Глава 2

Банкир Силантьев не обманул: дорога до усадьбы на самом деле заняла пять часов. Правда, эти пять часов Гуров вынужден был гнать свое «Рено» изо всех сил, то и дело превышая допустимую скорость: так приходилось делать, чтобы не отстать от джипа, в котором ехал хозяин усадьбы. Так или иначе, но когда уже солнце село, стало смеркаться, обе машины миновали последнее село, Микитово, проехали через дубовую рощу, и перед ними открылось обширное пространство, на котором располагалась усадьба «Высокое».

Когда Гуров ставил свою машину рядом с джипом хозяина усадьбы, когда вылезал из машины, он был в раздражении – в основном из-за долгой дороги, из-за того, что его пять часов вынуждали нарушать правила движения. Однако стоило ему глубоко вдохнуть воздух, наполненный запахами скошенного сена и близкой реки, как его плохое настроение куда-то исчезло. Миллионер Силантьев и здесь не обманул: его усадьба радовала глаз. Сам дворец графов Соколовых-Микитовых еще не был восстановлен, от него остались только два этажа стен, сложенных из старого красного кирпича. Но окружающее дворец пространство все было очищено от зарослей кустарника и бурьяна, которые обычно окружают всякие «графские развалины». Теперь это пространство представляло из себя огромный луг на краю обрыва. Обрыв здесь был крутой и высокий, метров шестьдесят, не меньше. А внизу, под обрывом, виднелась излучина Оки. Река здесь делала поворот, ее было видно и слева, и справа. А огромная даль за рекой вся была видна отсюда, с обрыва. Там блестели водой маленькие озера, между озерами располагались небольшие рощи. В целом место было очень живописное.

Стоя на краю обрыва, Гуров залюбовался открывшимся видом и не сразу заметил, как рядом с ним остановилась молодая женщина лет тридцати. Внезапно она спросила:

– И как вам этот вид, нравится?

– Мне кажется, эта картина не может не нравиться, – отвечал сыщик. – Она словно нарочно создана, чтобы здесь стоять и глядеть вдаль. А еще я думаю, что это место должно привлекать художников: здесь так и хочется написать прекрасный пейзаж в духе Нестерова или Левитана.

– Вот и мы с мужем тоже решили, что художникам здесь должно понравиться, – кивнула женщина. – И пригласили на торжество открытия усадьбы целую группу живописцев.

Она повернулась к сыщику и представилась:

– Я Лена, жена Валерия Николаевича Силантьева. Муж мне сказал, что вы приехали вместе с ним и сразу пошли посмотреть на наши места. Вот и я решила к вам присоединиться. А кто вы, я знаю.

Гурову оставалось только поклониться.

– Значит, завтра должны приехать художники? – уточнил он.

– Да, четверо: Олег Чаплыгин, Илья Сизов, Никита Барков и Лариса Черкасова.

– Ого, даже знаменитый Сизов приедет? – воскликнул Гуров.

– А вы его знаете?

– Да, мне приходилось расследовать одно дело о подделке произведений Кустодиева, где Илья выступал как эксперт, – объяснил Гуров. – Кроме того, мне просто нравится его живопись. Впрочем, мне и другие молодые художники нравятся.

– А этим художникам, я надеюсь, понравится наша усадьба, – услышал Гуров знакомый голос за спиной.

Обернувшись, он увидел миллионера Силантьева.

– Я вижу, ты уже познакомилась с нашим гостем? – сказал он жене. – И начала рассказывать ему о гостях?

– Пока я только о художниках рассказала, – отвечала Елена Силантьева. – Об остальной программе, думаю, ты лучше расскажешь – ты ее хорошо знаешь. А я пойду в дом, распоряжусь насчет ужина.

И она двинулась в сторону еще одной постройки, видневшейся на обрыве, в стороне от усадьбы.

– Там стоит то, что я построил за прошлый год, – стал объяснять Силантьев. – Там комплекс современных зданий: собственно мой дом, где живем мы с Леной, и гостиница, где могут поселиться гости. Но этот новодел вы еще увидите, вы там жить будете. А пока давайте я вам покажу то, ради чего я потратил немалые деньги и выкупил всю эту местность.

И миллионер повел сыщика к усадьбе. Они подошли к арочному проходу; он был забран решеткой, рядом виднелась табличка с надписью «Вход»; стрелка указывала куда-то вправо.

– Здесь был главный въезд в усадьбу, – принялся объяснять новый хозяин. – Его еще предстоит восстановить в первозданном виде, как и все остальное. Пока что он закрыт, посетители могут войти через боковой вход. Но мы с вами туда не пойдем, мы пойдем вот сюда.

И он повел гостя левее. Здесь была простенькая ограда с калиткой. Ограда окружала обширный пустой участок луга, примыкавший к дворцу. На лугу росло несколько могучих старых дубов. Кроме них на лугу виднелась еще эстрада, как видно, недавно сооруженная.

– Здесь у графов Соколовых-Микитовых был парк, – рассказывал Силантьев. – По воспоминаниям современников, парк был прекрасен, здесь имелись дорожки, озеро с фонтаном, каналы, через которые были перекинуты мостики… Но все это за долгие годы пришло в полное запустение. Специально высаженные деревья – дубы, буки, ели – засохли, кроме того, в усадьбе дважды случались пожары, от которых пострадал и парк. В общем, когда я сюда впервые приехал, я застал здесь настоящие джунгли. Деревья росли так тесно, что между ними и лиса бы не пробежала, разве что мышь. Теперь, как видите, здесь пустота. Пришлось приложить большие усилия, чтобы выкорчевать все деревья, превратившиеся в сорняки. Я оставил только несколько старых дубов. Впоследствии вокруг них вырастут и другие деревья, но уже согласно замыслу специалистов по парковому хозяйству.

– И озеро снова возникнет, и фонтан забьет? – спросил Гуров с некоторым недоверием.

– Обязательно будут и озеро, и каналы, и фонтан! – отвечал Силантьев. – Если уж я решил восстановить усадьбу такой, какой она была в пору расцвета, то должен все сделать для этого. Я не остановлюсь перед расходами, чтобы добиться поставленной цели.

– А окупить эти расходы вы как-то собираетесь? – спросил сыщик. – Или это просто трата денег, причуда богатого человека?

– Нет, это не просто способ потратить много денег, – отвечал Силантьев. – Я намерен развивать здесь туризм. Первые туристы здесь уже побывали, уже месяц усадьба открыта для посещения. Пока эти посещения бесплатные. Даже в эти выходные, когда съедутся гости, усадьба будет открыта для простых приезжих.

– И все будет для них бесплатно? – удивился Гуров.

– Концерт на эстраде, а также возможность осмотреть дворец, увидеть художников за работой – все это будет бесплатно, – отвечал хозяин усадьбы. – Но на обед в гостинице мы посторонних, естественно, не приглашаем. А после шести вечера въезд на территорию усадьбы будет вообще закрыт, здесь останутся только приглашенные гости. Что ж, самое главное я вам уже показал. Можно идти к нам домой, Лена, наверно, уже накрыла стол к ужину. Дворец вам сегодня все равно осмотреть не удастся – видите, как темно. Хотя кое-что все равно можно увидеть… Вот сейчас…

Силантьев взглянул на часы – и словно по его мысленному приказу верхний этаж дворца озарился неярким светом электрических ламп. Выглядело это довольно эффектно. Кроме того, свет загорелся и вдоль обрыва, где стояли столбы освещения, и на лестнице, которая вела вниз, к Оке.

– Лестница пока временная, – объяснил Силантьев, когда они с Гуровым подошли к началу лестницы. – Видите, она простая, деревянная, и довольно крутая, пожилым людям по ней тяжело спускаться, тем более подниматься. А у графов Соколовых, как я прочитал в архивах, лестница была сложена из камня и вела вниз серпантином, так что подъем получался хотя и более долгим, зато не таким крутым. И я хочу восстановить лестницу такой, какой она была. И набережную на Оке восстановлю в первозданном виде!

– А что, там, внизу, и набережная есть? – спросил Гуров.

– Да, у меня там 160 метров набережной, но деревянной. Там есть беседки, купальни с кабинами для переодевания, лавочки… Завтра все сможете осмотреть. Или вы сейчас хотите туда спуститься?

– Нет, я, пожалуй, не отказался бы от ужина, – сказал сыщик.

– И верно, завтра у вас будет время все осмотреть, – согласился хозяин. – Прибытие первых участников торжества ожидается не раньше десяти часов, так что время будет. А сейчас идемте в дом.

И они направились в сторону от обрыва. Здесь стояли два здания, недавно сооруженных. Сначала Гуров увидел двухэтажный дом, чем-то похожий очертаниями на графский дворец, только целый. Как объяснил Силантьев, это была гостиница. А за ней стоял еще один дом, скромнее, окруженный деревьями, так что его было почти не видно. Это был дом самого нового хозяина усадьбы.

– Вот наша с Леной скромная хижина, – сказал Силантьев, указывая на дом. – Вы можете жить здесь, на втором этаже, в одной из комнат для гостей. Конечно, если вы захотите жить в гостинице, вместе с остальными гостями праздника, можете разместиться там. Но гостиница еще не обжита, там пока не ночевал ни один человек. У нас вам будет уютнее. Ведь в гостинице еще и кухня не работает, стакан чаю нельзя получить…

– А электрический чайник у вас получить можно? – поинтересовался сыщик.

– Разумеется! – воскликнул Силантьев. – И чайник, и микроволновку, и любой другой кухонный агрегат.

– В таком случае я бы предпочел поселиться в гостинице, – сказал сыщик. – Ведь вы хотите, чтобы я наблюдал за вашими гостями, гасил назревающие конфликты и все такое. Как же я буду наблюдать и гасить, живя в другом месте?

– В таком случае выбирайте любую комнату на втором этаже и поселяйтесь, – заявил хозяин поместья. – Вы можете спросить, почему на втором, а не на первом? Отвечу сразу: потому что на первом этаже будут жить графиня Ангелина Романовна Соколова, которая прибудет из Италии, сталелитейный магнат Игнат Игоревич Лютов, банкиры Лянский и Хмурной, композитор Зельцер и другие столь же известные персоны.

– А я и не люблю жить на первом этаже, – отвечал на это сыщик. – Люблю смотреть на все свысока.

На самом деле его привлекала возможность переночевать в большом доме, где до него еще никто не жил и где в эту ночь никого и не будет. Это было новое, необычное ощущение, и сыщик хотел его испытать.

Поскольку вопрос с размещением был решен, уже ничто не мешало им направиться в дом, а в доме – прямым ходом в столовую. Они ужинали втроем, причем при свечах. Блюда подавал повар Силантьевых, которого звали Нодар. Миллионер объяснил, что специально нанял повара с Кавказа, поскольку, по его мнению, никто лучше кавказцев не умеет готовить мясные и рыбные блюда. В этот вечер подавали рыбу со сложным гарниром, в котором присутствовала картошка, но не только она. Беседа за столом, естественно, вращалась вокруг предстоящего праздника. И высказывалась в пользу этого мероприятия большей частью Елена Викторовна Силантьева.

– Мы живем слишком скучной, однообразной жизнью! – заявила она. – Работа размеренно чередуется с отдыхом. Причем у огромного большинства людей отдых очень однообразен: кино, телевизор, иногда устройство пикников. Надо жить интереснее, придумывать что-то новое! Вот мы и придумали создать такой уголок, где всегда будет что-то новое.

– Да, у нас тут постоянно будут устраиваться выставки, концерты, разные праздники, – поддержал жену Силантьев. – Заведем конный клуб, будем устраивать конные прогулки, даже скачки. По реке можно будет кататься на сапах, лодках, плотах. Многое можно придумать, если захотеть!

– И придумывать будете в основном вы, Елена Викторовна? – спросил сыщик, повернувшись к супруге миллионера.

– Вы угадали, – отвечала она. – Валерий будет заниматься своим основным делом, то есть бизнесом. А у меня будет вот этот проект. И я очень рада, что все это начнет реализовываться!

– Но будет ли достаточно желающих отдыхать таким необычным образом? – усомнился Гуров. – Знаете, люди предпочитают все привычное, знакомое. Кроме того, отдых у вас, как я понимаю, будет стоить недешево. Люди со скромным достатком сюда не поедут. А богатые предпочтут известные, пафосные места – Мальдивы или Соломоновы острова. Людей с воображением не так много…

– Да, вы правы, – признала Лена Силантьева. – Я думала об этом. Но я надеюсь, что в нашей большой стране все же найдется несколько сотен человек с воображением, которым скучно делать одно и то же. Постепенно у нас возникнет свой круг приезжающих…

Гуров не стал ее разубеждать. Ему тоже хотелось, чтобы жизнь стала более разнообразной, интересной.

После ужина он пожелал хозяевам спокойной ночи и в сопровождении молчаливого, атлетически сложенного служащего по имени Денис Краснов (Силантьев назначил его управляющим поместьем) отправился заселяться в пустующее здание. Денис открыл гостю дверь гостиницы и дал связку ключей от комнат второго этажа. Гуров выбрал комнату, окна которой выходили на Оку. После этого он спустился вниз и получил из рук Дениса чайник и набор посуды. Управляющий ушел, и Гуров остался один.

Он прошелся по коридору первого этажа, потом поднялся на второй. Открыл дверь одной комнаты, другой… Завтра сюда заселятся гости – предприниматели, художники, музыканты… «Интересно, почему Силантьев ожидает от своих гостей какого-то подвоха? – думал сыщик. – Какую опасность он чует? Он явно сказал мне не все, что знает или о чем подозревает. Ладно, завтра увидим, что это за птицы – известные банкиры, иностранные графини и прочие вип-персоны. Что называется, утро вечера мудренее…» И с этой мыслью он отправился спать.