– Показания свидетелей говорят о том, что все произошло ранним утром, – неловко кашлянул первый страж. – На улице уже светало, когда соседи услышали шум, а соседский мальчик увидел небольшую вспышку. Она была не настолько сильна, чтобы напугать ребенка или заставить его родителей постучаться к соседям. К тому же воры в такое время на дело уже не ходят. И тем более не ломятся за добычей в парадную дверь.

Я покосился на весьма неплохо сохранившийся двухэтажный дом с добротным крыльцом и заботливо навешенным над ступеньками козырьком. Домик не бедный. На две семьи, но входы на каждую половину отдельные. Стены первого этажа, как и крыльцо, сложены из камня. Второй этаж – деревянный. Однако следы магического пламени виднеются лишь возле одного дверного проема и совсем немного не достают до окон второго этажа.

Получается, взрыв и впрямь был локализованным. Вероятнее всего, от срабатывания охранного амулета.

– Что за заклинание стояло на артефакте? – поинтересовался я, продолжая изучать пострадавший дом.

– Самое простое. Второго уровня по силе и всего первого по радиусу действия.

– Хм. Что ж он тогда так рванул-то? Неисправность в приборе?

– В том-то и дело, что нет, – синхронно вздохнули мои информаторы. – Дежурный маг сообщил, что артефакт совершенно исправен. И возможно, взорвался сугубо из-за того, что кто-то умышленно его активировал. Поэтому вас и вызвали.

– «Хм» два раза. А как госпожа Найттерли объясняет случившееся? И почему, если шум обеспокоил соседей, а кого-то даже разбудил, она так поздно обнаружила мертвеца?

– Она вся в слезах, мастер Рэйш, – понизил голос один из стражей. – У леди Найттерли проблемы со сном, поэтому по вечерам она принимает снотворное. Спит крепко. Чаще всего до позднего утра. Но просыпается примерно в одно и то же время, так что муж обычно приносил ей завтрак в постель. В это утро леди его не дождалась, поэтому и забеспокоилась. Еще она утверждает, что они с мужем вели тихую и незаметную жизнь. Ни с кем в последнее время не ссорились, судебных тяжб не затевали, большими средствами, чтобы ради них пойти на преступление, не владели… у них вроде как нет врагов. Да еще таких, чтобы решились на столь заковыристый способ убийства.

Я задумчиво кивнул – чтобы вывести из строя даже простенький охранный артефакт, нужны весьма специфические знания и еще более специфические навыки. Магов-артефакторов даже в столице сравнительно немного и каждый из них ценится на вес золота. Таким людям просто нет резона подставляться по мелочам. А представить, чтобы милая семейная пара, проживающая в небедном, но все же не престижном квартале столицы, вызвала пристальный интерес серьезных криминальных структур, как-то затруднительно. Хотя, конечно, чего только в жизни не бывает.

– А кем работал господин Найттерли, вы, случайно, не выяснили?

Забывчивый стражник снова зашуршал страницами блокнота:

– Лет десять назад он слыл весьма неплохим резчиком по дереву и, по словам супруги, даже выполнял заказы для аристократов. Благодаря ему пара не бедствовала, хотя полноценной семьи у них так и не получилось. Детей у четы Найттерли не родилось, приемыша они взять не рискнули, поэтому после того, как муж отошел от дел, они доживали жизнь в одиночестве. Леди когда-то работала горничной у одной состоятельной пары, но уже лет сорок, выйдя замуж за известного в городе резчика, ни в чем не нуждалась.

– Подозрительные связи? Визитеры? Ночная активность?

– Соседи ничего плохого за ними не замечали. Хозяева дома жили уединенно, но вполне по средствам, больших трат себе не позволяли и деньгами не сорили. О них отзываются как о добропорядочных гражданах. А если и стал господин Найттерли подслеповат на старости лет, так с кем не случается. Ему ведь далеко за шестьдесят… мм… было.

Пока мы беседовали, из-за угла дома вышла Триш и отрицательно качнула головой. Значит, подозрительных следов на темной стороне нет.

А вот и копыта за углом зацокали. Значит, скоро за дело возьмется Лиз, и только после этого мы сможем осмотреть тело.

Ну так и есть – не успел я подумать о молодежи, как с соседней улицы вывернул служебный кеб и всего через несколько ударов сердца остановился напротив дома номер десять. Триш, встретив коллег, коротко с ними переговорила. После чего я всех их отправил внутрь. Пусть работают. А потом сравним, у кого информация точнее.

Забывчивого стражника и его приятеля я отпустил через четверть свечи, когда выяснил все, что хотел. К тому времени Лиза уже закончила с телом, а остальные успели собрать показания у хозяйки дома и двух немолодых слуг, которые приходили лишь в дневное время, поэтому не видели момента смерти хозяина, зато подтвердили, что за эту ночь в доме ничего не пропало.

– Ну что, мальчики и девочки? – осведомился я, когда место преступления было описано, свидетели опрошены, а тело в прихожей дважды осмотрено. Причем самым тщательным образом.

Наши маги озадаченно почесали в затылках.

– Похоже, смерть не криминальная, – ответил за всех Тори. – След хозяина дома мертвый, но он спокойный. Не такой, как бывает при насильственной смерти.

– Охранительный амулет исправен, – подтвердила слова дежурного мага Триш. – Он действительно пуст, но сам заряд держит отлично, и сбоев в его работе я не отметила.

– Следов пребывания в доме посторонних лиц тоже нет, – согласилась Лиза. – А смерть господина Найттерли произошла от воздействия экстремально высокой температуры и болевого шока.

– Он умер почти мгновенно, – снова вмешался Тори, не дав коллеге закончить. – Цепочка свежих следов на темной стороне всего одна и принадлежит хозяину дома. Сюда даже гули не успели наведаться. А криминальная смерть, окрашенная эманациями боли и страха, всегда привлекает множество низшей нежити.

Лиз сердито на него покосилась:

– Исходя из того, что мы узнали, наиболее вероятно, что это была трагическая случайность: господин Найттерли по утрам часто выходил на улицу. Супруга не одобряла, когда он курил дома, поэтому, пока она спала, он нередко выбирался на крыльцо. И скорее всего этим утром поступил точно так же. Поскольку амулет исправен и успешно прошел даже углубленную диагностику, которую Тори провел совместно с мастером Триш, следует предположить, что пожилой мужчина, не маг, да еще страдающий от потери зрения, случайно активировал артефакт, что и стоило ему жизни.

Я снова задумался, когда коллеги выжидательно на меня уставились.

– Триш, мощность амулета позволяет нанести такие повреждения человеку?

– Вполне.

– Лиз, как ты считаешь, подгадать со временем и взорвать амулет, находясь при этом на улице, возможно?

Девчонка покачала головой:

– Исключено, мастер Рэйш. Амулет был зачарован на ауру господина Найттерли. Только он мог его актировать и только он же мог его отключить. Снаружи, тем более постороннему лицу, это не удалось бы сделать. Амулеты такого типа примитивны, но привязка к ауре делает их абсолютно надежными в этом плане.

– То есть вы хотите сказать, что господин Найттерли убил себя сам?

– Случайно, – согласилась Триш. – На самоубийство это не очень похоже.

– Супруга согласилась с вашими доводами? – поинтересовался я.

И вот тут-то ребята смогли меня удивить.

– Да, – торжественно заявила Лиза. – Она не знала последовательности знаков для активации и дезактивации охранного амулета на входной двери. А если бы и знала, то все равно не смогла бы ими воспользоваться. Зато она сообщила, что в последние несколько недель у ее пожилого супруга стало совсем плохо с памятью, так что он начал частенько забывать нужную комбинацию рун на амулете. Ему пришлось даже записать ее на листочке, чтобы не возиться по утрам с дверью слишком долго. Леди показала нам этот листочек. Раньше он хранился на полочке в прихожей, чтобы можно было легко достать. Но этим утром мы нашли его на полу. Перед дверью. В щели между половицами. Вероятно, когда господин Найттерли впотьмах добирался до двери, желая, как обычно, покурить на крыльце, он сослепу выронил подсказку и не смог ее найти. Будить жену ради такой мелочи он, наверное, не захотел. Вызывать в такую рань мага – тем более. Поэтому скорее всего попытался набрать комбинацию по памяти и ошибся в одном из знаков, что и привело в итоге к непроизвольному срабатыванию. Амулеты подобного типа не имеют надежного предохранителя, поэтому они такие дешевые. Хозяйка дома уже неоднократно советовала супругу приобрести более удобный в обращении артефакт, но тот постоянно откладывал покупку. Как результат, смерть господина Найттерли была непреднамеренной. Даже, я бы сказала, нелепой. Но ничего криминального в ней нет, так что имеет смысл передать дело городской страже.

Я молча кивнул: это было похоже на правду. Но ради успокоения совести я все-таки не поленился и своими глазами оглядел злополучный коридор на первом этаже. Затем прошелся по мертвому следу. Осмотрел окна, заднюю дверь, хозяйскую спальню, не особенно хорошо спрятанный тайник в несущей стене второго этажа. Само собой, сходил на темную сторону, еще раз все там проверил. Наконец внимательно осмотрел тело и пришел к выводу, что молодежь дала верное заключение. И только после этого отдал приказ сворачивать следственные мероприятия.

Отписываться за этот случай нам, правда, пришлось по полной программе, чтобы передать дело в городскую стражу, так сказать, красиво. Но Триш сама вызвалась заполнить за меня дурацкие бумажки, а я потом только подпись поставил, предварительно убедившись, что она все написала правильно.

– Мастер Рэйш, а давайте мы пока не будем говорить Йену про темные тропы? – шепотом попросила она, когда я расщедрился на похвалу. – Я не очень хорошо их переношу, а муж у меня такой нервный.

Я пожал плечами:

– Если не спросит, не скажу. Какой смысл лишний раз его расстраивать? Но и врать, если что, не буду.

– И не надо, – улыбнулась магичка. – Вы и без этого умеете так играть словами, что в них иногда очень сложно поверить. Даже в том случае, если вы говорите правду.

– Угу. Богатый опыт в верльском Управлении сыска сказывается. У Йена, между прочим, научился.

Триш удивленно округлила глаза:

– Вы шутите, мастер Рэйш?

– С таким занудой, как Йен, чему только не научишься, – доверительно сообщил я, забирая с вешалки шляпу и плащ. – Так что мотай на ус. Может, и тебе однажды пригодится. Вдруг он на старости лет и дома с тебя отчеты начнет требовать? Ну там, во сколько мусор вынесла? Всю ли посуду помыла, по каким дням собираешься исполнять супружеские обязанности…

Триш, не сдержавшись, расхохоталась, а я, нахлобучив шляпу и накинув на плечи видавший виды плащ, отправился домой. Отдыхать. Благо рабочий день почти закончился.