, в общем-то, таить, я никогда не боялся. И если бы вы только знали, как заново открывается жизнь, как она в корне меняется, если искоренить у себя это чувство. Ладно, я не ваш психотерапевт, думаю, эти вещи вы сможете обсудить с ним. Скажу лишь, что мне повезло, мне не приходилось ничего искоренять. Страх у меня отсутствовал изначально. Ошибка кода, так сказать. И, наверное, это моё единственное психическое отклонение, если его можно назвать таковым.

Может быть, вас интересует, как можно убивать людей, заниматься этим смертным грехом и называть себя творцом, гением, мастером. Я думаю, интересует. Так вот, я…

– Это с Парижа?

Это с Парижа. Это с Парижа. С Парижа. Париж? Париж. К чему я вообще об этом вспомнил? Мой рассказ шел очень продуманной цепочкой. И вдруг одна мысль сбила абсолютно все, и я даже не помню, о чем хотел сказать. Ладно, получается, что моя история сама будет вести меня, а не я её. Не могу воспрепятствовать.

Это Лиза. Та самая Лиза, которая мне, при всех моих склонностях, была симпатична. Я очень удивился, что она тогда заговорила со мной. На работе, официальной работе, все мои разговоры с коллегами сводились до пары общепринятых фраз, которыми мы обмениваемся с людьми, на которых нам плевать. А то, того гляди, подумают, что ты ещё не такой как все, ненормальный. Таких тут не любят, зато любят поддержание искусственной, псевдодружной атмосферы. Изредка приходилось решать какие-то производственные дела. Не то чтобы я был таким уже трудоголиком и стремился вверх по карьерной лестнице, но возложенные на меня дела старался выполнять без каких-то видимых проблем, как-никак это место было не таким уже и плохим вариантом моего гнетущего времяпровождения, плюс поддержание этой двуличной офисной атмосферы сводило на нет какие-либо возможные подозрения о моих внеофисных интересах. Поэтому в один момент я решил, что свою индивидуальность я буду проявлять подальше от своего основного алиби и вместе с тем кругом общения.

Так. Это с Парижа. Молчание после её вопроса длилось уже несколько секунд, и это странно. В душе были смешанные чувства, от удивления и радости до страха и испуга. Она меня откровенно загнала в угол, я не думал, что мне сегодня придётся отвечать на какие-то вопросы, я не был к этому готов, тем более от неё. Но это Лиза. Каждое её слово, тем более обращённое ко мне, было просто как песнопение ангелов. Да, я тоже, оказывается, умею быть сентиментальным. Ладно, значит, Париж, общение, Лиза. Я вернулся в реальность, кинул взор вначале на неё, потом куда-то вдаль, потом снова на неё и спросил:

– Прости, что?

Голос, вроде, не дрогнул, я словно почувствовал прилив уверенности.

– Чашка. На ней нарисована Эйфелева башня, кажется.

Я посмотрел на чашку. И правда, Эйфелева башня.

– Мм, да, из Парижа, кажется.

Если честно, я не знал, так ли это.

– Обожаю этот город. Была всего дня четыре там, но это, очевидно, любовь на всю жизнь. А ты давно там был?

– На самом деле, я без понятия, откуда эта чашка, и в Париже я никогда не был. Моя сестра подарила мне её по какому-то формальному поводу, мне показалось, что здесь ей будет самое место. Потому я не имею ни малейшего представления, откуда эта чашка, но раз здесь нарисована эта башня, давай будем считать, что она из Парижа.

Браво, целых три предложения. Надеюсь, она не подумает, что я с ней флиртую. Или же надеюсь на обратное. К тому же врать, тем более, когда это не необходимо, я не любил.

Тут я заметил её улыбку. Которую я, собственно, и вызвал. Приятные ощущения.

– Жаль. Мне кажется, ты обязан там побывать. Любой человек обязан там побывать.

Не хотелось мне с ней спорить, но, на самом деле, Париж мне на хрен не сдался. Надо бы эффектно сменить тему.

– Я мало путешествовал. В детстве пару раз, ну, и по работе. Как-то никогда не получалось для этого выделить достаточно времени.

– Ты обязан это исправить! Я бы не смогла прожить на одном месте всю жизнь. И, честно говоря, не представляю, как ты можешь!

– Кажется, я об этом никогда не задумывался.

Конечно, нас обязаны были прервать. Самое обидное, что мне понравилось с ней общаться. Понравилось общаться. Как я уже говорил раньше, я небольшой болтун, но эти пару реплик мне принесли столько эмоций, сколько я редко ощущал за всю свою жизнь. Я даже подумывал её пригласить куда-нибудь. Господи, у меня в голове в тот момент было столько мыслей. Кажется, у меня подскочил пульс, и я испытываю явное возбуждение. Так, нужно выровнять дыхание, успокоиться. Да и чего я вообще так завёлся? Обычное общение, обычные люди так периодически поступают. Обычно общаются. А Лиза была приветлива со многими. Почему я вообще решил, что я ей симпатичен и со мной она приветлива чуть больше, чем с остальными. Так, дышать ровно, успокоиться.

Ещё и этот Виктор. Он прекрасно знает, что я ни с кем тут особо дружбу не веду, но настолько же прекрасно он умеет делать вид, будто я главная причина всех проблем. Даже не поленился разыграть сценку, что я мешаю тут всем работать своей болтовнёй. Все его реплики были обращены именно ко мне, на Лизу он даже не смотрел, а после, когда закончил свой монолог, спросил у неё, не хочет ли она пообедать. Наверное, странное предложение в самом начале рабочего дня.

В приступы его упрёков у меня уже выработалась постоянная политика поведения. Я не старался привлекать внимание, и если неведомым образом у меня это выходило, я просто сидел молча с видом виноватого школьника, и после, когда он окончательно удовлетворял своё эго, оставалось сделать тяжёлый вздох с полным чувством сожаления и тогда уже обратить взор на его спину. Я старательно играл зануду, наверное, иногда даже переусердствовал, но с моим хобби предосторожность не могла быть лишней.

Я знал, что Лиза не питает к нему никаких чувств, и поэтому волноваться мне не следовало, но то, что он ушёл вместе с ней, почему-то вызвало во мне большую злость. Этому я сам удивился, потому что кричал он на меня и раньше, и порой даже при Лизе, и при любом сценарии он потом уходил с ней в одну сторону, но такой порыв гнева был впервые.

Говорят, у каждого человека в жизни есть какие-то отправные точки, с первого взгляда незначимые, но способные довольно круто поменять жизнь. Наверное, эти пару минут во время рабочих часов одной из таковых и являются. Возможно, потому что впервые в своей жизни я почувствовал нежные чувства к чужому человеку. И ненависть. Впервые я почувствовал такую крепкую ненависть.

Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
216 000 книг 
и 34 000 аудиокниг
Получить 14 дней бесплатно