Глаза Алины буквально завораживали с первого взгляда. В светло-зеленых очах так и горела игривая искорка. Тёмными волосами по плечи она умела вскинуть так, чтобы изо рта попадали жвачки. Чуть вздёрнутым носиком она жеманно изображала недовольство. Губы, зависть всех фото-моделей, излучали скромную невинную улыбку. Кожа на лице так и сияла, а ловко нанесённый тональный крем нежно подчёркивал великолепие линий. Точёной, оформившейся фигурке позавидовала бы любая мисс с любого конкурса красоты. Туфельки изысканно смотрелись на стройных прямых ногах, которые прятались под юбку чуть выше колена. Картину дополняла отлично подобранная по талии одежда и изысканный маникюр. Даже на её ногти можно было смотреть часами. Красота девушки была не кукольной. Ничего схожего с обложками глянцевых журналов не было и в помине. Алина привлекала естественностью.

Оцепенение медленно, но верно, начало отпускать. Теперь все пытались оценить новенькую, кто скрывается за симпатичной мордашкой, свой человек или доносчик учителям по каждому поводу, противная она или всё-таки поговорить с ней можно.

– Вижу, вы удивлены, – паузу заполнил Вениамин Петрович. – И тем не менее хочу, чтобы вы радушно приняли в свои ряды новую коллегу. Алина совсем недавно переехала из другого города и надеется на поддержку сверстников. Ваш класс считается образцовым в школе и Алина укрепит репутацию. – Он перевёл взгляд на девушку. – Присаживайся, пожалуйста, на любое свободное место. – Надеюсь на вас, – снова обратился директор к классу. – Можете продолжать, – кивнул учителю. – Извиняюсь за потраченное время.

Алина не спеша прошествовала к третьей парте, где было одно свободное место рядом с Тёмычем, который привык сидеть один. Сейчас же парень не стал возражать против соседей.

Спокойно присела, достала из кожаной сумочки тетрадь и ручку. Казалось, Алина не замечает двадцати пар глаз, буквально пожирающих её, или просто привыкла к лучам внимания.

– Продолжаем дальше.

Голос учителя вывел из ступора класс. Все обратили взор на школьную доску, изредка исподтишка поглядывая на новенькую.

Все мысли Стаса занимала именно Алина. С первой же секунды, как она переступила порог кабинета, он почувствовал к ней симпатию. Конечно, он читал о чувствах, о любви, любви первого взгляда, но не эти понятия были применимы к Алине. Стас почувствовал в ней родственную душу, близкого по духу человека. Он не мог дать точного определения нахлынувшего на него водоворота, но знал, что хочет подойти к ней и рассказать обо всём: об отце, о проблемах, о матери, плачущей по ночам. Вот так просто, взять и впустить её в свою жизнь.

Он встряхнул головой, но помутнение не прошло. В черепной коробке прочно обосновалось Алина. Стас забыл домашнее задание, выученное к каждому сегодняшему уроку наизусть, семейные проблемы отошли на второй план. Он смотрел, как она с серьёзным видом изучает доску и делает какие-то пометки в тетради, а в мозгу прокручивал её дефиле по классу.

Чёрт! Что за наваждение?! Главное, к человеку, которого он видел впервые в жизни.

Первая любовь? Девчачьи сопли! Что за бред лезет в голову? Нужно сосредоточиться, пока новенькая не заметила его заинтересованного взгляда и, что самое смешное, смущения. Да, Стас был смущен. И, как бравый парень, не гордился этим. Если Алина вздумает обернуться и посмотреть на него или заговорить, что намного страшнее, из голосовых связок Стаса точно выскочит что-то нечленораздельное, а улыбка растянется до ушей. И тогда – он пропал! Нет, мы так просто не сдаемся.

Спасительный звонок не звенел так громко. Учитель что-то пыталась говорить вдогонку старшеклассникам, но желание уйти на перемену пересиливало. В числе первых Стас почти выбежал из класса. Нужно срочно умыться и остыть.

Холодная вода оказала благотворное воздействие на парня. Хотя бы сошёл румянец с щек. Так, теперь найти пацанов и перекурить.

Сашка, Дима и Тёмыч уже с наслаждением курили на заднем дворе.

– Чего припозднился? – Тёма выбил сигарету из пачки и передал ее товарищу.

– Отлить сходил, – соврал Стас.

– Я-то подумал, спустить ходил в кабинке, – заржал Сашка. – Ты так смотрел на нашу новую подружку, что казалось, в классе на неё накинешься.

– Глупости не говори, – отмахнулся Стас, затягиваясь.

– Почему глупости? – поддакнул Сашке Денис. – Моя эрекция грозила порвать ширинку! Хотел уже из класса бежать…

– Да что там у тебя порвать может ширинку, – Тёма не упускал момента уколоть приятелей, – Не восхваляй свои причиндалы! Те миллиметры с лупой поискать еще надо. Алина на таких как ты не скинется.

– Вот кого-то урою сейчас! И заставлю миллиметры язычком найти! – насупился Денис.

– Забей! – призвал к порядку Сашка. – Ты знаешь, у Тёмыча язык – помело. Иногда, как бритва.

– Бритва говоришь? Как раз задницу не побрил, – гордый тем, что нашел ответ, заулыбался Денис.

Стас хранил молчание. Изредка шумно вздыхал, выпуская дым. Алина не выходила из головы. Раз за разом мозг прокручивал секунды и минуты, когда парень смел на неё взглянуть: вот она грациозно вышагивает между партами, вот она занимает место, вот её прямая спина касается спинки стула, вот её небольшая грудь поднимается и опускается над столом.

Попроси Стаса описать девушку – он не смог бы это сделать. В чём одета? Как выглядит? Все его мысли занимала аура девушки, которой она окутывала окружающих. Ей хотелось верить, с ней хотелось говорить, за ней можно было идти на край света…

– Задумался крепко наш паренёк, – услышал он голос Тёмыча.

– Пропал паря, – издевательски произнес Денис.

Стас догадался, что они шутили над ним уже долгое время, заметив, что он витает в облаках. Бросив окурок, он скупо улыбнулся:

– Петросяны, почапали на уроки…

До конца занятий Стас не смотрел на новенькую. Только уходя с последнего урока, он бросил на неё мимолётный взгляд, чтобы вечером представить её. Ему казалось, если думать о ней, то проблемы семейные будут решаться легче и быстрее, а вечера будут спокойные. Возбуждение, охватившее его, не отпускало.

***

Стас осторожно открыл входную дверь и прислушался к тишине в квартире. Ничего подозрительного: ни жуткого храпа, ни пьяных подвываний, ни кислого запаха перегара. Вздохнув с облегчением, парень вошёл домой.

Вода увлажнила пересохшее горло. Так, нужно прикинуть планы на остаток дня. Приготовить ужин для мамы с Лёлькой, они придут ближе к шести. Заняться уроками не помешает тоже. Ещё только октябрь, а он уже нахватал неудов. До каникул надо исправить и порадовать мать. Повезёт, то ублюдок не заявится сегодня. Если так случится, обеспечен тихий вечер в кругу семьи. Когда приходит отец, тишины и семейственности как ни бывало. Своими пьянками, запоями, побоями он начисто выжил из себя всё, что могло относиться к семье, теплу и очагу. Отец… Он не мог носить такое гордое звание. Ублюдок давно забыл, что у него есть близкие.

Стас отогнал от себя грустные мысли. Меньше всего хотелось думать о нём. Чем чаще вспоминаешь об ублюдке – быстрее приползает.

Так, какие задания на завтра? Открыв учебник по геометрии, он углубился в теоремы.

Замечательно! Ничего сложного. Главное, правильно начертить. Две задачи решились с лёгкостью. Хорошее настроение всё больше завладевало парнем. Без труда расправился и с физикой. Главное начать! Скоро и учителя перестанут жаловаться маме на резко упавшую успеваемость сына. И все их угрозы о вступительных экзаменах и учебе в ВУЗе окажутся просто детскими сказками. Нет ничего сложного в задачах и правилах! Поступит он в университет!

Мысли об учёбе прервал сигнал мобильного телефона. Стас недовольно поморщился, но потянулся к гаджету. Пришла фотография от Тёмыча. Недорогой телефон поначалу не позволял парню разглядеть изображение. Терялось качество картинки. Вроде какая-то девушка, сфотографированная со спины, пиксели передают какую-то белую полоску… Через секунду Стаса словно током ударило!

Товарищ сфотографировал Алину, сидящую с ним! Умудрился же! Тёмная кофта, тёмные брюки, которые чуть приспустились к пояснице, обнажив полоску кружевных трусиков. Белая полоска – кожа Алины. Руки Стаса, сжимающие телефон затряслись. Тёмыч! Урод! Шутит он! Получит завтра между глаз!

Стас кинул телефон на кровать и сложил в рюкзак учебники, над которыми он только что корпел. Дрожь, утихавшая после школы, возобновилась снова. Может, позвонить ей? И что предложить? И куда звонить? Они словом не обмолвились за весь день. Завтра подойти к ней? И что сказать? Привет, я Стас, давай дружить? Бред! Девчонка непростая, холёная. Непонятно вообще, как она оказалась в нашем захолустье. Откуда она? Кто родители? Люди обеспеченные – это ясно. Переехали? Направили по работе? Стоп! Почему она заняла его мысли?

Стас вздохнул, перевёл дух. Как пятиклассник, честное слово. И не будет он к ней завтра подходить. И послезавтра. И в принципе не подойдет. У неё наверняка есть парень. Зачем он ей со своими семейными проблемами? Погулять вечером не получится, нужно дома быть. Выходные – он занят с Лёлькой. Встречаться и ходить по школьным коридорам за ручку? Через сколько дней она сбежит? Но за ручку он подержал бы её.

От Алины исходила мощная энергетика. Стас ощущал это каждой порой, каждой частичкой нутра. Девушку хотелось обнять. Стас знал, она тёплая и уютная, кожа гладкая, светлая.

С этими мыслями парень прыгнул на кровать и взял в руки телефон, чтобы снова загрузить фотографию. И почему показалось, что полоска спины белая. Нет, она чуть тронута загаром, как и её лицо. Кружевная ткань аппетитно выглядывает.

Парня затрясло мелкой дрожью, оторвать глаз от фотографии он не мог. Волна возбуждения накрыла Стаса.

Стас глубоко вздохнул. Такого он еще не испытывал. Оставаясь девственником, он периодически удовлетворял себя, так как чувствовал в этом потребность. Но такого прихода, как скажут наркоманы, никогда не было.

Внезапно он услышал скрип входной двери и тяжелую поступь отца, означавшую, что передвижения тому даются с небывалым трудом.

– Ч-чёрт! – прошипел парень.

Стас молниеносно вскочил с кровати. Возбуждение моментом улетучилось. Сейчас начнутся куда более неприятные вещи.

Игорь предстал перед сыном в обтрёпанном и помятом виде. Одежда, вымазанная в грязи, комками обвисла на мужчине. Чёрные когда-то ботинки теперь покрывала глина. Он не разулся, входя в квартиру, и теперь при каждом движении оставлял землянистые разводы на полу. Оторванный карман куртки свисал на одной ниточке. Измазанное чем-то непонятным лицо слабо улыбалось. Не лицо – рожа, подумал Стас.

Отец в приветствии поднял руку, но жеста не получилось. Часть тела отказывалась напрочь совершать какие-либо движения. Чудо, что мужчина стоял на ногах. Отказавшись от ручного приветствия, Игорь решил улыбнуться, но закашлялся. На Стаса пахнуло жестоким перегаром. Парень отвернул голову, не выдержав аромат.

– Сынок, – просипел Игорь, – не отворачивайся от папки.

Живот Стаса скрутило спазмом от слов мужчины. Давно Игорь не обращался к нему так ласково. Холодок, живущий внутри парня начал нарастать.

– Помоги раздеться. Спать хочется, – Игорь переминался с ноги на ногу, увеличивая грязевые разводы на полу. – Плохо мне.

– Как ты говорить вообще можешь? Ты видел себя? Почему ты нас так мучаешь? Чем мы заслужили такое отношение к себе? – закричал Стас. – На кого ты похож. Алкаш! О дочери младшей подумай, каким она тебя видит каждый день?! Почему ты делаешь нашу жизнь невыносимой? – вопросы нескончаемым потоком сыпались из парня. Он находился на грани истерики.

– Не ругайся, сынок. Плохо мне, – пьяные слёзы покатились из глаз отца. – Очень плохо.

– Плохо? Тебе? Как жене твоей плохо ты не думаешь?

– Не надо…

– Надо! Я не хочу тебя здесь видеть. Уходи от нас. Хоть в подвал, хоть в кабак. Без разницы! От тебя нет никакой пользы!

– Сын… Стас…

– Я тебе не сын! Ты мне не нужен! Я отказываюсь от тебя! Уходи! – живот скомкало. Червячок вылезал из своего укрытия. Стас не видел и не слышал себя. Гнев постепенно заползал в него.

– Сынок… – Игорь пошатывался и жевал текущие из носа сопли.

– Я тебя ненавижу! Уходи от нас! Ты нам не нужен! Мы сами справимся! – крик нарастал, эмоции накалялись. – Я не хочу тебя здесь видеть! – затряслись ноги, но не от страха, а от бессилия и ситуации. – Мы справимся без тебя!

Игорь попытался издать какой-то звук, но получилось только невнятное мычание. Ноги всё-таки не выдержали груза пьяного мужика и подкосились. Отец упал на пол, оставляя грязь не только на полу, но и теперь на стареньком ковре. Игорь издал горловой звук. Как выяснилось дальше, это желудок отдал часть содержимого. Мужчину вытошнило на ковёр. Лицом он упал на собственную рвоту. В довершении сюжета, пьяный отец начал безостановочно выть.

Нервы Стаса не выдержали. Он закричал. Дико, необузданно. Горлом он выпускал скопившееся напряжение. Его мутило от происходящей сейчас сцены, от дикости её, от безысходности. Стас прислонился к шкафу и заплакал. Тело его сотрясалось уже в беззвучных рыданиях. У горла не было сил, чтобы продолжать работать. Виски сотнями молоточков пульсировали под кожей.

– У-хо-ди, – через силу произнёс Стас. – У-хо-ди…

Сидевший червячок отвращения, страха, непонимания с новой силой проснулся в парне. Он с ненавистью смотрел на отца, воющего в блевотине. Нет, он не может быть моим отцом, нет. Мысль не переставала звучать в его голове. Вой Игоря добирался до самых перепонок, заставляя их вибрировать. Стас закрыл руками ушами.

– Заткнись, – яростно выкрикнул он. – Заткни свой рот!!!

Игорь новой октавой продолжил вой.

Стаса затрясло. Он не соображал, что делает, что надо делать.

– ЗАМОЛЧИ!!!

Игорь не умолкал. Связки его не знали предела.

Стас стиснул зубы, выпрямился, молниеносно подбежал к отцу и ногой зарядил в челюсть. Пальцы обожгло. Отец замолк и принялся отхаркиваться. Стас смотрел на него и соображал, стоит ли еще ему врезать.

– Отца родного ударить, сопляк, – прохрипел неразборчиво Игорь.

Потом Стас поймёт, что выбил ему два боковых зуба, когда обнаружит их на полу при уборке.

– Ты мне не отец, – уже спокойно, но также со злобой сказал парень. – Поднимайся и убирайся. Я не желаю тебя видеть в этом доме.

– Гадёныш мелкий, – хмель начал покидать голову Игоря после удара. —Ты мне за это ответишь.

– Проваливай, – процедил Стас. – Уходи, – сейчас он чувствовал своё превосходство. Впервые отец и сын встретились при таких обстоятельствах. И он поступил так, как посчитал нужным. В присутствии матери и дочери он бы не поговорил с отцом по-мужски.

Игорь смотрел в глаза сына и ему делалось страшно. Даже будучи нетрезвым он видел злость и ненависть в глазах Стаса. Взгляд пугал его. Несмотря на желание поставить мальца на место, Игорь решил не делать этого сейчас, а дождаться лучшего момента. Выбитые зубы он точно не забудет.

Мужчина предпринял попытку подняться. Со второго раза ему удалось встать на ноги. Алкоголь еще не отпускал его, плескался в организме, ослабляя боль во рту. Привкус крови остался на языке и неприятно щекотал глотку. Игорь сплюнул на пол, словно испытывая сына. Стас дёрнулся, но не повёл и глазом. Уборки здесь достаточно, чтобы реагировать и на плевок. Не будем продолжать из-за такой чепухи. На сегодня хватит.

Тяжелой поступью, как и заходил, Игорь удалился. Нет, дверью не хлопнул.

Стас присел на диван и обхватил голову руками, сотрясаясь в беззвучных рыданиях. Минута слабости не помешает, дальше – взять себя в руки и убрать грязь до прихода семьи. Грязи и дерьма хватает, не хочется огорчать мать лишний раз. Может, и не узнает она о том, что ублюдок приходил.

***

– Где же ты был?! – воскликнула Лида, когда Игорь ввалился к ней. – Не наступай на ковер! Вообще никуда не наступай! В прихожей стой! Куртку сними, капает с неё…

Лида растерянно смотрела на любовника. Тот успел где-то довести своё состояние до, как выражаются, сильного алкогольного опьянения.

– Какими огородами ты шёл? – двумя пальцами женщина взяла куртку и бросила её в таз в ванной. Бросать на белую поверхность акрила её было жалко. К тому же Игоря нужно любыми способами загнать в душ.

– Ты разговаривать можешь? Или язык проглотил?

Игорь улыбался и смотрел на стоящую перед ним женщину. Здесь он чувствовал себя защищённым и защитником. Наступало внутренне умиротворение. Да, она будет сейчас ругаться, но недолго. Потом обнимет и приласкает. Накормит. Что мужику надо?

– Сними с себя грязную одежду! Ну же! Обои запачкаешь! Не трогай руками их!!! – непритворно стонала Лида.

Пора инициативу брать в свои руки. Она завела Игоря в ванну, включила воду и ловко раздела Игоря.

– Пока не смоешь всю грязь и не почистишь потом ванну – не выйдешь! – вынесла вердикт она и закрыла за собой дверь.

На кухне она затянулась сигаретой. Так дальше продолжаться не может. Сегодня ему нужно будет принять решение. Она будет настаивать. Или она, или Катя. Хватит бесконечных запоев и перегаров. Ей нужен мужик в доме. Свой. С Лидой запои прекратятся, она постарается. Но Игорю потребуется определиться. Обидно, если выбор ляжет не в её пользу, что вряд ли, но и при плохом раскладе Лида постарается не остаться одна.

Разлучницей она себя не чувствовала. Мужик, погулявший от жены, никогда более не будет заботливым семьянином. Женщина виновата сама, что кобель подгулял. Лиде мужики не изменяли, поэтому женщина и придерживалась такой позиции. И с чего бы гулять от неё? Одет, накормлен, обласкан, в постели она львица и тигрица в одном флаконе. Сил не останется на сторону сходить.

Мужикам надо давать понять, короли они. Плоха та женщина, которая показывает свою власть и пытается вить верёвки из супружника. Мужик должен знать – главный в доме он, не иначе!

Почему Лида не была замужем? Причина проста. Всех мужчин бросала именно она. Не соответствовали критериям. Показать, что царь и хозяин в доме – одно, но если мужик свешивает ноги с женской шеи – другое. Таких она и гнала в шею, пока не встретила Игоря. В нём она увидела опору и поддержку, главное, разглядела отца будущего ребёнка. Но только тогда, когда он бросит пить, и стоит думать о потомстве. Время идёт, Лида ждать больше не намерена.

Сигарета дотлела до фильтра, женщина затушила её о стеклянную пепельницу. Заодно и курить бросать надо. Внезапно она почувствовала как сильные, мужские руки обнимают её со спины. Лида обмякла в объятиях Игоря.

– Умеешь ты подкрадываться…

– Хотел тебя немного испугать, – Игорь после душа протрезвел, голова начала соображать.

– Не из пугливых я, – она игриво подмигнула мужчине. – Душ пошёл на пользу? Одежду постираешь сам.

– Как прикажешь, моя королева, – ему не хотелось отпускать её.

– Я не шучу. И хочу сказать, мне не хочется больше тебя видеть в таком состоянии. Ты взрослый мужик, а взрослые мужики не приходят домой после того как полежали в подворотне.

– Давай без нравоучений.

– Это не нравоучения, Игорь. – Сейчас или никогда. – Ты знаешь, морали я тебе никогда не читала. И всегда понимала тебя, пришедшего под мухой. Но сегодня граница нарушена. Ты не бомж подзаборный. Пока протрезвел, посмотри на свои вещи.

– Я застирал их.

– Не в этом дело. Мне жаль, когда ты доводишь себя до невменяемого состояния. Ты губишь себя…

– Лида…

– А ты мне нужен здоровый. Понимаешь, нужен!

Игорь повернул к себе женщину и посмотрел ей в глаза.